Сталин не просил одобрения: Ялта — сделка победителей⁠⁠

Сталин — это победа в Великой Отечественной войне.

Сталин — это укрепление позиций нашей Родины в Европе.

Сталин — это качественное и количественное расширение наших территорий.

Сталин — это Ялтинско-Потсдамская система международных отношений.

Сталин — это ООН.

К чему я об этом?

81 год назад началась Ялтинская конференция. Великие державы обсуждали будущее мироустройства. Конструировался новый мировой порядок. И, конечно, одним из его главных архитекторов был Иосиф Сталин. Это признавали его современники — в том числе в буржуазных странах, несмотря на всю их нелюбовь к Советскому Союзу, большевикам и командно-административной системе экономики.

Вклад Сталина в формирование той системы международных отношений, на институциональных остатках которой мы живём до сих пор, должны признавать и мы — граждане Российской Федерации как государства-продолжателя Советского Союза.

Я не умаляю всего того негатива, который связан с именем Иосифа Сталина. И справедливо: всё это навсегда останется частью нашей истории. Однако в эпоху либеральной лихорадки принято было говорить исключительно о плохом — и почти никогда о вкладе этого руководителя в построение новой системы международных отношений XX века.

Когда сегодня рассуждают о «новой Ялте», я воспринимаю эти разговоры с определённой тревогой. Ялтинская конференция стала возможной вследствие Второй мировой войны. Мы ведь не хотим Третьей мировой — масштабнейшего конфликта, который унесёт жизни миллионов людей по всей планете, а с учётом ядерного оружия может и вовсе отбросить человечество в каменный век. Думаю, этого не хочет никто.

Я, как и многие эксперты, критикую Организацию Объединённых Наций. Эта критика заслуженна. Но при этом нельзя игнорировать ключевой факт: Российская Федерация является постоянным членом Совета Безопасности ООН. А это — уровень влияния, статус и реальные рычаги в международных делах.

И всё это стало возможным именно благодаря той системе международных отношений, фундамент которой был заложен в Ялте.

Иван Мезюхо