Сто Грамм Миндаля - вся моя еда
Немного абсурдных мини-рассказов (не моих), если кто-то подсядет у меня их есть ещё.
Когда-то
Когда-то... Когда-то Ежи был старый. Ежи сидел на солнце и грел кости. А мимо пробегал Петруччо. У Петруччо было дело, и он бежал; а у Ежи никаких дел не было. Он сидел и смотрел на солнце. И вот Петруччо бежит, а Ежи сидит. А река течёт. Таков закон. Закон Ежи.
Противник
Ежи был сильный противник, а Петруччо был противник ещё сильнее, чем Ежи. Они часто боролись. Ежи побеждал чаще, а Петруччо реже побеждал. На открытом пространстве. Бывало, Ежи уже победит, а Петруччо ещё борется. Борет кого-то, самого себя, а никто не побеждает - настолько сильный противник был Петруччо.
Воздух
Ежи был продавец воды, а Петруччо продавец воздуха. Ежи катил бочки на север, а Петруччо на восток. Там они и встретились - прямо в центре. Петруччо стал продавать, а Ежи покупать. И вот Петруччо продаёт и продаёт. Уже ни воды, ни бочек, один воздух в ушах звенит.
My Way
Петруччо вышел на дорогу один безо всякой цели и побрёл куда-то. А тут Ежи. "Стой, - говорит. - Кто идёт?" - "Петруччо". - "Петруччо здесь не ходит. Я знал Петруччо. Это не его местность". А Петруччо говорит: "Это My Way. Чему только тебя учили?" Так они и расстались. На дороге.
Однажды
Однажды Ежи съел Петруччо. Как это произошло? Неизвестно. Клип - и всё: нет Петруччо. С тех пор никто его не видел, а Ежи ещё видели время от времени. Появлялся в том или ином месте. Ежи никогда больше ничего не ел, потому что ничего не было. Только пил.
Он
Вот Ежи, а вот Петруччо. Вот он Петруччо, а вот Ежи. Они совершенно одинаковые. Нет никаких отличий. Даже Мать не могла их отличить, хотя и старалась. Один раз она всё-таки смогла отличить Ежи, а Петруччо не смогла. Вот тебе и раз. Вот он Ежи, а вот Петруччо. Вот Петруччо, а вот Ежи. Они совершенно одинаковые.
Гости
Ежи как-то пошёл к Петруччо в гости. А Петруччо пошёл к Ежи. Одновременно. Приходят - а дома никого нет. Ни Ежи, ни Петруччо. Ежи решил ждать, пока Петруччо появится, а Петруччо решил ждать, пока придёт Ежи. А никто не идёт: ни Ежи не идёт, ни Петруччо. Вот так сложилось. А могло сложиться и по-другому. Истории ведь по-разному складываются.
Сон Ежи
Ежи видел во сне огни большого города, а Петруччо ничего не видел, но не будил Ежи: боялся, что огни погаснут. А Ежи спал. Петруччо сидел рядом, молился, медитировал. Призывал какие-то силы. А Ежи спал4 совсем отошёл от жизни, и спал всё время.
Тишина
Ежи не выносил тишину. Ежи любил ходить и слушать разные звуки - шум дождя, пение птиц, блеск волн. Но иногда не было слышно совсем, тогда Ежи сам начинал шуметь разными способами: кричал, хлопал дверью, звенел посудой. Такое у него было лекарство против тишины. Но это редко помогало.
Трактор
Петруччо работал на тракторе. Рвал рукавицы. Месил землю. Ежи ничего не мог с этим поделать. Ежи всё время кашлял, ворочался, смотрел на часы, - ждал своего часа. И дождался. Скинул Петруччо с трактора. Пришла власть Ежи. Пришла власть Ежи.
Вещь
Ежи всегда носил с собой какую-то вещь. Определённую. А Петруччо не знал, что это за вещь. Петруччо её отнял и ускакал. Скоч, скоч, скоч, скоч, скоч, - скачет. А Ежи стоит и плачет. Вдруг что-то как грохнет наверху. Потом война началась.
Своими именами
Ежи называл вещи своими именами. Он, вообще, был близок к истине. Ближе, чем Петруччо. Ежи ближе, а Петруччо в отдалении. Ежи не уважал Петруччо, называл его тёмным. Петруччо ходил по улицам, чиркал спичками, топтал снег, смотрел на звёзды. Долго ходил, пока не пришёл к Ежи. А Ежи уже ждал. Говорит: "Я ждал тебя, Петруччо. Открывай ворота и садись. Сегодня у нас праздник". Так оно и было.
