Глава девятая, которую можно и пропустить, но лучше не надо
«…И в дебри сказочных лесов
Падают они», – допел Гуркиш.
- Да завали ты уже свой ансамбль кривозубый, - крикнул из повозки Коба.
Над дорогой нависла ночь. Невидно было вообще ничего. Включить светящиеся глаза у лошади не получилось. Может, у лошадей вообще такой функции нет. Поэтому гоблины съехали с тракта и остановились на ночлег.
Коба спал и думал о том, как бы их не съело лесное зверьё. Всё обошлось, и они не проснулись наполовину обглоданными. Только одно ухо Гуркиша было обслюнявлено Росинантой.
И снова дорога. Морщинистый возница собирался было затянуть что-то вроде «Замученный работой я выбился из сил», но Коба стал кидаться в него эзотическими шлёпками.
- Знаешь, что, мой сморщенный спутник? – спросил из повозки Коба, чуть погодя.
- Знаю. Ты опять в голубых штанах, - откликнулся тот.
- Это не столь значительно. Скажи мне лучше, думал ли ты о том, зачем мы едем и куда?
- Ты дурак?! В Столицу мы катим свои мослы. Где будем не работать, не получать тумаков, а только отдыхать в тавернах. Забыл? Это же твоя идея была.
- Как раз об этом я и подумал. Вот представь себе наш идеальный день в Столице: мы просыпаемся, вкушаем всевозможные яства, запиваем это всё пивом. А дальше что?
- В кости можем поиграть. Я бы смастерил чего-нибудь, - откликнулся Гуркиш.
- А потом?
- Снова поесть.
- И?
- Ну и выпить.
- И всё?
Гуркиш занервничал:
- Чего ты хочешь от меня?! Хочешь, в шахту вернёмся, я тебя там буду дубасить, чтобы ты пахал лучше.
- Нет. В таком ключе, конечно, описанный тобой день в Столице представляется в более выгодном свете.
- Какой ключ? Какой свет? Сбрасывай эти дурацкие портки! Я ни черепушечки не пойму, что ты несёшь.
- Жрать охота, - заявил Коба, немного повозившись. - Вот обо что я гутарю. Может кусок кобылы всё-таки отломим? Какой-нибудь ненужный.
Росинанта протестующе фыркнула.
- Иди в лес и подстрели какую-нибудь живность своей могучей слюной нам на обед.
Коба только поворчал и ещё раз перерыл содержимое повозки в поисках провизии. Всё уже было сожрано. Делать нечего.
- Вместе в лес пойдём, - сказал Коба, когда Гуркиш бросил стояночный тормоз и привязал к морде кобылы торбу с овсом. Овёс гоблины есть не стали.
В лесу предводитель похода оказался налегке, а у его настороженно-сморщенного помощника в руках имелась какая-то палка.
- Универсальная, между прочим, - заявил он. – Собственное изобретение.
- Когда ты только успел сделать её? – буркнул Коба. Ответа он не получил, да и не настаивал.
В этом лесу оказалось не так мрачно, как в том, где на них напали красные колпаки (Кстати, на сей раз колокольчик никто не додумался взять). Вот только воняло серой и под ногами частенько хлюпало.
Коба шёл, задрав голову и выискивая гнёзда. Гуркиш уткнул свой картошкоподобный нос в землю, в поисках грибов и ягод. Им явно требовался кто-то третий, чтобы смотреть прямо. Потому что прямо перед ними из-за очередной поваленной коряги вышло что-то довольно крупное и враждебно настроенное.
В классических ситуациях герои врезаются в опасность, и только тогда её осознают. Но наши парни – хвала их создателю – имели периферическое зрение.
- Можно не надо? - простонал Коба, ещё не повернув своё зрение в центральную зону. – Махач же был только вчера. Уши до сих пор не зажили.
Зеленокожие парни остановились, не дойдя до источника угрозы. Крупное и враждебно настроенное нечто напоминало гигантскую жабу, только с кучей лишних отростков, и конечности крепились к туловищу шестернями.
- Здравствуйте, а мы тут покушать ищем, - пролепетал Гуркиш.
Его спутник отвесил вежливому гоблину затрещину, памятуя о кончине Ганната. Тот тоже пытался здороваться со всякими крупными и враждебно настроенными существами. И к чему это привело?
- Вторжение на запрещённую территорию Сквозьдрева, - проквакала жаба. – Мои чуваки, немедленно возвращайтесь.
- Мы уже уходим! - крикнул Гуркиш. – Только не начинайте переживать или пережёвывать.
Они начали пятиться под пристальным взглядом горизонтальных полосок зрачков мехожабы. Чудовище сидело на месте. Внезапно откуда-то из-за спин гоблинов раздался вопль на высокой ноте:
- Я спасу вас, уродливые зелёные малыши!
И перед жабой приземлилась массивная фигура с секирой в руках. Правда, на фоне механического чудовища вся её массивность терялась. Коба пригляделся и понял, что это женщина-огр. Она, вращая своё оружие, надвигалась на своего соперника.
