Охота на ларингала
(Длинный скучный пост про древние загадочные звуки)
Тут меня в комментариях на Пикабу попросили разъяснить про одну лингвистическую штуку.
Итак, есть такая артистка Наталья О’Шей, которая поёт в группе «Мельница» разные песни. Но нас сегодня будет интересовать, что вообще-то по образованию она лингвист, а диссертация у неё была по ларингалам.
Собственно вопрос был в том, что такое ларингал — и как это объяснить такому человеку, который не имеет профильного образования, но ему интересно.
И вот какое дело. Ларингал — штука, про которую диссертации пишут и копья ломают, а мне надо свести всё к посту. Я, конечно, сведу — но по дороге буду упрощать, потому что таков мой путь.
Начну, как обычно, с ветхих древностей.
Про среду обитания ларингала
Я уже отдельно писала, что русский язык вышел из языка праиндоевропейского, по дороге пройдя через много стадий.
Краткое содержание предыдущих серий
Никаких стопроцентно достоверных устных и письменных источников, записей и грамматик праиндоевропейского языка не сохранилось в принципе, потому что это было бешеные тысячи лет тому назад (он только распался, предположительно, примерно за 4 тысячи лет до нашей эры).
Есть словари и грамматические исследования, но они делаются сейчас (а не тогда) и с помощью реконструкций. Зная кучу языков, в которые превратился праиндоевропейский (а их примерно 450), зная всякие языковые процессы, которые шли в языках, зная какие-то общие языковые законы, можно иметь представление о том, из чего вот это всё вот развивалось, раз мы знаем конечный результат.
Немного это похоже на математические упражнения с поиском неизвестных, где можно путём некоторых вычислений что-то понять. Но дело в том, что в лингвистике и математике всё устроено по-разному. В математике решение задачи может быть верное и не очень, совсем не очень😸.
В лингвистике вот эти все неизвестные — порой область гипотез, а раз нет стопроцентного подтверждения, то это уже то, что оценивают скорее категориями «верю/не верю» (я утрирую). Такие вот дихотомии: верю/не верю, верно/нет — звучат похоже, а какая большая разница в смыслах.
2. Откуда есть пошли ларингалы
С точки зрения науки ларингалы как загадка и гипотеза появились совсем недавно.
Примерно до конца 19 века про ларингалы совсем никто не задумывался, пока не появился швейцарский лингвист Фердинанд де Соссюр, авторитет которого сейчас мощен и непоколебим.
Соссюр хозяйским взором окинул доступные ему для исследования слова (прекрасный материал для изучения) и заявил, что в праиндоевропейском языке-то существовали ларингалы (их он тогда назвал сонантическими коэффициентами), но с распадом языка (напомню, примерно четыре тысячи лет до нашей эры) они покинули чат. Ему не все тогда поверили, а доказательств у него было не так много — мне кажется, в этом и причина того, почему сейчас не все учёные верят в ларингал. Но к учёному и его выводам я ещё вернусь, а пока —
3. Что такое ларингал
И тут такое дело, что ларингалы — это не вот прямо какие-то волшебные прицокиванья или что-то чрезвычайно необычное. Ларингал — это просто звук, который образуется в горле. Если вы знаете английский, скажите слово «шляпа» (hat). Начальное «хэ» будет образовано у вас в горле и выдохнуто в окружающий мир. Вот это вот согласное из горла и есть ларингал, то есть один из ларингалов (он не единственный, конечно). Если вы знаете такие языки, как арабский и иврит, например, то там этих ларингалов уже побольше, чтоб вы имели представление.
Сейчас меня спросят — да в чём вообще смысл огород городить, если вот были ларингалы в древнем языке, и вот сейчас в одном из языков, который появился из того древнего, ларингал — в чем проблема? Но всё не так просто (а арабский и иврит вообще не очень хорошо рассматривать в контексте индоевропейских языков, потому что они вообще не оттуда — но ларингалов там так много — больше чем английский аж целый один — что очень хочется уж их хоть к примеру ларингалов приплести).
