Вспоминаю, как подруга Катя учила меня тут регистрироваться. Говорила: «Пикабу — как наркотик. Начнёшь с милых котиков, а потом залипнешь на историях про призраков в хрущёвках». Она была права. Как-то ночью читал тред про чердак старого дома — до сих пор холодильник боюсь открывать.

Кофе стынет. Солнце поднимается выше, жарит спину. Прокручиваю дальше: советы, как вырастить арбуз на подоконнике, крик души про тёщу, мем про Грету Тунберг. Внезапно — длинный пост про детство. Автор вспоминает, как в 90-е менял марки на жвачку. Читаю и вижу себя: восьмилетний, в рваных кедах, бегущий за «Турбо». Глаза предательски влажнеют.

Сосед снизу стучит шваброй — я опять топаю ногами от смеха. Пост про «как спрятать трупы в Sims» — гениально. Лайкаю, сохраняю, коплю для вечера. Пикабу — как та коробка с разным хламом на антресолях: никогда не знаешь, что вывалится.

Кот прыгает на колени, требует внимания. Говорю ему: «Смотри, вот твой брат-интеллектуал!» — показываю видео, где кошка открывает холодильник. Он фыркает, будто завидует.

Час пролетает. Кофе кончился, тост съеден. В ленте уже повторяются посты — верный знак: пора вставать. Но тут всплывает история про девушку, которая спасла щенка из люка. Комменты — сплошные «Респект!» и сердечки. Сохраняю в «Избранное», вдруг пригодится для веры в человечество.

Встаю, потягиваюсь. Лицо в улыбке, как после дядиных персиков. На душе — то самое лето: смешанное из глупостей, ностальгии и внезапной доброты.

За окном уже жара. Ветер шевелит занавески, доносит запах скошенной травы. Где-то кричат дети, дрель соседа-ремонтника врезается в ритм сверчков.

Это моё утро.

Вечером опять зайду…

Персики, арбуз и кукурузу меня учил кушать мой покойный дядя Алик.

Летом он с утра шел на работу, а к вечеру накрывал стол на балконе во дворе.

После мяса, рыбы, овощей и всяческих закусок у него было две коронки.

Раки и арбузы с персиками.

Дядя был толстый и рыжий.

Кушал он виртуозно.

К нему приводили всех соседских детей с плохим аппетитом. Он их не заставлял, не уговаривал. Он садился напротив и начинал кушать. Маленькие толстые пальчики отправляли в пухлый рот кусочки курочки, синенький, перчик, рулетики из корейки, шейку, бутреброд с икрой, хлебушек и так далее.

Дядя чмокал, причавкивал, сопел, стонал и охал.

Через 5 минут рядом с ним к куску хлеба с солью и красной степной помидорой потянулся бы даже мёртвый.

Когда дядя ел раков, на это выходили посмотреть все соседи и их родственники. Слезами умиления обливались старушки, показывая его как пример своим полупрозрачным внукам.

Персики дядя учил меня есть именно так, в трусах на балконе.

В августе наши персики это поэзия. Они как спелая, загорелая женщина, от которой может развиться диабет.

Сок от персиков течёт по локтям, по животу и этот поток делает тебя липким и сладким как патока.

От твоего вида дуреют пчелы, осы и мухи, все дуреют.

От спелого хруста их мякоти кружится голова и во рту так вкусно, что не дай Бог остановится в этот момент.

Это как целоваться в 15 лет, за уши не оттянешь.

Килограмм персиков начался и кончился за 15 минут.

Сижу с осоловевшими осами и вместе с ними икаю.

Все лицо и щетина в соку.

Локти прилипают к коленям.

На пузе сладкий островок, а на душе абсолютное счастье.

За лесом садится Солнце.

Пришла прохлада, запели сверчки.

От соседей потянуло шашлыком.

Где-то играет музыка и звонко смеются женщины.

Это моё лето.

Завтра опять поеду…

Автор - Андрей Галак. Источник.