Моня.
Бабушка Голда звала меня Моней. Ей говорили, что меня зовут иначе. Она ухмылялась и фыркала в ответ:
- Ой, я вас умоляю, вы что, считаете, что я совсем уже сошла с ума? Вы за кого меня держите? Можено подумать, что я не знаю кого как зовут. Я прекрасно знаю, что это не Моня! У меня от вас голова уже на девятом месяце!
Она нарочито громко гремела посудой в раковине, давая знать, что ей не приятно, когда ее учат всякие шмоки.
Я сидел за кухонным столом нашей коммуналки и пил компот.
- Пей, компотик, деточка, пей. Я налью тебе еще. Пей, Моня, компотик, он с вишенками...
- Бабушка Голда, ну, ты ведь только что сказала, что я не Моня! Почему ты опять так называешь?
- И ты туда же? Вы хочите доконать бедную женщину! Пей компотик, чтоб ты мне был здоров...
Бабушка Голда жила одна в последней комнате вправо по коридору. У нее никого не было, даже кота. Поэтому свою безудержную энергию она посвящала мне, пичкая компотиком, булочками и супчиком. И упорно называла меня Моней.
- Но почему Моня, бабушка Голда? - не унимался я.
Бабушка Голда посмотрела на меня очень пристально, вздохнула, села на табурет рядом:
- Ну, что ты ко мне пристал, цорес мамин? Моня, не Моня... какая разница?
- Большая. Ты ведь знаешь, как меня зовут...
- Имя это всего лишь буквы. У меня был сынок, примерно такого возраста, как ты. Его звали Моня.
- Сынок?! - неподдельно удивился я, - У тебя, бабушка Голда, был сынок?!
Мне казалось это абсурдным! Вечно одинокая бабушка и вдруг сынок... Она слишком старая для такого сынка! Вот посмотрите на мою маму! Она красивая, молодая... а тут бабушка...
- И что в этом удивительного? Когда я была молодая. как твоя мама, у меня был сынок. Но потом его не стало.
- А куда он делся? - недоверчиво спросил я.
- Он никуда не делся. Он умер. Была война, мы были в эвакуации. Он заболел туберкулезом и умер. Мой сынок Моня.
Я не знал, что ответить... Мне казалось это ужасным и несправедливым. Помолчали.
Бабушка Голда встала:
- Ну, и что тебе жалко побыть немножко Моней? Я же не прошу тебя быть им всегда, только иногда и немножко... Хочешь компотика?
- Хочу...
- Давай чашку... Моня.
- Мне не жалко...
- Чего тебе не жалко?
- Побыть Моней. Я буду Моней сколько хотите...
Бабушка Голда мыла посуду, не поворачиваясь ко мне. Мне казалось, что она плачет, но может быть я и ошибаюсь...
- Спасибо, Моня... допьешь, чашку дай, я помою, - сказала она абсолютно ровным и спокойным голосом.
© Александр Гутин