Бог не простил того, кто отказался прощать⁠⁠

На Афоне существует очень древний обычай: через три года после погребения останки монахов выкапывают и осматривают. Если кости — белого цвета, чистые, значит, умерший монах угодил Господу Богу.

Если кости — желтые, значит, он сверх того был еще и подвижником высокой духовной жизни. Если же тело осталось нетленным, кожа светлая, а от мощей струится благоухание — это, без сомнения, святой человек.

Бывают, однако, случаи, когда, вскрыв могилу, тело находят нетленным, но совершенно черным, издающим невыносимое зловоние. В последнем случае, как показал многовековой опыт, это означает, что монах умер, не покаявшись от всего сердца в тяжелых грехах, а потому не прощен Богом. Сожалея об ужасной участи, постигшей умершего, братья рассылают по всем монастырям, скитам и кельям Афона записки с просьбой о сугубых молитвах за скончавшегося в таком плачевном состоянии. Его останки снова закапывают в могилу, и весь Афон усиленно молится за него еще три года.

Когда же проходят и эти три года, могилу открывают вновь. И, как правило, за молитвы всех афонских братьев Господь все-таки милует нерадивого монаха. В этом случае находят одни лишь белые косточки. Слава Богу, значит, простил его Господь! Останки вынимают, на лобной кости черепа тушью пишут имя усопшего и кладут, как положено, на полку в “костнице” (специальное помещение под кладбищенским храмом). Очень часто могилы на Афоне используют многократно, т.е. после изъятия останков в них погребают других умерших братьев.

Но иногда случается, что нетленные черные “мощи” даже после сугубых молитв всех афонитов не истлевают и продолжают смердеть. Велики, видимо, грехи умершего, не принимает Господь молитв афонских братьев, и тогда выбрасывают эти останки в море как можно дальше от берегов Святой Горы.

Итак, по прошествии трех лет, по обычаю, раскопали пантелеимоновские братья могилу отца-эконома и видят черный, смрадный, неразложившийся труп. Только тогда все поняли, почему почернела стена, рядом с которой он был похоронен. Казалось бы, сделал хорошее дело — такой великолепный больничный корпус с церковью отстроил! Но не принял этих трудов Господь. Вероятно, потому не принял, что усердие этого прекрасного организатора основано было не на выполнении послушания, а на тщеславном желании возвеличить свое имя в памяти всего Афона. Он преслушался игумена, а затем оскорбил его дерзостью. Смертельной обидой на старца он лишь раскрыл для всех глубину своей тщательно скрываемой гордыни. Наконец, он подтвердил свое беспредельное злопамятство упорным отказом просить прощения у настоятеля даже перед его смертью, когда тот дважды смиренно просил прийти к нему, чтобы взаимно проститься. Поняли тогда братья, что на нем сбылись слова Господа: “…прощайте, если что имеете на кого, дабы и Отец ваш небесный простил вам согрешения ваши. Если же не прощаете, то и Отец ваш небесный не простит вам согрешений ваших” (Мк. 11:25-26).

Но что же делать?! Снова, как принято, закопали могилу и разослали по всем монастырям записки с именем несчастного отца-эконома. Три года за него молился весь Афон. Когда же окончился и этот срок, могилу вскрыли вновь, — а труп все такой же смердящий и черный. Однако братья решили все же сделать еще одну попытку умолить Господа и еще раз засыпали могилу эконома. Но вот ее раскопали в третий раз… Труп оказался все в том же состоянии. Видя это, новый игумен приказал отвезти останки подальше от берега и выбросить в море.

Бог не простил того, кто отказался прощать. Земля не приняла его тело. Даже молитвы многочисленных афонских праведников не смогли на этот раз изменить приговор Божий. У меня сохранилась фотография: место, где была могила эконома, отмечено невысокими кустиками, посаженными по всей длине. Напротив, на стене храма, черная полоса, а там, где были его ноги — черный “столб”, взметнувшийся до самой крыши.

Не так давно это было — в начале ХХ века, и в наше время еще жили монахи, которые помнили того эконома. Они недавно умерли, передав эту грустную повесть ныне живущим братьям.

Из книги Игумена N , "Сокровенный Афон"

*

Ты прочитал эти слова и удивился! А разве человек удивляется только отдельным словам Священного Писания? Каждое слово в Писании словно новая жизнь! Тебя удивляет, что апостол говорит о благоухании познания. Как, спрашиваешь ты, в духовном царстве может быть благоухание?

Очень просто: как может быть духовное зрение и духовное слышание, так же есть и духовное благоухание. Слепой Исаак ощутил душу сына своего Иакова по запаху и сказал: /вот, запах от сына моего, как запах от поля, которое благословил Господь/ (ср.: Быт. 27, 27). Пророк с огромного временного расстояния духом прозревает Христа, как прекраснейшего из сынов человеческих, и говорит о благоухании одежд Его, под одеждами, конечно, имея в виду добродетели, в которые была облечена Его душа.

Не напрасно говорит наш народ: «благоуханная душа», или: «смердит его душа!».

Явления ангельских сил людям всегда сопровождались удивительным, неземным благоуханием, но когда к кому-то подступали бесы, они, являясь, распространяли вокруг невыносимый, отвратительный смрад. Вспомни неожиданно приятное благоухание при молитве или от мощей святых. Но все это относится к тайнам духовного мира и недоступно тому, кто телесно мыслит и телесно живет. Правда и то, что особый запах имеют некрещеные души. Апостол благодарит Бога за то, что Он дарует верным /торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами во всяком месте. Ибо мы Христово благоухание/ (2Кор. 2, 14–15). Благоухание познания Бога в Троице Единого, благоухание познания Сына Божия как Мессии, благоухание познания Царства Света и вечной жизни, благоухание Божественной любви, благоухание чистых и богоугодных помыслов, чувств и дел – все это называется Христовым благоуханием. Это благоухание носят в своих душах те, кто познал Христа и живет этим познанием. Это благоухание жизни, в противоположность запаху смерти: /для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь/ (2Кор. 2, 16).

А запах смерти носят в себе те, кто далек от познания Христа, кто отвергает Христа или восстает на Христа. Их души источают смертный запах, ибо они не хотят знать ничего о том, что следует после смерти. Смерть полновластно господствует над их жизнью. Смерть населяет все отделы их душ. Их взгляд не простирается дальше гроба. Потому и запах тех душ – запах смерти. Ибо запах нашей души распространяется в зависимости от конечной точки нашего видения: если это гроб, то запах смерти, если это Бог живый и Царство Небесное, то благоухание жизни.

Все физические запахи являются образами и символами духовной реальности. Духовные запахи распространяются от бестелесных духов и зависят от их качества, от ткани их добрых или злых помыслов и чувств.

святитель Николай Сербский (Велимирович), Миссионерские письма