Как я лечился от туберкулеза часть 3⁠⁠

Первая часть http://pikabu.ru/story/kak_ya_lechilsya_ot_tuberkuleza_44531...

Вторая часть http://pikabu.ru/story/kak_ya_lechilsya_ot_tuberkuleza_chast...

Оборудование.

Вообще, из личных вещей, в палатах разрешалось хранить только одежду и не портящиеся продукты, как к примеру сухофрукты. Но в каждой палате приносили и ставили свои маленькие телевизоры, мой сосед принес небольшой старый пузатый телевизор, я принес электрический чайник, что так же были почти в каждой палате, ну и, естественно, ноутбук. Правда все это периодически приходилось прятать, когда проверки приходили, пожарные и прочие. Медперсонал нас в этом плане не ограничивал, они прекрасно знали, что все мы здесь не на день или два, а на долго.

Карты.

В первый же вечер, как приехал, уже собирался ложиться спать после отбоя, как ко мне постучались. Невысокий пухлый мужик, с улыбкой до ушей поинтересовался, не играю ли я в карты, на что получил утвердительный ответ. В итоге я был приглашен на ежевечерне-ночные игры в дурака. А эту игру я с детства любил, так как все каникулы проводил в деревне, где так же все собирались вместе и играли. Веселые болтологии во время игры отлично скрашивали мне первые дни в больнице, к тому же благодаря этому я очень быстро познакомился почти со всеми мужчинами и дедами и завязал дружелюбные отношения. Вообще, не смотря на то, что сильно пьющих было много, разговаривать с ними было ничуть не скучно, даже наоборот, такие байки травили о своей молодости и пьяных похождениях, что порой дух захватывало.

Завтрак, обед, ужин.

Столовая находилась на первом этаже. Кормили как на убой, салат, первое, второе, обязательно мясное, а на завтрак еще и бутерброд из батона, масла и красной икры. Естественно фрукты и йогурты на полдник.

Звонок на завтрак/обед/ужин был не шибко громкий, поэтому те кто его услышал, брали ложку с бокалом и шли по коридору постукивая ими друг о друга и провозглашая "Обееед! Все идем хавать!" Естественно это делали наши веселые алкоголики. Но только по-началу, довольно быстро это стало неким ритуалом и к постукиванию ложкой об бокал присоединялись даже бабушки.

Праздники.

Положили меня в больницу в зиму, поэтому праздников я там собрал не мало. На новый год, конечно, меня отпустили домой, и я не знаю, что там пациенты вытворяли, но говорят, было весело. К тому же у меня был просто убийственный теплый халат. Халат этот матери, и когда стало прохладновато, она мне его принесла. Халат теплый, до пола и красный с белой оборкой внизу и на вороте. В общем, из-за него прозвали меня Дедом Морозом. А когда узнали, что на сам праздник я не остаюсь, то расстроились, но я не жадный, отдал в пользование свой халат. Говорят там все наряжались кто во что горазд, и было это чем-то похоже на детский утренник в детском саду.

Потом были 23 февраля и 8 марта. Мы все так же наряжались, ставили забавные сценки и спектакли, разыгрывали подарки, проводили соревнования. Но я был больше зрителем, чем участником. Кстати, было так здорово, когда на 23 февраля наши бабушки поставили сценку про девушку, что парня с армии не дождалась. Смешной была не столько сама сценка, сколько переодетые бабки, играющие эти роли.

Смерть в больнице.

Вообще, смотря на всех этих позитивно настроенных больных было сложно представить, что любой из них может умереть тут, и я в том числе. Честно сказать, я был уверен, что медицина далеко шагнула вперед и уже почти никто не умирает от туберкулеза, кроме совсем запущенных случаев. Как я был не прав.

Как-то спускаясь по лестнице к столовой, заметил, что под самой лестницей стоит каталка с большим, продолговатым черным мешком на ней. "Это с третьего этажа, - объяснил мне дедок.- Каждый месяц здесь кто-нибудь из них дожидается труповозки. А иногда и чаще." Собственно, поэтому и не общались больные со второго и третьего этажа. Мы-то почти все выйдем отсюда на своих ногах, а большинство из них увезут в черном пакете.

Вначале для меня это было дико, видеть эти черные мешки, но довольно быстро привык и перестал обращать внимание. Пока к нам в палату не поселили третьего. Привезли его в пятницу, я, как и мой ранний сосед, собирали вещи и собирались ехать домой (я научил его как можно получить такой бонус). Я решил задержаться и все объяснить и показать этому худому мужчине, как мне в свое время все объяснил уже выписавшийся. Не сказать что он был совсем плох. Худой - да, слабоват - да, так как ему было тяжело дышать, передвигался медленно, но я бы и не подумал, что он скоро умрет.

Вернувшись в понедельник утром в палату, занеся перед этим конфетки медсестрам, просто остолбенел. Вместо 45-летнего худого мужчины, каким видел его в пятницу, моему взору предстал глубокий старик, желтая мумия. Он громко и тяжело дышал с хрипом, стонал. Я спросил, чем помочь, тот попросил воды. Дав ему напиться, он даже на локти приподняться не мог, хотя всего три дня назад сам ходил, пошел в пункт медсестер, те измерили давление и сделали ему обезболивающий укол. Но мужчине все равно было плохо и больно, мы с первым соседом каждый час-два ходили к медсестрам, просили ему помочь, на что в итоге получили ответ, что все что было можно ему уже давно сделали, а еще укол обезболивающий имеют право сделать только по истечению определенного времени. И посоветовали нам съездить домой еще на пару-тройку дней. Не знаю почему, но мы остались. Честно, вот сейчас вспоминаю это время и никак не пойму, почему так поступил.

Он часто звал меня по имени и просил воды, как оказалось, его сына звали так же, видимо бредил уже. В итоге на третий день, мы сидели в палате и смотрели телевизор, после чего мой сосед шепотом произнес: "Он стонать перестал... Посмотри, я боюсь..." Я и посмотрел. Не прошло и двадцати минут, как ни его, ни его вещей уже не было в нашей палате.

Туберкулез съел его почти мгновенно. Причем в прямом смысле съел. Не зря врачи начинают бить тревогу, если пациент хоть на килограмм похудел. Ведь эта болезнь высасывает все из организма, и чем худее и слабее ты становишься, тем быстрее и быстрей эта зараза развивается, сжирая организм до костей почти мгновенно.