14 июня: Гудронный фей и эффект дежавю
Советская идеология уделяла огромное внимание коллективизму. Лозунги того времени твердили: «Бригада — это семья», «Работа — наш второй дом». Хотите верьте, хотите нет, но у нас в четвертом карауле военизированной пожарной охраны при Управлении МВД ЭССР (команда «Двигатель») так и было. На пожаре — плечом к плечу, а после службы — дружили семьями и ходили друг к другу в гости.
Была у нас традиция: именинник накрывает стол, а коллектив дарит подарок.
**14 июня 1991 года.** Мой день рождения.
Времена стояли туманные, мутные. Перестройка схлопнулась, оставив после себя шлейф из бандитов, первых кооперативов и продуктовых карточек. Но стол в караулке был накрыт на совесть: мясо, картошечка, салаты — всё, что положено на праздник. Только прозвучал первый тост, как тишину разорвал сигнал тревоги. Выезд!
Улица Пунане (Красная), бывший Дом Быта. Двухэтажное здание, над входом — бетонный козырек. Козырек протекал, и новый хозяин решил навести порядок в своем «честно отжатом» имуществе. Нанял мужика, чтобы залить бетон гудроном. Тот не придумал ничего лучше, как затащить бочку на крышу, накидать туда кусков сырья и развести прямо под бочкой костер.
Долго ли, коротко ли, бочка завалилась, горючая жижа разлилась и, как водится, полыхнула. Потушить это дело нам не составило труда. И тут подсуетился горе-ремонтник. Глаза бегают, голос дрожит:
— Мужики, вы это... протокол не составляйте. Я сейчас домой слетаю, благодарочку притараню. Вон в том доме живу!
Наш прожженный начкар, Слава Царев, сам не пошел — послал гонца. Тот вернулся быстро, принес 500 крон (в те мутные дни рубли и будущие деньги уже перемешались в головах, а купюры с датой «1991» уже ждали своего часа).
Вернулись в часть. Картошку и мясо пришлось разогревать. Снова сели за стол, сказали тост. И тут — дежавю. По громкой связи объявляют выезд на тот же адрес!
Приезжаем. Нас уже ждут: дежурный по городу и сам «хозяин», а рядом с ними трясется наш старый знакомый — «гудронный фей». Первым начал орать новоявленный владелец здания. Из его матерных эмоций выходило следующее: якобы мы, проезжая мимо, увидели огонь под бочкой, поднялись на крышу, специально её опрокинули и вымогательством взяли с рабочего целую тысячу!
Начальник караула Слава Царев выслушал этот поток сознания с абсолютным олимпийским спокойствием. А потом невозмутимо переспросил, глядя на рабочего:
— Сколько-сколько мы взяли?
— Пятьсот... — промямлил хитрожопый «фей».
Хозяин опешил от услышанного. Сумма в показаниях «потерпевшего» внезапно сократилась вдвое. Слава, не меняя тона, задал следующий вопрос, закрывающий тему:
— Ты мне деньги давал?
— Нет, — буркнул рабочий.
Финальная сцена была достойна кино. Дежурный по городу, поняв, что его вызвали участвовать в дешевом цирке, молча развернулся и уехал. Хозяин здания, не оценив коммерческих талантов своего наемника, просто и доходчиво дал ему в морду.
Как оказалось, жучара после нашего отъезда позвонил боссу и наплел, как он «ловко всё разрулил» с вымогателями-пожарными. Финт ушами не удался по глупости: у хозяина было официальное разрешение на проведение огневых работ. Уверенный в своей правоте, он сам позвонил «01» и изложил версию работника. А дальше вы знаете.
Мы вернулись к столу, и до утра нас больше не беспокоили. Этот день рождения я запомнил на всю жизнь. В тот мутный июнь 91-го гудрон на крыше оказался гораздо чище, чем помыслы некоторых людей.
