"Иногда его могли затащить в женский туалет": истории травли одноклассников
Бывшие школьники, которые участвовали в буллинге своих одноклассников, рассказали Русской службе Би-би-си, почему они над ними издевались, было ли им за это стыдно, и почему они не вставали на сторону жертвы.
Все фотографии, использованные для иллюстрации этой статьи - постановочные.
11 июля в социальных сетях получил распространение хэштег #ЧтоТебяТакЗадевает, в постах с которым пользователи стали делиться историями о том, как к ним относились в школе - или о том, как они себя сами вели по отношению к одноклассникам. Хэштег связан с публикацией издания "Медуза" об издевательствах в школах.
Андрей
Я сменил три школы, был и травящим, и травимым, а под конец попал в счастливый круг друзей. Так что есть, что и с чем сравнивать. В первых двух школах четко выстраивалась система, почти иерархия, в которой был сам травимый, и было несколько кандидатов на эту позицию, которых подтравливали при случае. Эти кандидаты часто сами присоединялись к травле "козла отпущения". Я был, как правило, одним из них.
Когда был совсем мал, участвовал в травле с удовольствием. В какой-то момент (достаточно рано) испытал от этого острое чувство стыда. Впоследствии хорошо понимал, что травля - это нездорово. Но трусил. Старался оставаться в стороне, когда не мог - подвякивал. Наедине с собой мучился, целыми вечерами, что ничего не могу сделать: поступлю по-другому - сам займу место травимого. За это сейчас стыднее всего.
В младших классах все было достаточно прямолинейно. Я помню, как девочка стоит перед классом, а он устраивает форменный суд Линча. Нам лет по восемь-девять было, совсем мальцы. Каждый по очереди выкрикивает гадости, в чем она якобы виновата. Косичка не та, на уроках не подсказывает, к учителке подлизывается, больно много воображает (любимый упрек), уж не помню что.
На самом деле, она очень сама в себе была, увлекалась какими-то танцами, нам было непонятно. Ну и косички тощие, и голосок странный, дрожащий. Этого было достаточно, остальное - накрутка.
Я с ней одно время приятельствовал, пока не почувствовал, к чему дело идет. И вот я стоял с классом. Она, надо сказать, держалась молодцом, отвечала, огрызалась. И вот там, в этот момент, мне стало очень стыдно, когда я понял, что каждый из тех, кто против нее, да и я сам, сильнее ее. И я боюсь, а она не боится. Ну то есть как понял... Почувствовал.
Но это только малыши травят так просто и открыто. Пока не научились. Как постарше - возникают подлые шуточки всякие. И подколки, и физическое насилие, не так, чтобы прибить, а чтобы унизить, дать сопернику почувствовать свое ничтожество и бессилие. Много всяческой сексуальной грязи, с самого раннего возраста, но особенно когда начинаются первые настоящие влечения, с которыми никто не знает, что делать, кроме как использовать в травле.
Я и сам до сих пор пытаюсь понять, что заставляло присоединяться к ней. Страх - да. Нежелание оказаться на месте травимого. Боязнь потерять каких-никаких, но друзей. И да, я спрашиваю себя, не получал ли я удовольствие от этого. Пожалуй, нет. Если когда-то получал, то быстро перестал. Я же говорю, сам был не так уж далеко от гонимых.
Евгений Криницын, 31 год, зоозащитник, аналитик портала sportwettentest.net
Мальчика звали Сергей. Его перевели к нам в классе шестом из другой школы. Наверное, мы бы не обратили на него особого внимания вместе с моим закадычным другом Женькой, если бы классная руководительница не сказала нам, что он маленького роста. И всё, с тех пор мы относились к нему как к карлику. Обзывали, дразнили и вообще вели себя по-свински!
Также несколько лет мы дразнили двух человек из-за их фамилий, а также из-за того, что они бурно реагировали на это! Несколько раз с нами проводил воспитательную беседу брат одной из них. Потом я узнал, что девочкам этим родители внушали, что мы травим их из-за того, что любим!
С первого класса в моей первой школе №17 в Чебоксарах с нами учился мальчик А. Хороший парень, но у него была голова немного необычной формы. Мы его дразнили Виджитом. Он сильно обижался, предлагал наклейки и деньги, только чтобы мы его не обзывали.
Очень стыдно сейчас!
