Трудные дети - какие они?⁠⁠

Рассказ о трудных детях был бы неполон, если не дать слова родителям. Тем, кто ежедневно сталкивается с социальной и учебной дезадаптацией детей.

В Живом Журнале есть блог мамы, которая воспитывает трёх непростых детей (у каждого из них есть диагнозы, о которых мы говорим в постах с тэгом "ребёнок-россыпь" в Лиге психотерапии). Она откровенно пишет о том, каково это - растить трудных детей.

Со страницы http://ollako.livejournal.com/241623.html

2015 год

"Несколько дней не могла себя заставить написать о нашей нынешней школе - начинала рыдать. Как рыдала в кабинете у школьного психолога, успев только выдавить из себя: зачем вам было надо уговаривать меня привести детей именно к вам, если вы не можете и не хотите ничего делать с ситуацией? Вы же знали, что дети к вам идут непростые!

Ревела от чувства вины перед Антоном и от жалости к нему, что длительное время находился в психотравмирующей ситуации без надежды что-то изменить.

Весной я писала про воспитателя продленки в классе Антона - о том, как она натравила на сына весь класс. Тогда воспитатель огребла по полной программе. Перед Тохой, правда, так и не извинилась, пришлось верить школьному начальству на слово, что ей влетело. Подкупило искреннее сочувствие к Тохе, поэтому я понадеялась, что поднявшаяся буря положит конец травле ребенка, если она, конечно, действительно была.

О том, что Антон из-за нее постоянно выносил нетерпимое к себе отношение - я предполагала, но убедиться в этом возможности не было - Антон не жаловался, а других прямых улик у меня не было. Так, обрывки фраз, которые просились сложиться в одно целое, но при попытке прояснить ситуацию, и учитель, и психолог, и завуч убеждали меня в том, что проблема мне только видится. Категорически отрицали, что его постоянное одиночество в классе - следствие намеренной изоляции. Уверяли, что это его собственный выбор. Я сомневалась, но и Антон уверял, что его все устраивает.

Правда, перевод в другую школу рекомендовали - для детей-инвалидов. Одного, хотя инвалидность у всех троих имеется.

В новом учебном году было объявлено, что воспитатель, организовавшая Антону изоляцию от класса, из школы уходит - ее семье дали квартиру на другом конце Москвы.

Я выдохнула, в надежде, что если уйдет дестабилизирующий фактор, то ситуация в классе выровняется. Тем более, что классрук самым честным образом старается адаптировать Антона и класс друг к другу. Что самое важное - что когда класс под ее надзором, у нее это вроде как даже получается. Оставалась услышать, что ситуация стала нормальной и тогда, когда учительницы с нами нет - на продленке, например.

Зря надеялась. Пару недель назад мне позвонила мама единственного Тохиного друга в классе - Дани и поведала о том, что на ее ребенка оказывается сильное давление - ребята его заставляют перестать дружить с Антоном, если не перестанет - то и с ним никто дружить не будет. Она ему сказала слать этих ребят лесом, но опасается, что поскольку ее сын - ведомый, то рано или поздно он уступит. Попросила меня расспросить Антона, правда ли то, что ребята прессуют Даню на тему, с кем ему можно дружить, а с кем нельзя.

Антон подтвердил.

В прошлую пятницу Даня сломался. Когда Антон пришел в школу - был послан единственным другом, ради которого он, собственно, в эту школу пока еще с удовольствием ходил.

Самое паршивое - это то, что я бы об этом возможно и не узнала, если бы не хватилась, что Антон забыл у меня деньги на оплату участия в Олимпиаде. Кое-как прорвалась через турникет и пошла в класс. На подходе к аудитории увидела, что в самом темном уголке, между дверью и стеной, явно кто-то прячется - сидит на полу, сжавший в комок. Сразу почувствовав, что это Антон и никто другой, повернула дверь.

Увидел меня - и заплакал. Я отвела его в сторону и расспросила, что случилось.

Рассказал. Что когда вошел в класс - Даня сидел в кружке из тех трех ребят, которые долгое время требовали от него прекратить дружбу с Антоном. В этот день Даня сказал, что больше с ним не дружит.

