Надоело⁠⁠

Поругалась, хлопнула дверью, выкинула следом клавиатуру и телефон в стену.

— И больше не подходи ко мне никогда! — сказала я отцу. — А если будешь говорить хоть слово против, я вызову милицию и скажу, что меня тут убивают, и ты пожалеешь об этом скандале.

Честно говоря, уже достала вся эта ситуация с долгами, что через мошенническую организацию патронажных услуг повесили долг в более чем два с половиной миллиона, и всё это на меня. Бахтыгуль, как сотрудник, брала у меня помощь себе на жизнь и детей, а эти наглые твари с неё эти деньги не отдали. Ну я и сказала отцу: с какого перепуга ты в чём-то обвиняешь меня? Я за неё платить вообще не должна, но если будешь защищать этих проклятых мошенников и доведёшь до ручки, я позвоню и всё там разрушу. Видите ли, это я кому-то там давала деньги. Одну минуту: брала Бахтыгуль у нас деньги в долг как сотрудница, и если патронажная организация присылает вороватых посудомоек, то я в этом не виновата. А папа, если ещё раз со мной хотя бы заговорит, пожалеет об этом навсегда. Я никакая нибудь там груша для битья, которую можно обвинить и выбросить в мусорку, и за свои права я буду бороться. Человек пытается отбелить конченных мошенников, которые пробираются в чужой дом под видом помощи, и вместо того, чтобы написать на саму эту проклятую организацию, он обвиняет меня.