Менск, Минск, Minsk,
Привет пикабу! Следующие пару строчек прозвучат как предупреждение о бесплодии, раке легких и импотенции на пачках сигарет. Настоятельно рекомендую и сразу предупреждаю о возможности наличия грамматических и пунктуационных ошибок.
Учителям русского и филологам мои посты смертельно опасны для здоровья и череваты потерей трех красных ручек в борьбе с неграмотностью.
Прочитав этот абзац вы предупреждены, а значит вооружены..поэтому мне лишь остается пожелать вам приятного прочтения:) Тут будет много букв, настоятельно советую читать с чаем.
Одним из вечеров, сидя на даче, от скуки перелистывая свою уже до ужаса "залистаную" ленту вконтакте, прокручиваю сотни фотографий, статей и шуток одни за другими. Уже совсем отчаявшись, я решила сворачивать все это интернетсидение и идти спать, ведь все уже перечитано и просмотрено, а шанс найти хоть что-то заниматедьное приравнивался к нулю. Но тут мой взор пал на одно очень интересное фото, которое я едва ли было "прогартала", но что-то заставило заметить в этом фото нечто близкое и родное с одной стороны, но необычное и новое с другой.
На том старом, чернобелом фото красовался мой город, вернее тот, каким он был в довоенное время.
Уже через пять минут я во всю перелистывала старые книги, в которых были хоть какие-то упоминания о Минске 20 веков. Справочник сменялся трехтомными советскими энциклопедиями, страница перелистывалась за страницей, минуты превращались в часы. Я сидела и листала, было довольно трудно найти какую-то конкретную информацию о жизни евреев в городе в те времена, но мое любопытство не угасало, а значит надо искать дальше.
Страницы, статьи из старых газет, интернет...даже самая малая весточка была для меня важна.
То неописуемое чувство, когда ты держишь в руках целую эпоху, историю про очень важный отрезок времени для каждого в этом мире. Повествование о времени, которое затронуло судьбы всего населения, которое научило по-своему любить и ненавидеть, которое возвело свою идеологию, свои каноны, а потом это мастерски уничтожило. Подвиги людей вспоминаются с замиранием сердца, а правители того времени вызывают у меня восхищение(нет, я их не люблю и не боготворю, меня просто восхищает их ум, находчивость, умение убеждать и хитрость)
Предложение за предложением, слово за словом, буква за буквой...я сидела и перечитывала. Моя голова стала полем боя между усталостью и любопытством. Я уже было не заметила, как стало светать. Да и вообще на часы меня заставил посмотреть соседский петух, который во всю глотку проорал утреннее петушиное "гутен морген". Я спустилась в низ за чашкой чая, а вернувшись принялась читать дальше, обдумывать и мысленно представлять прочитанное.
А теперь перенесемся во время, в которое люди еще не имели понятия о второй мировой, город не был похож на руины, а правление Адольфа Гитлера только начиналось. И так...Добро пожаловать в 30-е года 20 года.
Перед началом войны Минск являлся наполовину еврейским городом, в котором добрую половину минчан составляли евреи. Население города составляло около 240 тысяч человек, и, по некоторым подсчетам, евреев было больше 100 тысяч. Жили они по всему Минску, смешиваясь с местными жителями, – в отличие от других европейских городов, где традиционными были еврейские кварталы с достаточно закрытыми общинами и образом жизни соответственно.
Жили евреи себе, не тужили. Жили тихо и мирно, занимались ремеслами, ходили на танцы, работали... Скажем, занимали свое полноправное место в жизни города. В самой губернии около 88% купцов были евреями, им же принадлежали все банкирские конторы города.
Строили они синагоги, школы, был даже еврейский театр. О их жизни в довоенном Минске мало где упомянуто, их роль в обществе умолчена. Да и страшное Тростенец трудно связать с Минском, а молодежная Немига и подавно никак не увязывается с каким-то там гетто.
Евреи стали настолько естественной частью жизни города, что их роль заметили только в 1943 году, когда оказалось, что за войну в минском гетто было уничтожено и зверски убито 100 000 человек. Очень показательными являются слова минчанки Маины , пережившей то страшное время: «Я долго думала после войны, почему у всех друзья, знакомые, а у меня никого – я осталась совсем одна . А потом поняла, что как-то так получилось, что все мои друзья были евреями».
Город скрывает эту историю за старыми фасадами, в камнях тротуаров. Минск молчит и томно хранит тайну, тех страшных лет, всю пережитую боль своих жителей. Город скрывает все в трещинах стен, в своих памятниках и свете фонарей.
А ведь каких-то 80 лет назад "тут" стоял еврейский детский сад со своей волевой и весьма тучной воспитательницей Сарочкой, а напротив синагога. Там за углом был трактир с добрым Ицхаком, который всегда угощал мальчишек-сорванцов яблоками со своего сада. А напротив, около афишного столба был ломбард скряги Якова, брата Ицхака, который не упустит шанс облапошить городского дурачка. А там, на втором этаже, жили крошки Гиля и Сали, которые были теми еще сорванцами и держали в страхе несчастного черного кота. В декабре все жители города баловалась пончиками с вареньем, а в начале весны одевали мартовские карнавальные маски и шли веселиться. Но все перевернулось в один момент.
Город больше никогда не запахнет ароматом жареного теста с клубничным вареньем, а мартовские маски так и останутся воспоминанием и бредом, некогда маленькой девочки, а теперь уже старухи Ривки.
Вся эта история никогда не будет рассказана, её хранитель спрячет ее в деревьях и теплом ночном свете. Он лишь будет наблюдать через окна и закаулки за влюбленными, которые гуляют по парку, за суетой серых будней, за судьбами миллионов, которые ломаются, мечтают и просто продолжают жить, строят планы на будущее, заводят семью и домашних животных.
Сейчас Минске живет не более нескольких тысяч евреев, а в самой Беларуси их количество едва ли достигнет десятка тысяч. Едва ли вериться, что некогда идиш был государственным языком, а слово "Шалом" ни у кого не вызывало насмешки или удивления.
Жизнь меняется, время становится другим, люди, манеры, культура все уже давно не то. История сменяется новой, старая забывается и вспоминается раз в год. Наш долг помнить историю каждое утро, ведь она это и есть мы, наша душа. Мы те, кто ее вершит. Самое главное не дать истории стираться с подошвой кед, которые прошли уже не один километр по столичным закаулкам синеокой, не дать ей забыться с некупленным хлебом в магазине, не позволить ей улетучиться вместе с летом каждого года.
Самое главное помнить, ведь это долг каждого и самое малое, что мы можем сделать для, тех кто отдал жизнь в то несладкое время.
Спасибо за внимание❤
Всем самой космической любви и тепла