Мы пересекались случайно с одноклассниками спустя пару лет после окончания школы, переписывались в соцсетях, иногда сейчас я просматриваю их профили в соцсетях. Хотел извиниться перед ними, но потом передумал. Я думаю, что они понимали, что это было дурачество. Хотелось бы извиниться перед ними и другими одноклассниками прямо сейчас!
Причина, почему мы издевались? Я думаю, что это избыток тестостерона, энергии, чтобы прокачать свою доминантность. Ведь над нами тоже издевались. Это чебоксарская школа 90-х годов. Полкласса бритых гопников и я, рыжий человек, левша, с сережками в ушах. Было тяжело и неприятно! В школе меня дразнили "рыжим провокатором", Чубайсом, затем Иванушкой и Басковым.
Гопники травили всех неформалов и людей, хоть чем-то от них отличавшихся, очень сильно. Нельзя даже было одно время выйти в магазин за хлебом. Могли дразнить, отобрать деньги, они подлавливали пьяных рабочих и над ними издевались. Я думаю, причина была в том, что у них в 90% случаев не было отцов. Я с ними потом на этот счет разговаривал. Они завидовали благополучным семьям и ненавидели своих отцов за то, что те развелись, спились или травили их мать, их самих.
А наша директорша, если не ошибаюсь, бывшая руководительница колонии для несовершеннолетних, однажды завела меня в свой кабинет, поставила перед зеркалом и сказала: "Ты что, голубой? Почему серьги в ушах? Немедленно постричься!". Чего, конечно, я не сделал.
Ирина
Я много кого травила, к сожалению. Но больше всего запомнилась девочка из моей последней школы, нам было по 11-12 лет. Я только перешла в эту школу и была ещё никем, никакого веса я ещё не заработала. Она была из бедной семьи, аутсайдер, странная, с ней мало кто общался. Меня она считала если не подругой, то хорошей знакомой, хотя бы потому, что мы с ней жили в дальней части района и часто вместе ездили и возвращались из школы.
Она вела свой личный дневник в обычной школьной тетрадке, я об этом знала, она писала туда, сидя рядом за партой. Как-то раз на перемене между уроками труда, когда её не было в классе, я взяла эту тетрадь и начала вслух читать всем вокруг. Конечно, все смеялись, всем это казалось жутко смелым и забавным.
Я уже плохо помню, но, кажется, она это увидела, или позже до неё дошли новости. В следующем году она перешла в обычный параллельный класс, а я осталась в гимназическом, больше мы не пересекались лично.
Но вот сейчас она подписана на меня в "Инстаграме" и лайкает мои фотографии. Я, кажется, так и не извинилась никогда.
Алексей, журналист
У нас был мальчик во втором классе. Он был новенький, что вообще отдельная история. Его звали Володя. Насколько я знаю, он сейчас довольно успешный музыкант.
У нас вообще был довольно спокойный класс, там не было будущих уголовников, наркоманов, но было явное преобладание мальчиков над девочками, атмосфера ближе к казарме.
Я даже помню, как Вова появился в первый день. Я проболел пару недель. А когда вернулся, ко мне подошли трое одноклассников и спросили: "А ты против новенького?" И я сказал "да", даже не задумываясь и не спрашивая, почему мы против. Мне вот как-то нужно было быть в этом большинстве, за что я сейчас испытываю сильный стыд.
А Вова каждым жестом мог спровоцировать на драку - он задирал и иногда казалось, что каждым словом он напрашивается на подзатыльник. Мальчик, когда ему 8-10 лет, он вообще сначала бьет, а потом думает, а Вова мог еще и спровоцировать.
Володя мог что-то сказать, что тебя злило, но это быстро переросло в то, что мы стали начинать первыми. Было человек 8-9, которые на переменах искали повод, чтобы пристать к нему. Более того, я иногда начинал сам, искал, что сделать, чтобы он ответил и можно было ему "вломить".
Например, у нас в некоторых классах парты были расставлены так, что сидели не по двое, а человек по 6-7 в ряд. Ты оказываешься в сидящей толпе - перед тобой двое, справа и слева по два человека. Если Володя оказывался впереди, я начинал его лягать под партой, чтобы он что-то грубое сказал, а я мог вспылить.
Иногда его могли затащить в женский туалет, что для мальчика в школе, конечно травматично и унизительно, это табуированное место. Иногда доходило до драк, но это были безударные драки, что-то вроде греко-римской борьбы - ты валишь соперника на пол. Мы не били никогда друг друга ногами, мы не били друг друга кулаками. Но когда оказываешься на полу - я оказывался и сверху и снизу в таких драках - чувствуешь себя униженно.
