20

Сато Ишимура. Глава 28.2

Сато видимо не нашел в себе сил, чтобы ответить. Просто молча кивнул.


– Ты просто впервые в жизни столкнулся с необходимостью сделать выбор. И обосрался. Это твое несчастное красное озеро, я про него. Вся твоя предыдущая жизнь фактически была предопределена. Тебе вообще ничего не нужно было выбирать. Вышел из пробирки, взял автомат, спросил у сержанта в какую сторону превозмогать – вот и все. Вся твоя крутизна в твоем окружении. В твоем модифицированном теле, оно ведь улучшено всеми возможными способами, да? Все, что нужно солдату выкручено на максимум, все, что не нужно – сведено к минимуму. А тебя во всем этом нет. Ты едешь по уготованным рельсам и наслаждаешься жизнью. Без сомнений, без страха и упрека. И вот когда ты оказался в ситуации не описанной в уставе. А я сильно сомневаюсь, что там есть пункт, допустим пятьсот два, где сказано, что мол нарушить данное слово и расстрелять гражданских можно в случаях таких-то.


– Пункт пятьсот два касается дисциплинарных взысканий. – Глухо отозвался Сато.


– Плевать, чего он касается. Важно то, что ты сошел с рельсов. И тогда-то начались проблемы. Именно там в тебя проникла эта твоя ересь. А уж стоило тебе оказаться в теле обычного ребенка, так тут тебе вообще настал кирдык. Ты пытался защитить свою контр-адмиральскую идентичность, пытался собрать осколки своего мира, но увы. Даже твое тело было против тебя. Ты столкнулся, например с сексуальностью. Это нормально, но ты ее испугался. Ты ее не распознал, ведь никогда раньше ничего подобного не чувствовал. Настолько испугался, что стал подавлять, видимо приняв за эту твою ересь. Сато, у тебя нет никаких проблем, кроме одной. Ты абсолютно зависим от окружения и не способен принимать самостоятельные решения!


– Но... Как же провалы в памяти, как же мой приступ в том торговом центре! Я же знаю, что есть... Другой! Ты понимаешь, о чем я! Ты его видела!


– Да если так шарахаться от своей сексуальности, то появится не то, что другой, а целая толпа других! Так и с ума сойти не долго! Этот твой другой – всего лишь ты! Эта планета кажется тебе тюрьмой, хотя на деле тут все наоборот! Тут ты волен быть кем захочешь, и делать что захочешь! И эта свобода тебя раздавила. На самом деле именно ты прожил всю жизнь в тюрьме, а оказавшись на воле перепугался чуть ли не до смерти! Помнишь, я сказала, что не обвиняю тебя в трусости?


– Да.


– Я поспешила с обещаниями! Ты трус, Сато! То, что сейчас с тобой происходит называется взрослением. И либо ты возьмешь на себя ответственность за свою жизнь и примешь решение, что делать дальше, либо... Либо все закончится весьма убого.


Даша посмотрела на Сато. Его буквально вдавило в стул. Он ошарашено водил глазами туда-сюда, явно не понимая, что от него требуется.


– Знаешь. Вообще-то в данный момент у тебя нет никакого выбора. Будем честны. Если ты одной женщиной командовать не можешь, то уж целым карательным корпусом тем более. Мятежа не будет. Никто не пойдет за тобой.


Даша еще раз оценила его состояние. Уже почти, но не совсем.


– Знаешь, что забавно. Ты все время говорил о верности Богу-Императору. Но ведь по факту она ничего не стоит. Если ты просто не знал, что можно по другому, даже не допускал этой мысли, то это не верность. Я даже не знаю как это назвать. Вот знаешь, как любовь с первого взгляда и на всю жизнь. Это ведь болезнь, а не дар. В ней нет никакой ценности потому, что в ней нет человека. Он не принимает решение любить. Он болеет. Ну вот так и ты. Болел какой-то странной экзотической ерундой.


Даша покосилась на Сато. Вот оно. Разобран почти до нуля. Теперь нужно немного сдвинуть.


– У тебя есть только один вариант выбора, если ты хочешь жить. Но и его надо выбрать, понимаешь?


– Не очень.


– Выбери то, что есть! Выбери стать контр-адмиралом! Раньше ты понятия не имел каково это, просто потому, что твое окружение делало тебя им, а вовсе не ты. Ты не знал ничего о долге, чести, верности и прочем. Просто потому, что никогда не выбирал это. Теперь придется сделать это. И это будет по-настоящему, а не по стечению обстоятельств. Сейчас совсем не важно, виновен ли ты в чем-то или нет. Если ты явишься на суд такой размазней, с такой кучей сомнений. То тебя просто сожрут. Поэтому тебе лучше бы стать контр-адмиралом.


– Я не могу. Теперь уже нет.


– Просто не хочешь! Не быть контр-адмиралом ты все равно не можешь, если хочешь жить!


– От меня требуют то не быть им, то быть...


– Никто от тебя ничего не требует! Ты сам выбираешь!


– Я понимаю, что ты пытаешься сделать. – Сказал Сато. – Но это работает только один раз. Второй раз меня не поставить на рельсы.


Повисла тишина. Даша почувствовала, как внутри что-то ломается. Происходит что-то непоправимое и ужасное. Она отвернулась, а потом и вовсе пошла на кухню. Села за стол и взялась за голову. Возможно, это был единственный шанс и... она его упустила. В комнате щелкнул тумблер. Затрещала радиостанция.