Антон обозвал бывшего друга предателем - и забился в угол.

Когда я предложила ему уйти из этой школы, сначала с готовностью согласился. Я пошла к школьному психологу рассказать о случившемся, где меня и накрыла истерика. Та решила позвать Антона, предварительно дав мне время привести себя в порядок. И почти до конца дня Тоха сидел у нее.

Пока я подбирала варианты перевода Антона, тот пошел в резкий отказ - покидать стены, к которым он уже привык, почему-то не захотел. На мои попытки расспросить, что именно ему жалко оставлять в этой школе - снова заплакал".

Как решила эту проблему мама:

Со страницы http://ollako.livejournal.com/326258.html

2016 год

"Получила заключение ПМПК о создании Антону специальных условий обучения. С директором вопрос был решен еще весной - она сказала, что зачислит его сразу, как получит этот документ. Так что 1 сентября он идет в новую школу, в которую я давно хотела его определить.

Особо порадовало то, что заключение выдано сразу на 5 лет - до Тохиного 9-го класса. Так что ежегодного мотания по врачам у нас больше не будет.

Совсем хорошо то, что школа эта находится в соседнем дворе. Бывает же везение. Детей туда возят со всего округа, а нам только двор перейти.

Самое трудное было в переводе - уговорить Антона. Умная девочка Таня внушила брату, что эта школа - для дураков. Почему Антон ей поверил - загадка, потому что долгое время я вообще не могла понять причин его упорного сопротивления переводу. А силой туда затаскивать не хотела. Весной он, наконец, раскололся.

- Антон, - спрашиваю. - Я тебя когда-нибудь считала дураком?

- Нет, ты всегда говоришь, что я самый умный из троих.

- Вот именно. Как ты думаешь, стала бы я устраивать в школу для дураков ребенка, которого считаю очень умным?

Подумал-подумал, наконец решил:

- Нет.

Я рассказала Антону то, что уже сама успела узнать о школе. О том, сколько среди учащихся в ней "дураков" победителей всероссийских олимпиад и золотых медалистов. Объяснила, что учатся там не дураки, а дети, у которых проблемы со здоровьем, и поэтому им созданы более мягкие условия - маленькие классы, много педагогов, занимающихся с детьми индивидуально, если у них проблемы. Занятия по скайпу, если ребенок заболел и не может прийти в класс.

Малочисленность класса Тоху заинтересовала - ему всегда было тяжело в большом коллективе. А возможность учиться прямо из дома привела в восторг. У него хорошо получается добывать знания посредством компа.

Но я видела, что он продолжает сомневаться. Нельзя сказать, что ему было хорошо в нынешнем классе, но было страшно - а вдруг на новом месте будет еще хуже? Он пуганный - уже дважды коллективную травлю пережил за свою жизнь. Поэтому в вопросах смены обстановки он жутко боится что-то менять, хотя в остальном - любопытный и любознательный ребенок.

Я пообещала, что если ему не понравится на новом месте - он тут же вернется в старую школу. И даже на его глазах позвонила директору нашей школы и заручилась ее поддержкой в том, что она примет нас обратно.

Страх был такой силы, что даже просто зайти на территорию новой школы, осмотреться в ней, познакомиться с учителями, отметал со страхом.

Убеждая его не бояться пробовать новое я привела ему пример.

- Антон, представь себе, что ты никогда в жизни не ел мороженого. И вдруг тебе предлагают его попробовать. Какие ассоциации у тебя вызовет это название?

Антон подумал и, как я и предполагала, решил, что название созвучно с фразой "мороз по коже".

- Стал бы ты такое пробовать?

- Неа!

- Но сейчас-то ты знаешь, что на самом деле мороженое - это очень вкусно?

- Конечно!

- Прикинь, из-за своего страха перед новым ты бы упустил возможность попробовать эту вкуснятину? А ведь ты ничего бы не потерял от пробы. Даже если это оказалась бы гадость - ну взял бы и выплюнул ее. Тебя же никто не заставит есть то, что тебе невкусно и учиться в школе, в которой тебе плохо.

