Часть 11
Хоть с войны и пришел с радостью на душе, в деревне меня ждали неприятные новости (в письмах про это мне писали раннее). Во первых умер мой второй сын, во вторых отца полностью парализовало (сам не то что стоять, даже кушать не мог), в третьих – в деревнях царит голод.
Когда ходил встать на учет, мне выдали 1 пуд муки, что оказалось очень даже кстати. Моя супруга Разия в последние годы в колхозе работала бригадиром. Держала скот. Воспитывала старшего сына, ухаживала за моими родителями. Корова, которая была у них, спасла Разию от септической ангины. От этой болезни в деревне умерло много жителей, были и такие дворы, где умирали всей семьей. В послевоенные трудные годы наша корова по-настоящему была нашей кормилицей.
Не прошло и трех месяцев после возращения, меня назначали на прежнюю работу в школу (завуч и учитель). Несмотря на то, что зарплата была 1200 рублей, 1 тысячу на руки не выдавали, а удерживали за заемные деньги и подоходный налог. Пуд картошки стоил 100 рублей, если постоянно питаться только ею, зарплаты надолго уж не хватало. Летом людей кормил лес, но зимой нельзя было даже ветку принести для отопления, даже для изготовления лаптей нельзя было брать липовую кору, наказывали.
1946-47 годы были самыми тяжелыми. Для обработки колхозных полей тракторов мало, да и лошадей не хватает. Поля обрабатывали с помощью быков и колхозных дойных коров. Поля заросли сорняком, какую культуру найдут, то и сеют, да и от урожая только название. Урожайность с гектара не превышала 5-7 центнеров.
С 1948 года жизнь потихоньку начала налаживаться. У государства было много долгов. Деревенских жителей налогом облагали в зависимости от наличия скота и придомовых построек. Каждое двор, кроме налогов на хозяйство, заемных и страховых плат, каждый год должен был отдать государству 40кг мяса, несколько килограмм масла, 2 овечьих шкуры, несколько десятков яиц (несмотря на наличие данных животных в хозяйстве).
Выплаты по займам нашего хозяйства:
1951год – 1675 рублей, 1952год – 1660 рублей, 1953 год – 800 рублей, 1954 год – 600 рублей, 1955 год – 400 рублей (последняя выплата). До 1951 года сколько платили не помню, записи не сохранились.
Весной 1947 года меня приняли членом ВКП(б). В кандидатах в члены проходил очень долго, так как во время войны часто переезжали, а по возращению в деревню, коммунистов, которые работали со мной и дали бы рекомендацию, не было.
В те года и учить детей было не очень веселым занятием. Весной у людей еды становится мало. От одежды у детей одно название. Когда у детей на уме мысли только о еде, им не до наших занятий было. Несмотря на это, им все равно приходилось учиться.
Директором школы назначили фронтовика старшего лейтенанта Галимова Хамита. До войны он работал в Буздякском РОНО инспектором. Учительный коллектив год за годом укреплялся. Начиная с 1950 года, количество учеников 1 классов начало уменьшаться.
В эти года меня еще нагрузили обязанностями пропагандиста и эту работу пришлось мне выполнять еще долгое время. К тому же еще и являлся председателем ревкомисии колхоза.
Осенью 1953 года меня выбрали парторгом колхоза. Тогда эта работа выполнялась на общественных началах и не оплачивалась. А приходилось ездить в бюро РайКома, на разные совещания и пленумы. Основная работа школе отставала из за этого, пропускались уроки. Ездить приходилось на лошади, а иногда и пешком. Дома по человечески тоже отдохнуть не получалось, особенно зимой. Там лежит больной отец, за ночь несколько раз приходилось его переворачивать. Спасибо маме, она по возможности ухаживала за ним.
Детей тоже прибавлялось в семье. В 1946 году родилась первая дочь Райля, в 1949 году – вторая Фина, в 1952 году – третья дочь Лена. К этому времени и у меня здоровье пошатнулось. Из за этого мне дали путевку в один из санаториев города Кисловодск. Когда поехал в Буздяк за путёвкой, к моему возращению скончался отец. До моего отъезда его похоронили. У мамы тоже к этому времени со здоровьем стало хуже, у нее возникла деменция. Не узнавала свое хозяйство, которое собирала всю свою жизнь. Постоянно рассказывала про своих родителей, которых уже давно нет на свете. А потом начала уходить из дома со словами «Поеду к себе домой». Сама она была родом из деревни Богады, где находится деревня знает. Бывало, что не замечали как она уходила из дома и приходилось забирать ее с деревни Устюба. Соседи, когда узнали про это, начали нас предупреждать, если мама выйдет на улицу. Моей супруге тоже пришлось несладко, ведь с работы в колхозе ее не освободили, надо ухаживать и за детьми, и за моей мамой.
В 1952-53 годах, с приходом в школу молодых учителей, окончивших институты, мне как завучу со средним образованием уже было сложно работать, да и здоровье подводило. Только после подачи в течении двух лет заявлений в РОНО, меня освободили от должности завуча. У меня появилось больше времени отдохнуть и заняться своим хозяйством.
В Кисловодске отдыхал в санатории имени Луначарского. Оказывается он предназначался только для лечения учителей. Многие больные истощенные, много и тех, кто уже в возрасте. На прогулки никто не ходит. Из за этого, отдыхающие с других санаторий его называли монастырем. Там не то, что ванн с водой не было, даже питьевую воду привозили на лошадях. Лечившиеся или кожа да кости, или толстые как бочка. Я относился к первым. Для своего роста мне до нормы не хватало 18кг веса. Таких как я в сутки кормили 5 раз (в основном молоко и молочные продукты, булка, белый хлеб). Со мной в одной комнате жил один мужик с Московской области. При росте 160см он весил 126кг. Когда обувался, не мог завязать шнурки, мешал живот. Им давали пищу вдвое меньше нашей. В течении часа после завтрака их заставляли заниматься с гантелями, гирями и бегом. Потом уводят в горы. Чтобы подняться в горы там сделали лестницу длиной 7км. Сначала каждые 500м, а потом каждые 200м стоят медсестры, измеряют им пульс. Если пульс повышенный, отправляет назад, при этом ведут записи, кто сколько метров поднялся. У кого хватало сил, поднимались все 7км и спускались назад.
К этому, раз в 5 дней им объявляли постельный режим. В этот день выдавали дополнительный матрац и подушку. Из еды – только кефир. Пьешь сколько влезет. Если и это не помогало, то им давали из пищи только кипяченую воду и яблоки. В таком случае некоторые сбрасывали по 2-4кг веса, чему несказанно радовались.
В этот год весна пришла поздно. С санатория я приехал 12 апреля, а 13го начались весенние каникулы (в те времена весенние каникулы давали, когда на улицах появлялась грязь).
Пребывание в санатории пользы мне практически не принесло.