– К 12, как принимаете?


– Принимаю отлично, назовитесь.


– Контр-адмирал Сато, соедините с капитаном первого ранга Кэйташи.


– Минуту.


Какое-то время слышался только шум эфира, потом рация ожила.


– Слушаю.


– Высылай за мной людей.


– Где ты?!


– Есть одно условие. Вы перенесете мое сознание в другое тело. Местный паренек не должен пострадать.


– Ты не в тех обстоятельствах, чтобы ставить условия. – Возразил Кэйташи. – Да и зависит это не от меня. Как понимаешь, если инквизиция тебя признает еретиком, то...


– Тогда я прикажу разнести к чертовой матери корабли инквизиции. Чтобы гарантировать собственную безопасность. Как понимаешь, меня послушают. А потом отправлюсь на суд. Тум уж разберутся, кто был прав.


Кэйташи молчал так долго, что Даша решила, будто он и вовсе не намерен отвечать, но рация все же ожила.


– Хорошо. Инквизиция дала добро. Носитель не пострадает.


– Принял. Встречаемся на Московской Площади.


Повисла странная тишина.


– Что?


– На Московской Площади.


– Ты сказал что-то непереводимое! Мой терминал не справляется с этим.


– Ясно. Тогда я промаркирую маяком.


– Принято.


Снова щелкнул тумблер. Повисла тишина, в которой отчетливо была слышна музыка из соседской квартиры. Видимо там решили закатить вечеринку на тот случай, если конец света действительно состоится.


Прозвенел звонок. Даша вздрогнула и пошла открывать дверь.


– Принес! – Айрат поставил на пол какую-то очередную коробку.


Из гостиной вышел Сато. Он молча под��ватил груз и снова ушел. Айрат какое-то время стоял, не зная куда деться, потом пожал плечами, разулся и пошел на кухню. Даша последовала его примеру. Какое-то время они сидели молча, вслушиваясь в неторопливый лязг каких-то металлических деталей из гостиной.


– А тебе зачем все это? – Спросила Даша.


– Ну... Событие века, как ни крути.


– Для книги? – Поморщившись уточнила она.


– Да хотя бы и так. Что в этом плохого?!


– Наверное ничего. – Пожала плечами Даша.


– А ты зачем в этом участвуешь? Какой у тебя великий мотив?


– Не знаю. – И нельзя сказать, что она соврала. Она и вправду не до конца понимала, для чего ей все это.


– Поехали. – Приказал вышедший из комнаты Сато.


Даша и Айрат переглянулись и встали из-за стола. Сато не стал их ждать и пошел к лифту. Они спешно оделись и поспешили за ним. Они молча спустились на первый этаж и вышли на улицу. Оказывается тут шел дождь.


Айрат указал рукой на припаркованную неподалеку машину и поспешил к ней. Сато и Даша пошли за ним. Контр-адмирал как и раньше сел назад, а Даша, немного поколебавшись, уселась на переднее пассажирское сиденье.


– Куда едем?


– Московская площадь.


Ехали молча. Дождь усиливался. Дворники мелькали все чаще. Даша наконец решилась, она повернулась к Сато, чтобы все сказать, но наткнулась на его взгляд и почему-то растерялась. Он медленно приложил палец к губам, призывая к тишине. Даша послушно отвернулась. Ей стало грустно, но как-то не надрывно, а спокойно. Эта грусть была похожа на какой-то редкий сорт вина, которое хочется медленно смаковать.


Еще какое-то время мимо проносились улицы, залитые светом, блестящие, нарядные. И от этого становилось еще более грустно. Будто бы она попала на какой-то чужой праздник. А потом машина остановилась и Айрат не оборачиваясь сказал.


– Приехали.


Даша ожидала, что он что-то скажет, но Сато молча вышел в дождь и пошел к памятнику Ленину. Айрат как-то беспомощно посмотрел на Дашу. Она покачала головой, чувствуя как грусть сменяется болью.


Сато тем временем остановился у памятника и оперся на постамент, ожидая, видимо, прибытия людей Кэйташи. И они не заставили себя долго ждать. Из дождливого неба вынырнули три небольших космических корабля. Каждый размером с автобус, не больше.


Они тяжело, как-то неаккуратно приземлились вокруг памятника, проминая гранитную плитку и поднимая клубы пара. Включились прожекторы.


Сато даже не шелохнулся. Он все так же стоял оперевшись на постамент. Даша не могла с такого расстояния различить выражения его лица.


Один из кораблей откинул трап и по нему спустился мужчина в черной форме. Вероятно тот самый Кэйташи. За ним следом вышел... вышло... фигура-то была человеческая, но... Добрую половину лица заменяла какая-то механическая вставка, из шеи торчали то ли трубки, то ли шланги. Даша поморщилась от отвращения.


Сато же спокойно кивнул, приветствуя обоих. Они перекинулись несколькими фразами, после чего контр-адмирал первым пошел к трапу. Инквизитор и Кэйташи двинулись следом.


Через минуту единственным напоминанием о произошедшем была промятая, потрескавшаяся плитка.


с) Рагим Джафаров


https://www.facebook.com/RagimD

https://t.me/DzhafarOff

Найдены возможные дубликаты