"Ваш опыт очень ценен. Поэтому мы его боимся..."
Мне 46.
Да, всё. Уже можно расходиться, видимо.
Потому что для рынка труда это, как выяснилось, не возраст. Это диагноз. Неофициальный, без печати, но с очень понятными симптомами: тебе перестают звонить, тебе не отвечают, тебя “внимательно рассмотрели” за 2 минуты, а потом выбрали “кандидата, который больше соответствует профилю вакансии”.
Какому профилю, ребята?
Профилю 28 лет, без детей, без вопросов, без памяти о том, как выглядят переработки без оплаты?
Я не знаю.
Я реально не знаю, в какой момент я из “опытного специалиста” превратился в “возрастного кандидата”. Это же смешно. Ещё недавно опыт был плюсом. Прям жирным таким плюсом. “О, вы это делали? О, вы с этим работали? О, вы кризисные ситуации разруливали?”
Да, делал. Да, работал. Да, разруливал. Иногда такое разруливал, что ваш тимлид с коучем и эмоциональным интеллектом сели бы в угол и нервно закурили бы.
А теперь этот же опыт как будто надо прятать.
Убери первые места работы.
Убери год окончания института.
Фото лучше не ставь.
Про 20+ лет опыта не пиши, напиши “более 7 лет”.
Не указывай возраст.
Не говори, что у тебя взрослый ребёнок.
Не дыши слишком взросло, короче.
Я, значит, всю жизнь работал, учился, набивал шишки, вытаскивал проекты, терпел начальников с синдромом Наполеона, клиентов с истериками, коллег, которые “ой, я случайно удалил базу”, — а теперь должен сделать вид, что я вчера вылупился из яйца и просто немного перспективный.
Особенно весело читать вакансии.
“Нам нужен зрелый специалист”.
Потом смотришь ниже:
“Молодая динамичная команда”.
Так вам зрелый или молодой? Вы уж определитесь. Или вам нужен человек с опытом 15 лет, но чтобы выглядел на 27 и радовался печенькам в офисе как бонусу от Вселенной?
“Готовность к интенсивному темпу”.
Перевожу: будем наваливать чужую работу.
“Умение работать в режиме многозадачности”.
Перевожу: процессы у нас кривые, но виноват будешь ты.
“У нас нет бюрократии”.
Перевожу: никто ничего не знает, всё на словах, потом доказывай, что тебе вообще это поручали.
“Мы семья”.
Вот тут вообще хочется закрыть ноутбук и уйти в лес.
Я не против работы. Я не хочу сидеть дома и жаловаться на жизнь, хотя иногда, честно, очень хочется просто лечь лицом в диван и сказать: всё, я больше не участвую в этом цирке.
Но я хочу работать.
Нормально работать. Не изображать восторг. Не “гореть проектом” за зарплату, на которую потом самому же и тушиться. Не доказывать, что я ещё живой, каждый раз когда открываю вакансию.
Я живой, алло.
У меня мозг работает. Руки на месте. Я умею учиться. Я не боюсь новых программ. Я не спрашиваю, где тут кнопка “интернет”. Я могу разобраться в сервисе, в CRM, в документации, в вашей внутренней каше из табличек, чатов, созвонов и “а это у нас Вася знает, но он в отпуске”.
Я это всё уже видел.
В разных обёртках, с разными логотипами, под разными красивыми словами.
И, может быть, вот это и проблема.
Я слишком многое видел.
Мне сложнее впарить “уникальную корпоративную культуру”, если по факту это просто открытый офис, где все сидят с красными глазами, потому что третий месяц “надо чуть-чуть поднажать”.
Мне сложно поверить, что “мы ценим work-life balance”, когда собеседование назначают на 19:30, а потом удивляются, что я не готов обсуждать тестовое в воскресенье.
Мне сложно восхищаться руководителем, который называет сотрудников “ресурсом”. Я не ресурс. Ресурс — это уголь, вода, память на диске. Я человек. Хотя иногда ощущение, что это уже устаревший формат.