Аргумент оказался весомым. Поэтому Антон согласился "попробовать" - сходить в новую школу на экскурсию.

Зайдя в здание, мы сразу направились к кабинету директора (я позвонила ей заранее, объяснила ситуацию, и она сама пригласила нас прийти). Директор оказалась очень приятной женщиной средних лет. Она очень доброжелательно поздоровалась с Антоном, и я прямо видела, как он расслабляется в ее компании.

- А какое у вас максимальное количество детей в классе? - поинтересовался он деловым тоном.

Нина Федоровна рассмеялась и сказала, что детей в классах не больше десяти. А потом провела его по второму этажу, показала класс, в котором ему предстоит учиться.

Класс порадовал. По размеру - такой же, как класс в обычной школе. Но парт в три раза меньше, много свободного пространства. Детям разрешают ходить по классу или даже уйти в угол и переключиться на что-то другое, если устали слушать учителя. Это то, что надо для Антона. Ему очень трудно усидеть на месте, но зато в движении он усваивает информацию даже не на 100 - на 200 %, потому что потом дома он на основании изученного начинает задавать вопросы, характерные для детей более старшего возраста. И не отстанет, пока не узнает ответ.

По остальным этажам и кабинетам Тоха с благословения директора пошел сам - мне уже не пришлось его уговаривать.

На стенах висели фотографии выпускников за разные годы. Я обратила на них Тохино внимание.

- Посмотри, какие умные, интеллигентные лица. Похожи они на людей, которые учились в "школе для дураков"?

Антон уже и сам понял, что зря повелся на Танины россказни, поэтому просто рассмеялся.

Учителя, которых он нашел в классах, тоже встретили его доброжелательно, узнав, что это, возможно, их новый ученик. Правда из-за маленького Тохиного роста все дружно приняли его за третьеклассника, а не пятиклассника. Антон не обиделся.

На выходе из школы он удостоил меня согласием на перевод.

С легким сердцем я записалась на прием к врачу, и за пару месяцев мы, наконец, одолели все формальности".

Как предлагали решать эту проблему специалисты:

Со страницы http://ollako.livejournal.com/258759.html

2015 год

"Незадолго до консилиума я пообщалась с психологом, которая сначала работала с Таней, потом с Антоном после травли в школе.

Результаты мне понравились.

Тревожность у Тохи, конечно есть, состояние стресса она зафиксировала, но говорит, состояние не критичное, что надо прямо спасать ребенка. Она дала рекомендации о том, как следует организовать работу с парнем в школе.

Пообщались на тему его развития. Тут психолог выразила свое удивление, а я - удовлетворение результатами. Я всегда знала, что рано или поздно он это покажет.

Все его показатели были в пределах нормы, некоторые - зашкаливали.

По нижней границе нормы были показатели усидчивости и внимательности.

Показатели осведомленности - высшие баллы.

Тесты на логику и сообразительность - высшие баллы.

Все остальные тесты - средний уровень и чуть выше среднего.

Но все эти результаты актуальны с одной оговоркой - он их выдает при индивидуальной работе.

Я спросила, значит ли это, что ребенка надо переводить на индивидуальное обучение?

Конечно нет, - сказала психолог. Это значит, что ребенка надо учить работать в группе, чтоб он научился и там выдавать то же самое.

Вывод: Антон продолжает индивидуальные и групповые занятия в центре.

Параллельно я нахожу ему кружок по интересам, но такой, где работа нацелена именно на коллективную работу. Так что похоже в желанный железнодорожный клуб он в сентябре все-таки пойдет.

Особо отметила психолог такие Тохины качества, как преданность тем, к кому он привязан. Ради них он готов безоговорочно терпеть различные неудобства и даже травлю.

Рекомендации для школы выданы.

Что касается возможного перевода в другую школу:

Сейчас, когда он привязан к классному руководителю и Дане - менять школу однозначно не буду.

Если за следующий год у него найдутся новые друзья, которые разбавят его привязанность к Даниэлю - возможно подыщу школу, более соответствующую его способностям, и главное - где у учителей психологов нет проблем с организацией индивидуального подхода".