Через два дня на столе уже красовался ZV-E10 II с монстром Tamron 16-70. Картинка, которую они выдавали, вонзилась мне в сердце острее, чем старый добрый Кэнон с его полным кадром. Мысли о предательстве крутились в голове целый час! «Заменить ФФ? Перейти на одну систему?»

Я не заметил, как произошла склейка реальностей. В моих руках - Sony a7V и Tamron 28-70. Я помню, как сидел на канале Олегаса и мы ржали над фанатами Сони. Мы клялись в верности красному кольцу. Но где теперь это кольцо? Его нет.

Я - ренегат. Предатель. И знаешь, что самое страшное? Я не чувствую вины. Сони идеальны. Они удобнее. Они пахнут правильным пластиком. Это каминг-аут. Я - сонивод. И мне это нравится до зубного скрежета.

Так что записывай в блокнот: клиент психически здоров, просто у него поменялась оптика в голове. За сеанс переведу на карту. Кидай номер.

Крупнейшие музыкальные издательства мира пошли в Северный окружной суд Калифорнии с формулировкой, от которой сложно отмахнуться: «одна из крупнейших и наиболее наглых продолжающихся краж интеллектуальной собственности в истории». Иск подан вечером 29 августа, и ответчиками в нём значатся не только компания, но и оба сооснователя — Дарио Амодей и Бенджамин Манн.

В чём обвиняют

Истцы — Sony Music Publishing и Warner Chappell Music, то есть издательские подразделения мейджоров. Это принципиально: они владеют правами не на записи, а на сами произведения — тексты и ноты. И претензия у них не к тому, что Claude умеет цитировать песни, а к тому, откуда взялись данные.

Формулировка из иска — «наглая кампания незаконного торрентинга, скрейпинга и скачивания защищённых авторским правом работ в промышленных масштабах». Речь о тысячах музыкальных произведений и о миллионах копий книг, содержащих тексты песен и нотные записи.

Сколько просят

Издатели требуют до 150 тысяч долларов за каждое нарушенное произведение плюс 25 тысяч за каждый случай удаления информации об управлении правами. Умножьте на «тысячи и тысячи» произведений — счёт идёт на миллиарды. Суд запрошен с участием присяжных. Anthropic отвечает коротко: «Мы не согласны с претензиями издателей и намерены решительно защищаться в суде».

Третий заход за год

И вот здесь начинается самое интересное. Это уже не первый и даже не второй иск такого рода — и предыдущие два объясняют, почему нынешний написан именно так.

В январе 2026 года Concord Music Group и Universal Music Group подали иск за незаконное скачивание более 20 тысяч песен, требуя свыше трёх миллиардов долларов. А в июле суд утвердил мировое соглашение по делу Bartz против Anthropic — иску писателей — на 1,5 миллиарда долларов, рекордную для отрасли сумму.

Ключевым в деле Bartz оказался не сам факт обучения, а способ получения материала. Судья фактически развёл две вещи: тренировка модели на защищённых текстах может считаться добросовестным использованием, но скачивание этих текстов с пиратских библиотек — самостоятельное нарушение, которое никаким fair use не прикрывается.

Почему это важно

Новый иск бьёт ровно в эту щель. Издатели не спорят о природе машинного обучения и не пытаются доказать, что модель «копирует» песни, — они целят в логистику: торренты, скрейпинг, пиратские архивы. Это гораздо более выигрышная позиция, потому что по ней уже есть решение суда и полтора миллиарда выплаченных денег в качестве прецедента.

Отдельно стоит персональное привлечение Амодея и Манна. Иск против конкретных основателей, а не только против юрлица, — это заявка на то, что решения о загрузке пиратских датасетов принимались наверху осознанно. Доказать такое трудно, но сам факт претензии меняет ставки: одно дело — корпоративный риск, заложенный в стоимость ведения бизнеса, другое — личная ответственность людей, которые сейчас поднимают деньги под триллионные оценки.

Источники: TechCrunch, Engadget

НЕЙРО-ПУШКА ● Новости и обзоры нейросетей

Это просто комедия. Похоже, офис PlayStation, на этот раз индийский, решил просто «кинуть в ЧС», сразу после прогибом игроков, и игровых журналистов. Спросите за что? Да за то, что те посмели поставить под сомнение грандиозный план Sony — полностью убить диски. Да-да, если ты заикаешься об этом в статьях — тебя вычёркивают из списков гостей, а пиар-агентство Sony вообще блокирует авторов в WhatsApp. Детский сад, честное слово.

Началось всё с расследования портала High Chaos Run. Выяснилось, что боссы Sony держали всех в неведении насчёт отказа от физических копий — даже свои собственные региональные офисы. Индийская команда PlayStation в это время вовсю уламывала инвесторов открывать новые розничные магазины, вообще не подозревая, что дискам конец. Когда местные СМИ об этом написали, Sony обиделась, заявив, что статьи написаны «ради хайпа» и выставляют компанию в плохом свете, а потому спустила собак на бедных индусов, вчера ещё самим ни сном, ни духом не ведавшим, всё порешать. Теперь забаненным изданиям не дают ключи для обзоров главных хитов, вроде Marvel Tōkon: Fighting Souls, Marvel’s Wolverine и Phantom Blade Zero.

Проблема только в том, что они скорее добиваются обратного эффекта и говорят люди об этом только больше.

Автор Rishi высказался об этом следующим образом:

С учётом всего сказанного, после публикации своего расследования я вполне ожидал, что попаду в чёрный список компании. PlayStation India — пожалуй, самый закомплексованный и неуверенный в себе издатель из всех, что ведут бизнес в этой стране, несмотря на своё монопольное положение. Не дай бог кто-то сделает что-то меньшее, чем споёт им дифирамбы.

Но чего я точно не ожидал, так это топорного и наглого поведения, которое больше напоминает закомплексованного школьного задиру, а не лидера рынка. Это также создаёт паршивый прецедент, заставляя медиа выбирать между доступом к играм и освещением того, что на самом деле творит компания — и это на рынке, где честной журналистики и так критически мало.

High Chaos Run

Ситуация усугубляется тем, что всё это происходит на фоне всемирного бойкота #PSBlackout, где геймеры массово выступают против цифрового рабства и напоминаний Sony о том, что «игры вам не принадлежат, вы их просто арендуете». Кажется, пиарщики Sony решили потушить пожар бензином.

Это уже настолько абсурдно и смехотворно, что я даже не могу это выразить.