Ларингалы, про которые писал Соссюр, это не банальные звуки из современного какого-нибудь языка. Это специальные древние звуки. И загадлчные. Из-за давности событий никто толком не знает, как в праиндоевропейском читался ларингал. Примерно понятно, что он был из горла, но их же много вариантов (см. варианты из арабского или иврита, например, чтоб ознакомиться с ассортиментом), какой же был в ходу?
Вот это уже похоже, конечно, на то, что мы смотрим на воду, по которой расходятся круги от брошенного камня. Круги мы видим, примерное место падения камня тоже видим. Можем догадаться, кирпич это был или полкирпича😸. Но мы по кругам не можем понять, какого цвета был камень, был ли это камень правильной формы или обломок какой, какие в нём были минеральные примеси.
Единственное, что про эти «камни» смогли сказать лингвисты — что их было три разных. Для удобства их называют (в максимально известной интерпретации гипотезы) h1, h2, h3 — всё равно непонятно, как их правильно произносить, хотя версии произношения есть (специально не хочу на этом акцентировать внимание здесь).
Фишка ларингалов в том, что они предположительно были в праиндоевропейском языке, потом исчезли, но перед этим оставили след в тех словах, где они были.
Вообще это уже можно сравнить с тем, что у вас есть белый листок. Вы ставите на нём точку чернильной ручкой. Потом лист бумаги намокает, точка исчезает — но вокруг места, где она была, расплылась чернильная клякса.
Соссюр вместо листка бумаги и кляксы изучал языки и праиндоевропейские всякие чередования, которые до наших дней дошли в виде форм глаголов с меняющимися гласными: sing-sang в английском, «забираю-забрал» в русском и так далее.
Если вы видите печального иностранца над учебником русского языка, возможно, он кручинится именно над этими чередованиями непонятными. Нам они тоже не всегда понятные, но владеющий языком с детства над этим просто не задумается.
А вот Соссюр задумался и понял, что индоевропейские чередования так-то да, влияют, но кроме них есть ещё какие-то непонятные флуктуации, которые неясно чем объяснить. Ну окей, допустим, на это влияют какие-нибудь коэффициенты. Влияют же — вот по многим словам мы видим то, как должно было выглядеть, и как выглядит в реальности.
***
Пример не очень про ларингалы, но очень наглядный и на русском языке.
В праславянском языке было слово *melko, которое обозначало молоко. Из праславянского вышли такие языки, как чешский, польский, русский, болгарский. В них соответственно это слово будет: mleko, mleko, молоко, мляко. Праславянское -el- только в восточнославянских языках трансформировалось в «л», красиво обрамленную с двух сторон гласными (ещё было «р» тоже обрамленное). Это называется полногласие, это характерный для восточных славян языковой стиль, в таком же духе русские слова «золото», «берег» и некоторые другие.
Таким образом, мы видим, каким могло бы быть слово в русском, если бы не случилось полногласия. Было бы неполногласное «млеко» какое-нибудь или «мляко».
***
Надо сказать, что у языка всегда есть какая-то своя логика, а его изменения обычно разумны и объективны. Так что если что-то в кадре выглядит совсем как утка, крякает и ходит по-утиному, наверное, это утка и есть. Так что я это к тому, что слова странно менялись не потому, что лашадка в ванне с огурцами.jpg, а у них реально был какой-то повод меняться, просто он не сохранился.
4. Как ларингалу помог загадочный хеттский язык
Довольно хорошо помогли ларингалам легализоваться в науке (из возможного в вероятное) находки памятников хеттского языка
Вообще хетты — это такой древний интересный народ, которого уже давно нет, а жили они примерно в Турции. Но нас в хеттском народе в основном интересует хеттский язык, а в нём — что он был тоже из праиндоевропейских, и практически самым первым отпал от родительского праиндоевропейского.
Я уже выше писала, что ларингалы вроде как сохранялись только в праиндоевропейском. И что у праиндоевропейского были проблемы с памятниками письменности. Так что хеттский язык, который немножко после себя уже оставил, дал уникальные возможности посмотреть на почти праиндоевропейский язык (я утрирую, но возможность была действительно уникальная). И в общем да, в этих хеттских записях нашли следы ларингалов: один был как бы ещё даже живой на момент записей (то есть его поймали и письменно зафиксировали), а другой вот только что утрачен как будто бы.