И вот ты отправляешь резюме.
Раз.
Два.
Десять.
Пятьдесят.
Сначала бодро. Даже с надеждой. Потом уже механически. Потом начинаешь ненавидеть эти сайты с вакансиями, где каждая вторая компания ищет “звезду”, но платить хочет как фонарику на батарейках.
Где-то отказ.
Где-то тишина.
Где-то “мы свяжемся с вами” — и всё, человек ушёл в астрал.
Где-то рекрутер пишет первым, задаёт пару вопросов, а потом исчезает так, будто его унесло в портал.
Кстати, рекрутеры.
Я понимаю, у вас поток. Я понимаю, вы не обязаны каждому писать поэму на три страницы. Но можно хотя бы иногда не обращаться с людьми как с мусором в корзине “не подошёл”? Просто человеческое “нет, спасибо” — это уже роскошь стала, что ли?
Хотя нет, вру. Иногда пишут.
“Вы нам очень понравились, но мы решили продолжить с другим кандидатом”.
Очень понравился — это когда даже до звонка не дошло?
У меня есть подозрение, что я понравился примерно как старый шкаф на Авито: вроде крепкий, но тащить тяжело и в интерьер не вписывается.
А ведь самое мерзкое не в отказах.
Отказы — ладно. Все получают отказы. Молодые тоже получают. Рынок сложный, вакансий меньше, людей больше, компании хитрят, кандидаты хитрят, все устали, всё понятно.
Самое мерзкое — это когда тебя даже не проверяют.
Ты просто не проходишь через невидимую дверцу.
“Возрастной кандидат”.
Как будто я проснулся в 46 и у меня внезапно обнулился мозг. Вчера мог, сегодня не могу. Вчера разбирался, сегодня дед. Вчера специалист, сегодня “не впишется”.
Да куда я не впишусь?
Я не шкаф-купе, чтобы вписываться. Я работу пришёл делать.
Но нет, сейчас почему-то важнее быть “своим”. Своим по возрасту, по темпу, по шуткам, по привычке сидеть после работы “потому что все сидят”. Я, может, тоже посижу, если реально пожар. Но если у вас пожар каждый день, то это не героизм, это плохое управление. Извините, но кто-то должен это сказать.
И вот тут, наверное, начинается то самое “взрослые плохо управляемы”.
Нет. Взрослые не плохо управляемы.
Взрослые просто не всегда покупают лапшу.
Им уже сложнее сказать: “Ну ты же понимаешь, сейчас надо потерпеть, зато потом будет рост”.
Мы уже терпели.
Потом был не рост, а новый директор.
Или новый KPI.
Или “извините, бюджет пересмотрели”.
Или “мы приняли непростое решение”.
Непростые решения почему-то всегда принимают те, у кого зарплата остаётся.
Я не святой, кстати.
Я могу тупить. Могу раздражаться. Могу быть упрямым. Могу не сразу врубиться в новый инструмент. Могу сказать “а зачем мы это делаем?” в момент, когда всем удобнее молча делать вид, что задача имеет смысл.
Но разве это хуже, чем человек, который кивает, улыбается, а потом через два месяца увольняется потому что “не его вайб”?
Не знаю.
Может я правда неудобный.
Но я не бесполезный.
И вот это важно.
Потому что сейчас нас, людей 40+, часто пытаются продать самим себе как проблему. Мол, вы не такие гибкие. Не такие быстрые. Не такие современные. У вас мышление не то. Вы не умеете адаптироваться.
Да мы всю жизнь адаптируемся, господи.
Мы застали одни правила, потом другие, потом третьи. Мы переучивались без модных курсов с красивыми лендингами. Мы осваивали программы методом “нажми и молись”. Мы работали там, где инструкции были в голове у единственного сотрудника, который уволился в 2014-м. Мы выживали в компаниях, где “автоматизация” означала “Лена из бухгалтерии ведёт Excel, не трогайте Лену”.
Но теперь нам рассказывают, что мы не гибкие.
Ну да.
