Кровь, веряне, полуживой пацан
На волне поста про девочку, которой родители-мормоны лечили порок сердца молитвами и просрали все полимеры: http://pikabu.ru/story/svoboda_veroispovedaniya_pozvolyaet_r...
Лежал после операции. Привезли парнишку. Ни одно больничное его не принимало. Перекидывали с реанимации сразу в другую больницу. Схема простая. Перевели – полежал – начал отходить – реанимация – видят что стабильный – перевели в другую больницу. Ему срочно нужно было переливание потому что… барабанная дробь… "религия запрещает есть мясо". Растущему организму. Да как он до своих 14 дожил? Дожил как-то. Есть люди, которые без мяса не могут, потому что это всё генетика и иначе они загибаются быстро.
А переливание ему тоже нельзя. Потому что… снова барабанная дробь… "кровь вместилище души и туда можно только богу залазить". Ну на крайний случай архангелу, но никак не меньше. Врачам нельзя.
Мясо начать есть (даже под видом больничной каши) – не вариант, потому что желудок почти не знает что это такое и быстро вернёт всё обратно.
Родители - "свидетели чего-то там". Кажется тусовка называлась "сторожевая башня", или что-то около того. Постоянно дежурили со своими соуча соверующими и бдили чтоб пацану не влили чужую кровь: "А вдруг там бесы? И вообще, надо больше молиться. Ещё больше! Много молитв не бывает! Вот дитятко мало молилось и отвернулся от него бозя". В общем, именно они общиной в каждой больнице выли как стая койотов, только заходил вопрос о плазме (кажется как-то так правильно). Из-за этого их и пуляли абы с рук сбыть.
Под конец начмеда отделения, где лежал, это в край задолбало, тем более, это было последнее отделение, где этого пацана вообще приняли. Остальные уже перепробовали от слова "совсем все". До сих пор пытаюсь представить сколько раз его реанимировали – не могу. Раза три точно за последние 2 недели, по крайней мере так слышал. Чем реанимировали и как - тоже загадка. Может именно в тот момент вливали что-то, что не видели озабоченные религиозники. Как представлю, что за месяц пацан, ныряя между мирами реанимашек,успел со семи этими архангелами и не-архангелами самостоятельно перезнакомиться...
В общем, собрал начмед тусу – пристав милиции, веряне выковыряли где-то попа с шарпанной библией (к стати, толстый такой, наверное капуста очень питательная ему попадалась) и на пальцах объяснили – или сейчас переливание, или всех в кандалы и потом уже переливание (по его расчётам пацану осталось 10 часов до следующей реанимации), а если попытаются забрать – уголовное заводится моментально, и скорее всего, будет сразу по горячим следам с мертвяком.
Поп что-то побубнил, поплевал в библию свою, полистал, нашёл какие-то строчки типа: "Если очень надо, но нельзя – то можно", добавил – "Крепись сестра, бог тебя испытывал" и ускакал в закат. Типа "квест пройден, ачивка добавлена, ты молодец, это уже титры, харэ мальца мучать за него бозя заступился".
У мамашки пацана моральный кризис: "ща все исчадия ады налезут пацану в душу" и "да неизвестно чья кровь, а вдруг насильника какого". Дед на соседней койке материл эту зомбированную на чём свет стоит, а я кое-как ковылял на выход. Пацана положили в отделение потому, что освободил ему койку на месяц раньше, чем начал сам нормально ходить. Там все были в основном тяжёлые, и в основном неподвижные. Последняя пристань, так сказать. Подошёл начмед и как-то по-свойски обрисовал ситуацию. Это была моя вторая операция в том самом отделении, поэтому успели чутка скорешеваться. Начмед нормальный такой себе хирург по совместительству, да и как человек тоже. А мне дома как-то… и стены лечат. Остальных клиентов было просто не поднять с койки.
Был пару раз после на перевязке, заглядывал в палату. Пацан шёл на поправку. Что там с хором молящихся идиотов было – не знаю. Мать его на коридоре постоянно молилась. Дед травил анекдоты и подкалывал пацана на счёт девок. Пацан прикалывался с дедом, демонстративно отворачиваясь в окно, когда в палату входила его мать.
Хотелось бы добавить строчку «на попа завели дело», но нет, не завели. Не за что. Даже если б пацан кони двинул, таскали по разборкам бы его первых родственников.