Немного из медицинского образования⁠⁠

Из сети

Вот представьте, вы подхватили там какой-то новый вирус, которым раньше никогда не болели. Вирус этот встроился в клетки нашего тела, эти клетки бросили работу и ушли в глухой запой. Мы заболели. Тут и появляется первый герой. Шляются у нас по всему организму разные клетки. В том числе – антигенпрезентирующие. Это если по-научному. А если без зауми, то клетки-гопники. Дендритные клетки, макрофаги и ещё парочка таких же страшных рыл. Как и положено гопникам, они в основном интересуются не влиянием Блока на развитие поэзии 20-го века, а у кого бы мобилу отжать. У этих клеток одна заветная мечта: выпить и закусить. Цепляют всех прохожих: “слыш, ты с какого раёна?”. А поскольку заболевшим клеткам не до бесед с быдлом, гопники оскорбляются - и эти клетки попросту сжирают. Они жадно чавкают, жрут очень неряшливо и на рыле у них остаются лохмотья даже вякнуть не успевшего вируса, который только-только начал обживаться в новой квартире. Пока они обжираются – я успею рассказать про второго героя, который куда интересней. Т-лимфоциты родом с той же улицы, что и гопота – из костного мозга. Кстати, вот вам первое чудо – внутри наших костей живут и размножаются колонии многих кровяных (и не только) клеток. Так вот, пока они там плодятся – они имеют очень слабое отношение к остальному организму. Вдумайтесь: это – просто обитающая в нас колония простейших! Мы только научились их использовать в своих интересах - как муравьи научились использовать тлю: кормят её, пасут и потом доят, слизывая сладкий нектар, который выделяет тля. Но Т-лимфоциты мало что помнят о костном мозге, потому что их оттуда украли цыгане и увезли аж в тимус (вилочковую железу) даже не младенцами, а эмбрионами - гемоцитобластами (теми самыми так модными сейчас стволовыми клетками). Откуда берутся дети, все знают? Т-лимфоциты рождаются точно так же: в тимусе есть особые клетки-няньки с настоящими матками (которые так и называются инвагинациями), в которых эмбрионы лимфоцитов созревают – и рождаются уже по-настоящему. Там же, в тимусе, есть детский сад и школа, где T-лимфоцитов учат любить родных (не обижать клетки родного тела) и с опаской относиться к чужим дядькам-педофилам (чужеродным клеткам). По окончанию школы Т-лимфоциты выходят из вилочковой железы в жизнь. Фактически, это ещё подростки. Жизни они пока не нюхали, поэтому биологи их называют “наивными”. Видели бродящих по улице подростков? Уши заткнуты наушниками с гремящим рэпом, взгляд остекленевший, окружающее им совершенно неинтересно. Вот и наивные Т-лимфоциты под микроскопом выглядят точно так же – разве что без наушников. А клетка-гопник в это время уже нажралась. И, как любое сытое быдло, тут же начала ощущать себя элитой. У неё начали бродить смутные желания: жениться на модели, купить ламборджини или смотаться на Канары. Канары ей представляются самым реальным из этого перечня, поэтому клетка-гопник (по-прежнему с лохмотьями патогена на морде) пакует чемоданы, лезет в лимфатический сосуд и оттуда отправляется в морской (то есть, лимфатический, конечно) круиз на курорт – в ближайший лимфатический узел. А на этом курорте – там ведь полно наивных Т-лимфоцитов. И наши герои наконец встречаются.Клетка-гопник наступает на ногу лимфоциту с привычным вопросом: “да ты с какого раёна, пацанчик?”. T-лимфоцит изумляется. Он закончил школу благородных девиц и привык к совсем другим манерам. Вытаскивает наушники и пытается понять, что происходит. Я в буквальном смысле говорил, что жизни он ещё не нюхал: впервые лимфоцит встречается с вонючим гопником, от которого несет перегаром и недельными носками (стыдливые биологи эти носки и перегар деликатно называют главным комплексом гистосовместимости и ко-стимуляторными ферментами – но, как ни называй, а воняет-то от этого не меньше!). T-лимфоцит внимательно разглядывает гопника. Сам-то резкий пацан сер, уныл и непримечателен: замечали ведь, вся гопота друг на друга похожа как близнецы. Но свисающие с рыла гопника ошмётки сожранного вируса делают его чушку уникальной. А шляющиеся мимо В-лимфоциты Т-лимфоцита ещё и подзуживают: "Он обозвал тебя червяком, земляным червяком!" - пока другие В-лимфоциты достали мобильники, издевательски ржут и делают фоточки на память (чтобы в следующий раз организм отреагировал на этот антиген в разы быстрее, но Т-лимфоциту же всё равно дико обидно!).И тут происходит удивительная штука – ради которой, я всё это и рассказывал.От злости лимфоцит (он-то теперь не наивный, а битый жизнью – активированный) начинает бурно делиться, его дети – тоже: пока не образуется огромная куча клеток (клон).Но делятся они не просто чтобы Фрейда ублажить, а очень быстро мутируя! С каждой мутацией всё больше обучаясь распознавать именно этот вирус.Мутировавшие неправильно уничтожаются, удачные размножаются дальше. И потом они идут на войнушку. Просто вдумайтесь: когда мы подхватили какой-то новый грипп – за те пару дней, что мы валяемся с температурой, внутри нас втихаря идёт настоящая эволюция T-лимфоцитов. Ещё раз: самая настоящая дарвиновская эволюция. Не за миллионы лет. За два-три дня. Разве это не настоящее чудо? И это – только один крошечный эпизод из будней иммунной системы. Даже из которого я и сотой части не рассказал: на самом деле и Т-лимфоциты бывают совсем разные: здесь была речь только о Т-киллерах, и происходит всё куда сложней и увлекательней. И чудеса там – на каждом шагу...