- Нападение на стража первого сектора защиты Сквозьдрева, - рапортовала жаба и попыталась прихлопнуть огромной лапой огршу.
Та перекатилась в сторону и с размаху обрушила топор на конечность монстра.
А пока разгорается сражение, дорогие читатели, мы погрузимся в удивительный мир гуманоидных существ. И наше путешествие сегодня будете совершено в замечательные болотистые леса Прожедино. Здесь мы познакомимся с представителем гуманоидной расы огров. Огры – это восхитительные создания. Подойдём поближе, чтобы рассмотреть получше данную особь в её естественной среде обитания. А среда обитания огра – это драка. Обратим внимание, что данная самка довольно миниатюрна для представителей своего вида. Посмотрите, какую неглубокую отметину оставило её оружие на коже гигантской мехо-жабы. Зато она довольно ловко уклоняется от вражеских атак. Два молодых гоблина заворожены танцем изящных мышц под коричневатой от ветра и солнца кожей огрши.
- Давай свалим под шумок, - шепчет морщинистый коротышка своему собрату
- Прямо с языка сорвал, - откликается второй.
Гоблины трусливы по своей сути, и мы можем наблюдать, как они задают стрекача. На прощание ещё раз бросим взгляд на доблестную женщину-огра, засунутую наполовину в пасть чудовища.
А на этом, дорогие зрит… читатели, сегодня мы завершаем наше знакомство с чудесным миром огров. Давайте беречь их и жить с ними в гармонии.
Наши зеленокожие герои бежали и бежали по заболоченному лесу, а дороги с повозкой всё не было. Вместо ожидаемого тракта, перед гоблинами предстал очень хлипкий забор. Судя по всему, возведён он был вокруг какого-то поселения.
Парни перевели дух после небольшого забега, посовещались и пришли к выводу, что еда в поселении должна быть, а это то, зачем они и отправлялись в лес.
Двигаясь вдоль ограды, путники довольно быстро обнаружили ворота. Хотя, это было скорее просто отсутствие значительной части забора. Стражи не было. Да и что тут, собственно охранять? На грязной почве стояли дома из грязи, грязные жители грязно копошились в чём-то, напоминающем грязь.
- Здорова, чувачечелы. Смотрю, вы не местные. Я – грязевик, а звать меня – Шмышол.
К гоблинам подскочил некто в замызганном плаще, закрывающем его по самые глаза, которые, к слову, светились зелёным. На лысой голове торчала пара рожек. Кого-то он смутно (да нет, даже явно) напоминал.
- Тормози, - опомнился смекалистый Гуркиш. – Знаем мы такие приколы. Поведёшь нас в переулок Отдавайштаны?
- Зачем? – удивился грязевик. – У вас ведь и штанов нет. Лучше я проведу вас на площадь, которая поменяет вашу жизнь!
- Поменяет на что? – спросил Коба.
- Э… Ну на что обычно меняют жизнь?
- На смерть, - утвердительно кивнул головой Гуркиш.
«Какие догадливые зелёные вонючки», - подумал Шмышол.
- Лучше скажи, уважаемый, - продолжил морщинистый гоблин. – Что это за поселение, где тут пожрать и как потом вернуться на большак?
- Это Грязьград, - утратив былой энтузиазм, начал грязевик. Тут же в его глазах мелькнула озорная искра: – А подкрепиться можно в трактире, который стоит на площади, меняющей жизнь!
- Проводишь нас? - воодушевился Коба.
- Разумеется!
И гоблины, ведомые этим мутным парнем, углубились в трущёбы.
- Пришло время менять жизнь, - заявил Шмышол, когда грязевые дома обступили их максимально тесно, а плотность населения убавилась до нуля.
- Хорошо, - кивнул Коба, который был готов к такому повороту. – Мы меняем твою жизнь на еду.
Грязевик изумлённо захлопал светящимися глазами. Это не честно, но предельно логично. Противопоставить нечего.
Гуркиш, инстинктивно понял план своего патрона и обошёл незадачливого гида сзади.
- Палка! Активация! – завопил он и ударил своим орудием по рогатой макушке.
Шмышол обмяк и упал навзничь. Гоблин пояснил:
- Она на голосовом управлении.
- Весьма… - многозначительно почесал зад Коба. – Только есть его мне расхотелось, он весь перепачканный. Пошли, поищем трактир.
И парни зашагали по грязевым улицам. Им стали попадаться уже не просто дома, а здоровенные грибы, растущие из каких-то небольших прудиков. В них были проделаны прямоугольные двери и треугольные окошки. Кажется, это был элитный квартал. Его население состояло преимущественно из бледных людей и зеленобородых гномов. Попадались ещё какие-то людоящеры воинственного вида, но парни не спешили пристально в них вглядываться, на всякий случай.
- Смотри-ка, - ткнул пальцем Гуркиш. – Повозка точь-в-точь как наша, да и кобыла похожа на Росинанту.
- Не, нашу Росинанту уже гиеноволки доедают, с её характером.
