А.М. Городницкий о Боевом уставе армии обороны Израиля⁠⁠

Городницкий А.М., И жить ещё надежде…, М., «Вагриус», 2001 г., с. 457-459.

Алекса́ндр Моисе́евич Городни́цкий (род. 20 марта 1933, Ленинград-92 года) — советский и российский учёный-геофизик (доктор геолого-минералогических наук, профессор), поэт (один из основоположников жанра авторской песни в России). Заслуженный деятель науки Российской Федерации (2005), заслуженный деятель искусств Российской Федерации (2013), первый лауреат Государственной литературной премии имени Булата Окуджавы (1998), член международного ПЕН-клуба и русского национального центра ПЕН-клуба (1998). По мировоззрению — шестидесятник[1].

В октябре 2018 года песня Городницкого «Атланты», являющаяся одним из неофициальных гимнов Санкт-Петербурга[2][3], стала официальным гимном Государственного Эрмитажа[комм. 1].

Именем Александра Городницкого названы малая планета Солнечной системы (астероид) № (5988) Городницкий и перевал в Саянских горах.

ВИКИПЕДИЯ

А. Городницкий - Дорога в Израиль. Отрывок из документальной кинотрилогии "И жить еще надежде", 2012 Авторы: Александр Городницкий, Наталья Касперович

Армия обороны Израиля была образована в 1948 году.

«Удивительны для «совков» и порядки в израильской армии, где нет, например, приказа «Вперёд». Есть только приказ «За мной». Командир не может послать солдата перед собой на смерть, он должен идти первым.

Неразумно? Конечно, неразумно, - в Израиле в войнах гибнет больше всего младших офицеров. Однако солдат знает, что командир никогда его не подставит, и верит ему.

Или другой пункт устава, - если ты окружён и находишься в безвыходном положении, то должен сдаться в плен. В плену же, если тебе угрожают пытками или смертью, немедленно выдавай все известные тебе военные тайны. Помни, что самое дорогое - жизнь.

Устав Израильской Армии - если солдат попал в плен

Чудовищно, на наш взгляд, не правда ли? А как же наши герои-мученики, брошенные Сталиным на произвол судьбы? А Гастелло и Матросов? А те сотни рядовых, которых по приказу посылали вперед на минные поля, чтобы расчистить дорогу танкам?

И ещё один непонятный нам пункт устава для полевого командира: ни при каких обстоятельствах нельзя бросать раненых. Если на территории, захваченной или обстреливаемой противником, остался хотя бы один раненый и командир роты понимает, что вызволить его можно, только положив две трети роты, он обязан это сделать.

Глупо? Уж, конечно, глупо, - у нас бы так никогда не поступили. Зато каждый солдат уверен, что его никогда не бросят, что бы с ним ни случилось, что вся страна в трудный час придёт к нему на помощь, как и он к ней. Может быть, поэтому армия здесь действительно народная, и к солдатам все относятся как к собственным детям.

Служба в армии в Израиле, в отличие от нас, считается почётной. На особо опасные военные специальности - лётчики, танкисты, десантники, - большой конкурс и тщательный отбор. […] В израильской армии воинская повинность распространяется не только на юношей, но и на девушек. (Мужчины служат 3, а женщины – 2 года – Прим. И.Л. Викентьева). Последние, впрочем, идут в армию весьма охотно, поскольку сразу после службы, как правило, выходят замуж.

Не служат в армии только религиозные ортодоксы, которые вообще не признают государства Израиль, так как, по их вероучению, государство это может создать только мессия, а его приход ещё не настал.

Но это нисколько не мешает им принимать от не признаваемого ими государства разного рода блага и привилегии.

Поражает израильская армия не только необычными правилами её устава, но и внешним видом солдат. Постоянно перемещаясь по стране рейсовыми автобусами, я поначалу удивлялся тому, что в конце недели они буквально набиты юношами и девушками в военной форме и с оружием. При этом, несмотря на обязательное наличие у каждого солдата автомата или скорострельной винтовки, внешний вид их не только не казался устрашающим.

Прежде всего полное отсутствие облика бравых вояк, что привело бы в священное негодование любого нашего сержанта. Форма на всех мятая и заношенная, сапоги не чищены, худые впалые щеки мальчишек заросли щетиной, да у половины еще и кипа на голове.

Рядом с автоматом почти всегда битком набитый вещмешок (позже мне объяснили, что солдаты едут домой на «шабат» и везут в вещмешках вещи в стирку). Помимо неказистого внешнего облика я удивлялся постоянному усталому виду солдат, - стоило им сесть в автобус, они тут же засыпали. […] Только позднее, познакомившись с армейской учебной программой «курса молодого бойца», я перестал удивляться их изнурённому виду.

Армия здесь не для парадов или устрашения безоружных, а для реальной обороны и защиты от агрессии. Служат в ней, кстати, не только евреи, но и другие граждане Израиля. В долине Израэль, например, мне показывали деревни друзов, которые тоже служат в армии, а неподалеку от Иерусалима - поселения выходцев из Сибири: старые российские семьи Карякиных и Дубровиных еще в начале века приняли иудаизм и переселились сюда. Армия поэтому здесь во многом интернациональная и начисто лишена дедовщины и расизма».

ИСТОЧНИК