Бэк ДГ к крусейду
500 миров Ультрамара… Война на уничтожение, попытка ввергнуть целый сектор в Имматериум. В памяти людей будет звучать как «Чумная война»… Мортарион, Падший Примарх, потерпев сокрушительное поражение от Мстящего Сына Императора, был вынужден покинуть реальность вернувшись в сады Дедушки…
Один сотен миров, принадлежащих слепцам из ордена Ультрамаринов. Над полем стелился густой туман. Он обволакивал, скрывал поле от взора, заглушал любые звуки. Ни стенаний раненых и зовов о помощи, ни горячечных предсмертных бормотаний, ни призывов или команд. Не было слышно ничего. Ничего кроме монотонного жужжания тысяч и тысяч порождённых варпом демонических мух.
В этой битве не было раненных. Сотни огромных воинов, закованных в керамитовую броню, лежали на разбитой взрывами и заражённой миазмами земле. Смерть была повсюду, скрываемая туманом, но ничто не смогло бы полностью скрыть эту атмосферу. Когорта Испорченных Гвардии Смерти под предводительством Лорда Разложения Римуса смяла и уничтожила сынов Жиллимана. Ни численное превосходство, ни вера в то, что Труп на Троне защищает, не спасли лоялистов.
Среди истерзанных тел ступал Игнатий, избранный Счетовод дедушки Нургла:
- 377, 378, 379… - едва слышно бормотал Игнатий, делая пометки в своих записях. Рядом озорно скакал с трупа на труп маленький нурглинг.
- Игнатий, - Послышался зычный оклик- Подойди!
Нурглинг, испуганно взвизгнул, и спрятался за ногу счетовода. Игнатий с большим неудовольствием остановился, сделал пометку в своих записях. И с еле скрываемым раздражением повиновался зову господина.
- Игнатий, каковы наши потери? - Вопросил Римус, разглядывая ближайший к нему труп в синеватой броне, в котором уже зарождалась новая жизнь: кожа на видимых участках распухла, посинела и с того места, где стоял Лорд было видно как шевелятся личинки под ней.
- 3 чумных взрывателя, 17 гниловозов, 7 дронов, 37 воинов, 576 обращённых, 267 чумных разносчиков, 227 герольда, 1377 нурглинга, мой повелитель.
- Занимательно, - еле слышимое бормотание донеслось из под шлема Римуса. Размышляя, он кончиком своего могучего топора взрезал шевелящийся набухший бубон на щеке астартес, что лежал перед ним. Темная, с прожилками почти чёрного цвета, плоть вскрылась, обнажая десятки белёсых червей, которые поедали плоть изнутри и буквально на глазах увеличивались. Нурглинг довольно взвизгнул, хрюкнул и потянулся за червями, ухватив двух ближайших закинул в пасть и довольно выкатил глаза.
- Слишком большие потери среди техники. Нужно восполнить ряды.
Игнатий молча пожал плечами, ибо это не входило в его обязанности и все его мысли сейчас были обращены к подсчету болтов, отстрелянных гвардейцами, к подсчету уничтоженных орудий никчемных слепцов, и, в конце концов, к числу 380, которое крутилось у него в голове и не давало покоя из-за ощущения незаконченности действия.
- Планета Cornu Copiae. - раздался булькающий голос. Оба бойца посмотрели в сторону откуда исходил звук. Труп, лежащий метрах в трёх от них повернул свою голову с хрустом ломаемых шейных позвонков. Из глубокого разреза на шеи поднялся небольшой рой белесых мух. Глаза мертвеца были полностью чёрными. Губы зашевелились:
- Планета-кузница Cornu Copiae, там мы сможем собрать необходимый материал, для создания новых машин.
- Таллус, - с некоторым упреком в голосе произнёс Римус, - почему бы просто не воспользоваться вокс-связью?
- С планетой нет связи, мой господин. - ответил Заклинатель,- Наши союзники перехватили сигнал сынов Степного Хана, они направляют туда свою ударную группу.
- Что ж, - вздохнул Римус, делая шаг, наступив на нагрудную пластину ультрамарина. Уже изрядно поеденная коррозией пластина затрещала и прогнулась, распространяемый яд делал своё дело. - хорошо. Мы идём. Подготовьте вирусные бомбы. Оставим нашим бывшим братьям сюрприз на этой планете. Организуйте общий сбор. Предвижу, что мы скоро понадобимся нашему отцу, и значит мы должны быть к этому готовы! - произнося эти слова, Римус втаптывает свой тяжёлый сабатон в грудную клетку павшего менее двух часов назад ультрамарина. Ботинок легко ломает тончайшую, изъеденную ржавчиной броню, с хлюпанием утопает в прогнившей плоти астартес. От резкого и сильного движения труп ультрамарина разрывается пополам.