Мне ужасно стыдно, что я себя так вел. Я понимаю, что я отдавал себя общему течению. Я не был лидером, более того я не уверен, что вообще был лидер, это происходило по общему согласию.
У нас была классная руководительница, учительница русского и литературы. Когда она поняла масштаб происходящего, она один из своих уроков посвятила разговору об этом, рассказала нам про фильм "Чучело", общалась с родителями нашими.
Мы чувствовали, что, преследуя Володю, мы ведем себя маргинально. Если мы что-то делали, то тайно, но это все равно происходило. Мы понимали, что мы поступали не очень хорошо, но мы продолжали так поступать. Это продолжалось довольно долго - во втором, третьем классе. В четвертом мы начали находить общий язык - и Вова изменился, и мы изменились, и учителя с нами большую работу провели.
Я в пятом классе ушел. Но до этого у нас с Володей установились неплохие отношения.
Александра
Помню, в детский сад в группу пришла новая девочка. Мне она не понравилась просто тем, что была некрасивой и неприятно для меня пахла.
Я была лидером среди девочек и настроила их против той девочки. Подговаривала не принимать ее в игру, не разговаривать с ней. Но у нас педагоги хорошие были, и они довольно жестко пресекли это, старательно вводили ее в коллектив.
Постепенно с ней начали общаться, но до конца у меня была к ней неприязнь, хотя мы и играли вместе. Потом вдруг в школе в пятом классе мы оказались с ней вместе. В некоторых моментах она была мне неприятна, но общались мы в основном ровно и такого же я, конечно, не устраивала. Жалко сейчас того ребенка, очень ярко запомнилось, как мы, девочки, сидим кружком, сплотившись против нее, а она в метре от нас со слезами на глазах.
И еще случай: в начальных классах, по отношению к другой девочке. У меня какое-то прозрение случилось, когда одна из одноклассниц (я даже не помню, какая) сказала: "Она тебе не нравится, потому что некрасивая". Меня это как-то осекло и даже удивило - я раньше не понимала этого, что других претензий у меня, по сути, нет. И больше я ничего в ее сторону не говорила.
Оксана
Это было вроде в девятом или 10 классе, лет 15. Одна девочка из нашего класса (типа Катя) о чем-то поссорилась с другой и почему-то параллельно наговорила гадостей про многих ребят из класса. Та, которой она это сказала (пусть будет Даша) позвонила тем ребятам, про которых Катя говорила гадости, и предложила с ней разобраться. После школы Даша позвала Катю поговорить наедине и привела во двор соседней школы. Там собралась компания из нашего класса. Я случайно услышала об этом, кто-то передал, что она и про меня говорила.
Ну в общем, все собрались и начали ей предъявлять претензии и чморить. Но насилия не было никакого, ну может один раз толкнули. После школы, недолго, ну часик где-то. Прям жесткача не было, но какие-то обидные слова говорили. Я особо активной роли не выполняла, вякнула что-то пару раз. Но об этом откуда-то узнала мама и когда я пришла домой, вызвала меня на разговор.
Сказала, что так поступать нельзя, это очень плохо, и что бы я чувствовала на месте той девочки. Поскольку я сама никогда не была в элите и порой чувствовала себя аутсайдером, я примерно поняла. Поняла также, что мне просто хотелось почувствовать себя как раз не аутсайдером, поэтому я и воспользовалась возможностью присоединиться к сильным. Мама предложила позвонить той девочке и извиниться. Я с ней даже встретилась, нормально пообщалась. Друзьями мы не стали, но до конца школы общались норм и больше я буллингом не занималась.
Елизавета
Мне иногда кажется, что мы в школе очень подавляли наших мальчиков. У нас был маленький класс, всего 14 человек и из них 10 - девок. Все симпатичные, умные, очень шутливые, почти все хорошо учились. А мальчики были все, как нам казалось, с придурью.
Это было причиной постоянных шуток и подколов. Никто, конечно, не макал никого головой в унитаз, но мы любили пошутить, что мы умнее. Это сошло на нет к 11 классу, но в средней школе очень-очень-очень было развито.
Адресного никакого буллинга не было, то есть такого, чтобы кто-то был затравлен. Но сейчас я понимаю, что мы неправильно к ним относились.
Но главное, что их не любила наша учительница по русскому языку, и когда она кого-то из них вызывала к доске, было сладостное чувство, что сейчас человека разнесут в пух и прах и это будет смешно. К нам она всегда относилась более снисходительно.