Конечно.
Гибкий — это когда тебе 25 и ты готов отвечать в мессенджер в 23:48, потому что “ну стартап же”.
А если тебе 46 и ты спрашиваешь, будет ли это оплачено, ты токсичный.
Очень удобно.
Вообще, я заметил, что слово “токсичный” иногда используют вместо “неудобный”. Не всегда, но часто. Человек задаёт вопросы — токсичный. Не хочет перерабатывать бесплатно — токсичный. Не хлопает в ладоши на корпоративной презентации — токсичный. Напомнил про договорённости — ой, сложный человек.
Да, сложный.
Жизнь вообще сложная, неожиданно.
Я не прошу брать меня на работу из жалости. Вот этого вообще не надо. Не надо “бедный мужчина 46 лет, дайте ему стул и пропуск”. Я сам не хочу быть мебелью.
Я хочу нормального честного отбора.
Но когда меня отсекают ещё до “здравствуйте”, это уже не отбор. Это фильтр по году выпуска.
И самое смешное, что официально такого, конечно, нет.
Никто не скажет: “Вы нам не подходите, потому что вам 46”.
Нет, что вы.
Скажут: “Мы выбрали кандидата, который лучше соответствует нашей корпоративной культуре”.
Корпоративная культура у вас, видимо, родилась в 1998 году.
Понимаю.
Я иногда думаю: а что дальше?
Вот мне 46. До пенсии ещё ехать и ехать, с пересадками и стоя. Работать надо. Жить надо. Деньги нужны не абстрактные, а прям конкретные: еда, коммуналка, лекарства, дети, родители, ремонт крана, который опять капает, и этот вечный чек из магазина, у которого прям хочется спросить: “Ты серьёзно?”
Но рынок уже начинает морщиться.
Не прямо. Так, культурно. Через автоматические письма.
А что делать людям в 50?
В 55?
Тем, кто потерял работу не потому что пил, воровал и спал на совещаниях, а просто потому что отдел закрыли, компанию продали, начальник привёл своих, рынок лёг?
Им куда?
Самое забавное, что те, кому сейчас 25–30, тоже туда придут. Все придут. Даже самые бодрые, гибкие, амбициозные, с горящими глазами и все такое прочее..
Однажды им тоже будет 45.
И какой-нибудь человек на той стороне экрана посмотрит на их резюме и подумает: “Хм. Слишком опытный. Не впишется”.
И закроет.
Без злобы даже. Просто так принято.
Вот это и пугает. Не то что кто-то сидит и ненавидит людей 40+. Нет. Всё гораздо хуже. Это стало нормой. Тихой такой, аккуратной. Никто не орёт “старикам тут не место”. Просто не зовут. Просто не отвечают. Просто выбирают “помоложе”. Просто “у нас другой профиль”.
А человек сидит дома и начинает медленно, очень медленно грызть себя изнутри.
Потому что человек может выдержать отказ. Может выдержать два. Десять. Двадцать. Но когда тебе снова и снова показывают, что ты даже не достоин разговора, у тебя внутри что-то ломается. Просто в какой-то день ты открываешь сайт вакансий и уже заранее чувствуешь себя лишним.
Я не хочу становиться невидимым только потому, что мне 46.
Я не хочу притворяться молодым, чтобы меня пустили в комнату, где обсуждают работу, которую я умею делать.
Я не хочу вырезать из резюме половину жизни, как будто это компромат.
Я не хочу писать “опыт 7+ лет”, когда у меня больше, просто потому что правда может кого-то напугать.
Я человек, который хочет работать и получать за это деньги.
Удивительная наглость, понимаю.
И если вы тоже в какой-то момент стали “слишком опытными”, “неформатом”, “не тем вайбом” и прочей красивой чепухой, расскажите. Правда интересно.
Потому что у меня ощущение, что нас таких уже не один и не два.
Просто мы пока сидим каждый у себя дома, обновляем почту, делаем вид, что всё нормально, и думаем: “Ну, наверное, это только со мной такая фигня”.