Будни Ведьмака
в суровой реальности бедных кварталов
В эпоху затяжных морозов и тусклого света, когда магия стала лишь тусклым воспоминанием, Ведьмак, бесстрашный охотник за чудовищами, обнаруживает себя изгнанным из легенд в зыбкий мир забытых и ненужных. Серебряный меч, однажды петлявший сквозь тьму, обретает покой в ножнах, ведь теперь он не более чем тяжкий груз. Ведьмак скитается по опустевшим улицам, где ветер воет напевы утраченной славы, и подает руку за милостыню наравне с теми, кто когда-то дрожал при упоминании его имени. Он стоит в очереди среди простого люда, разделяя с ними благотворительные каши и супы, которые раздают на углах разрушенных улиц в эти темные времена. Каждый глоток - напоминание о том, что время героев миновало, а время выживания наступило.
Одинокий сидит в туннеле, окруженный мусором цивилизации. Отраженное в луже прошлое теперь лишь бледный призрак; мир, что забыл о магии, оставил его без цели.
Ведьмак, погруженный в забвение, обнимает холодную сталь меча. Ступени метро - его пристань, где вино стало лекарем от бесцельности.
Изредка выходя на свет, Ведьмак из глубин земли взирает на мир, что забыл его заклинания, меч без дела тяжел.
В мрачных трущобах, средь забытых улиц, Ведьмак обретает приют в канализации, что стала ему домом, тихим убежищем.
У входа в свой мрачный приют, Ведьмак медитирует в тени, искупая в спирте горечь падения.
На перекрестке миров, Ведьмак протягивает руку за жалкую медь, его взгляд теперь не о монстрах, но о выживании.
В другом углу города, Ведьмак делит суп, как и надежду, с теми, кто забыт, в переулке, где магия - это теплый обед.
Там, где тени длинны и слова лишни, Ведьмак находит толику тепла, разделяя свой котел с брошенными мира этого.
И снова в забвении, Ведьмак теряет себя в метро, где симпатии таких же бродяг — его единственное утешение.
Ведьмак, мрачный властелин городских руин, обдумывает свою новую роль: Хранитель забытых водостоков. "Как парадоксально," - думает он, "что теперь городские крысы - мои единственные подданные".