Лошадь посмотрела на гоблинов, фыркнула и покачала спутанной гривой, как бы говоря «ох уж эти идиоты».
- Надо повозку проверить, - не унимался Гуркиш.
И два зеленых проныры полезли в транспорт.
Повозка была действительно их собственная. Ну, разумеется, после того, как они честно отобрали её у того чернокнижника. Гоблины поняли это по штанам, меняющим личность, которые валялись в углу. Остальные эзотические штучки тоже присутствовали, только в абсолютном беспорядке. А ещё появилось то, чего раньше не было: пара людоящеров спали на скамейках, и недоеденный окорок лежал на ящике посреди повозки.
Голодных путников не слишком заинтересовал беспорядок, слегка обеспокоили людоящеры, но вот еда полностью захватила их внимание. Тихонько толкаясь, они подкрались к вожделенному окороку и стали набивать рты.
Они только вошли во вкус, как жилистые чешуйчатые руки схватили их за что попало и вышвырнули из их же законного транспорта.
- Что за дела?! – возмутился Коба, приобретший в приключениях немного борзости.
Гуркиш молча отряхнулся и достал из-за спины свою чудо-палку. Кажется, она втыкалась у него прямо в набедренную повязку.
- Вы совсем упомидорились, бесы помойные? – рыкнул белокожий рептилоид, вылезая из под полога повозки.
- Это наша повозка! – заявил Коба.
Ящер только рассмеялся, от чего в гоблине закипело негодование. Довольно необычное чувство для бывшего раба.
- Заагри его, Гуркиш, спровоцируй, – потребовал Коба.
- Зря тебя на яичницу не пустили, пока твой батя с кладки до ветру ходил, – немного подумав, выкрикнул морщинистый.
- Чё это значит? – удивился его товарищ.
- Ну типа, он же из яйца вылупился, а я читал у того гнома, что у них самцы сидят на яйцах.
- Фига себе, ты умный, - взодхнул Коба и получил кулаком в ухо.
Это из повозки вылез бурый ящер и, сливаясь с грязью, незаметно подошёл к провокаторам.
Гуркиш махнул своим чудо-жезлом, сопроводив криком «активация!». Но тщетно.
Светлошкурый выхватил кривой тесак и побежал на несчастного Гуркиша. Во время короткого рывка хвост ящера мотнулся дважды из стороны в сторону. На последнем шаге его левая нога подломилась, так как Коба выстрелом бронебойной слюны из положения лёжа поразил конечность врага. Тесак полетел на землю.
Второй ящер сиганул лежащему гоблину на спину и попытался схватить за шею своими когтистыми лапами. Коба стал неловко извиваться в грязи, как червяк. Эта возня продолжалась бы и дальше, только Гуркиш закричал: «Тычковый режим» и саданул торцом палки в глаз угонщика повозки. Последний перекатился с Кобы и схватился за морду.
Тут уже раненый в ногу людоящер схватил Гуркиша за щиколотки, повалил и двинул кулаком в челюсть. Коба поспешил на помощь товарищу, плеваться было опасно. Белошкурый отбросил его хвостом.
У гоблинов одновременно начала рождаться мысль об отступлении. Не то, чтобы прямо рождаться, но плод этой мысли уже созревал. Третий триместр, так сказать. А когда ящер цвета грязи оправился и стал метелить Кобу меткими оплеухами, у идеи о побеге показалась головка.
Гуркиш провёл типично гоблинскую комбинацию: плеснул грязи в глаза своему оппоненту, пнул его в район паха и перекатился в сторону.
- Пора валить! – скрежетнули гоблины хором.
Так они стали первыми в истории родителями-близнецами, выносив и родив одну идею на двоих.
Тут же, как и при прошлом отступлении, из-за спин гоблинов метнулась крупная фигура с секирой. Она вопила:
- Я снова спасу вас, маленький уродливые зеленушечки!
Коричневошкурый ящер сразу лишился половины хвоста. Ещё один взмах здоровенного топора и кровь белого брызнула на землю. Пытаясь уклониться от натиска огрши, рептилоиды отступали, а потом и вовсе кинулись бежать.
Гоблины, воплощая план о побеге, только и успели запрыгнуть в повозку, когда женщина-огр подошла и облокотилась о край облучка.
- Теперь вы в безопасности, малыши, - сказала она. – Меня зовут Какаякрошка или просто Кашка. Найдётся местечко в вашей карете?
Коба уже хотел промямлить что-то про перегруз, как на улице возник Шмышол в сопровождении пары и гномов и какого-то здоровяка в чёрном полном доспехе.
- Вот эти гоблины! – закричал грязевик. – Ещё и огрша какая-то с ними. Всех в расход!
Гуркиш рванул рычаг тормоза, вжал педаль в пол, и Росинанта начала буксовать в грязи.
- Запрыгивай, - крикнул Коба новой союзнице.
Та плечом толкнула повозку и запрыгнула через задний борт. Экипаж рванул по топким улицам и покинул Грязьград.