Стенограмма Нюрнбергского процесса. Том IV⁠⁠

День тридцатый
Среда, 9 января 1946
Максвелл-Файф: … В следующем документе — PS-2929, USA-159, показано, как на Японию оказывался нажим для того, чтобы она напала на Россию. Если разрешите, я процитирую эту выдержку с тем, чтобы покончить с этим вопросом. Она очень короткая. «Рейхсминистр иностранных дел вновь подчеркнул, что нынешний год несомненно представляет наиболее благоприятные возможности для Японии, если она чувствует себя достаточно сильной и имеет в своем распоряжении достаточное количество противотанкового оружия для того, чтобы напасть на Россию, которая, несомненно, никогда не будет так слаба, как в настоящий момент». Это было 18 апреля 1943 года.

...Это документ PS-735, GB-151, протокол совещания в ставке фюрера 6 июня 1944 года. Если разрешите, я хотел бы огласить первый абзац. Обергруппенфюрер Кальтенбруннер 6 июля сообщил заместителю начальника штаба оперативного руководства в Клессгейме, что незадолго до этого имело место совещание по этому вопросу между рейхсмаршалом подсудимым Герингом, рейхсминистром иностранных дел подсудимым Риббентропом и рейхсфюрером СС Гиммлером. Вопреки первоначальному предложению рейхсминистра иностранных дел, который хотел охватить понятием акции по устрашению все виды нападений на германское гражданское население, включая воздушные налеты на города, на этой конференции было решено, что лишь те нападения, во время которых производится пулеметно-пушечный обстрел гражданского населения и его имущества, могут рассматриваться как критерий доказательства преступления в этом смысле. «Самосуд должен стать нормой. Не может быть и речи о военном трибунале или передаче полиции». Таким образом, подсудимый Риббентроп настаивал на том, чтобы летчики передавались на расправу толпе даже в случае обычного налета на немецкий город. Другие же утверждали, что нужно ограничить такие действия только теми случаями, когда летчики обстреливали гражданское население из пулеметов или иного оружия.

...Наконец, я перехожу к вопросу о преследовании евреев. В декабре 1938 года подсудимый Риббентроп в беседе с господином Бонне, который в то время был министром иностранных дел Франции, высказал свою точку зрения по вопросу о евреях. Посол Соединенных Штатов господин Кеннеди сообщил об этом государственному департаменту. Доклад господина Кеннеди является документом L-205, GB-157. Если разрешите, я оглашу второй абзац: «В течение дня нам позвонили из конторы Беранже в Париже. Нам сказали, что Бонне во время переговоров с фон Риббентропом поднял вопрос о беженцах. Результат был очень плохой. Риббентроп, в ответ на настояния Бонне, сказал ему, что евреи в Германии, все без исключения, являются ворами, бандитами и убийцами. Собственность, которую они имеют, была приобретена противозаконным путем. Поэтому германское правительство решило отождествлять их с преступными элементами населения. Незаконно приобретенная собственность будет у них отнята. Они будут вынуждены жить в районах, где проживают преступные элементы. Как и другие преступники, они будут находиться под полицейским надзором и должны будут являться в полицию как остальные преступники. Германское правительство ничего не может поделать, если некоторые из этих преступников совершат побег в другие страны, которые так хотят, чтобы они у них жили. Однако германское правительство не позволит им брать с собою имущество, добытое преступным путем. Таким образом, оно действительно ничего не может и не будет делать в этом направлении». Это краткое изложение точки зрения подсудимого на евреев. Она более подробно развита в пространном документе, разосланном им через министерство иностранных дел. Документ PS-3358, GB-158. Я не намереваюсь читать весь этот весьма мрачный документ.