В конце 80-х ездил в командировку в Армению. Сел в городской автобус "Икарус", кондуктора не наблюдалось. Стал присматриваться, как оплачивать проезд? На остановке водитель открывал только переднюю дверь, все, кому надо выходили и бросали мелочь в чашку, которая была приделана в окошечке перегородки справа от водителя. (см. фото) Билетов никаких не выдавалось. Затем передняя дверь закрывалась, открывались задняя и средняя дверь, люди заходили. Водитель горстью сгребал часть мелочи из чашки, клал в карман, поездка продолжалась. Местный мне потом, за распитием чачи, рассказывал, что все должности в Армении имеют свою расценку для устраивающихся на работу.
А после поездки на междугороднем рейсе с автовокзала я попросил водителя выдать мне билет для отчёта в бухгалтерию о поездке, так как в никакие кассы никто не ходил, по-моему, садились сразу в автобус, отдавая деньги водителю. С очень недовольным лицом, но всё-таки дал мне билет.
В конце 80-х ездил в командировку в Армению. Сел в городской автобус "Икарус", кондуктора не наблюдалось. Стал присматриваться, как оплачивать проезд? На остановке водитель открывал только переднюю дверь, все, кому надо выходили и бросали мелочь в чашку, которая была приделана в окошечке перегородки справа от водителя. (см. фото) Билетов никаких не выдавалось. Затем передняя дверь закрывалась, открывались задняя и средняя дверь, люди заходили. Водитель горстью сгребал часть мелочи из чашки, клал в карман, поездка продолжалась. Местный мне потом, за распитием чачи, рассказывал, что все должности в Армении имеют свою расценку для устраивающихся на работу.
А после поездки на междугороднем рейсе с автовокзала я попросил водителя выдать мне билет для отчёта в бухгалтерию о поездке, так как в никакие кассы никто не ходил, по-моему, садились сразу в автобус, отдавая деньги водителю. С очень недовольным лицом, но всё-таки дал мне билет.