Хеттский язык абсолютно не прояснил, как читались ларингалы, но немножко уточнил концепцию про загадочные коэффициенты.
Итак, ученые выяснили, что ларингалов было три (это самая распространенная версия).
Один — h1 — на соседей по слову никак не влиял. Так что его утрата прошла, можно сказать, без особых изменений: было [е] и осталось [е].
Второй — h2 — менял гласную на [а].
H3 изменял гласную на [о].
Именно ларингалы и мутили воду, когда праязык реконструировали учёные: и так работать приходится наощупь, так ещё и какие-то нелинейные изменения. Но ларингалы, надо сказать, специалистам некоторым сильно облегчили жизнь, дав хоть какие-то обоснования.
5. Зачем нужен ларингал
Поскольку ларингал в праславянском совсем не маргинальная какая-то ересь (хотя кому как), его уже спокойно публикуют в учебниках для подрастающего поколения (особенно новейших, по которым я не училась). Так что оттуда уже можно узнать, что ларингалы в славянских языках влияли в основном на гласные, а в германских — и на гласные, и на согласные. Этим они полезны адептам теории, которым, я так понимаю, нравится иметь для всего объяснения — и это можно понять.
Но есть и ярые противники ларингала, которые указывают на то, что ларингал, по их мнению, за уши притянут. Они пишут, что сторонники-основоположники ларингала даже не могут договориться о количестве ларингалов — от двух до семи или даже десяти. Действительно, разные авторы называли свои варианты.
Хеттский язык противники ларингала не признают как удачный пример подтверждения и аргументируют тем, что да мало ли что там творилось тысячи лет тому назад. Действительно, это можно понимать — стопроцентных доказательств не осталось, каждый специалист имеет собственное мнение, а хеттский язык в принципе не очень хорошо совмещался с письменностью, что тоже может давать искажения.
Так что пока ларингалы — это теория, у которой есть свои поклонники, но есть и отрицатели.
6. Примеры!
Одна из причин, почему в этом посте сначала не было ни единого примера, в том, что ларингал (как вещь гипотетическую и не сохранившуюся) крайне сложно иллюстрировать для неподготовленного читателя. Или для подготовленного отрицателя ларингала. И только фанату ларингала и так все кристально понятно.
Сложность в том, что буквально нет ничего общего😸
Возьмем слово «ветер». Хорошее слово. В английском будет wind, французский имеет слово vent. Латынь — ventus. Казалось бы, общий для всех языков этих вариант (праиндоевропейский) будет *vent или как-то так. Давайте проверим и возьмем ещё какой-нибудь язык. Хеттский — не зря же про него столько говорили, с ларингалами хеттский всему голова.
А там ветер как раз записывается как *huИyante (ладно, я не люблю примеры, потому что не люблю нормально их записать и нормально транскрибировать) — вот тут вот мы как раз видим предположительный ларингал в самом начале, поэтому праформа будет никакой не «вент» ни в каком виде, а будет в самом начале содержать вот это вот выдохнутое «хэ» горловое (то есть мне очень нравится думать, что это оно и есть), и это лично меня очень радует, потому что вот оно, прям звукоподражание ветру, хорошо, прямо ветер слышно)
А вот как ларингал исчез (а он исчез), ветра уже не слышно, вместо посвиста — уже «в» губами и зубами — как в слове «ведро», слове «вес» и словосочетании «венозная недостаточность». Никакой поэзии😿
Другие примеры ларингалов в праиндоевропейском:
*wojha — сила;
*bilya — глотка;
*nahra — день.
Примеры взяты из работы известного советского лингвиста, чтобы точно ничего не перепутать😸
Как видно, страшно мы далеки от праиндоевропейского языка, и в этих словах не всегда можно увидеть знакомые очертания. Так?
Другие посты про языки:
Также я завела конал в Телеге, в котором я собираюсь постить голосовалки на тему того, что писать дальше, а то много вариантов 😸