Когда-то
Когда-то... Когда-то Ежи был старый. Ежи сидел на солнце и грел кости. А мимо пробегал Петруччо. У Петруччо было дело, и он бежал; а у Ежи никаких дел не было. Он сидел и смотрел на солнце. И вот Петруччо бежит, а Ежи сидит. А река течёт. Таков закон. Закон Ежи.
Противник
Ежи был сильный противник, а Петруччо был противник ещё сильнее, чем Ежи. Они часто боролись. Ежи побеждал чаще, а Петруччо реже побеждал. На открытом пространстве. Бывало, Ежи уже победит, а Петруччо ещё борется. Борет кого-то, самого себя, а никто не побеждает - настолько сильный противник был Петруччо.
Воздух
Ежи был продавец воды, а Петруччо продавец воздуха. Ежи катил бочки на север, а Петруччо на восток. Там они и встретились - прямо в центре. Петруччо стал продавать, а Ежи покупать. И вот Петруччо продаёт и продаёт. Уже ни воды, ни бочек, один воздух в ушах звенит.
My Way
Петруччо вышел на дорогу один безо всякой цели и побрёл куда-то. А тут Ежи. "Стой, - говорит. - Кто идёт?" - "Петруччо". - "Петруччо здесь не ходит. Я знал Петруччо. Это не его местность". А Петруччо говорит: "Это My Way. Чему только тебя учили?" Так они и расстались. На дороге.
Однажды
Однажды Ежи съел Петруччо. Как это произошло? Неизвестно. Клип - и всё: нет Петруччо. С тех пор никто его не видел, а Ежи ещё видели время от времени. Появлялся в том или ином месте. Ежи никогда больше ничего не ел, потому что ничего не было. Только пил.
Он
Вот Ежи, а вот Петруччо. Вот он Петруччо, а вот Ежи. Они совершенно одинаковые. Нет никаких отличий. Даже Мать не могла их отличить, хотя и старалась. Один раз она всё-таки смогла отличить Ежи, а Петруччо не смогла. Вот тебе и раз. Вот он Ежи, а вот Петруччо. Вот Петруччо, а вот Ежи. Они совершенно одинаковые.
Гости
Ежи как-то пошёл к Петруччо в гости. А Петруччо пошёл к Ежи. Одновременно. Приходят - а дома никого нет. Ни Ежи, ни Петруччо. Ежи решил ждать, пока Петруччо появится, а Петруччо решил ждать, пока придёт Ежи. А никто не идёт: ни Ежи не идёт, ни Петруччо. Вот так сложилось. А могло сложиться и по-другому. Истории ведь по-разному складываются.
Сон Ежи
Ежи видел во сне огни большого города, а Петруччо ничего не видел, но не будил Ежи: боялся, что огни погаснут. А Ежи спал. Петруччо сидел рядом, молился, медитировал. Призывал какие-то силы. А Ежи спал4 совсем отошёл от жизни, и спал всё время.
Тишина
Ежи не выносил тишину. Ежи любил ходить и слушать разные звуки - шум дождя, пение птиц, блеск волн. Но иногда не было слышно совсем, тогда Ежи сам начинал шуметь разными способами: кричал, хлопал дверью, звенел посудой. Такое у него было лекарство против тишины. Но это редко помогало.
Трактор
Петруччо работал на тракторе. Рвал рукавицы. Месил землю. Ежи ничего не мог с этим поделать. Ежи всё время кашлял, ворочался, смотрел на часы, - ждал своего часа. И дождался. Скинул Петруччо с трактора. Пришла власть Ежи. Пришла власть Ежи.
Вещь
Ежи всегда носил с собой какую-то вещь. Определённую. А Петруччо не знал, что это за вещь. Петруччо её отнял и ускакал. Скоч, скоч, скоч, скоч, скоч, - скачет. А Ежи стоит и плачет. Вдруг что-то как грохнет наверху. Потом война началась.
Своими именами
Ежи называл вещи своими именами. Он, вообще, был близок к истине. Ближе, чем Петруччо. Ежи ближе, а Петруччо в отдалении. Ежи не уважал Петруччо, называл его тёмным. Петруччо ходил по улицам, чиркал спичками, топтал снег, смотрел на звёзды. Долго ходил, пока не пришёл к Ежи. А Ежи уже ждал. Говорит: "Я ждал тебя, Петруччо. Открывай ворота и садись. Сегодня у нас праздник". Так оно и было.