Блины с лопаты или Судьба человека
Вот знаете, эти блины с лопаты, ставшие мемом, теперь яблоки и сено. И дело не в голодных 90 или маленьких зарплатах. Дело в том, что люди потеряли свое достоинство, уважение к себе.
Проблема в головах людей, которые себя потеряли.
Привожу отрывок из книги Шолохова "Судьба человека". Вот он - пример русского человека.
Начальник лагеря хотел Соколова расстрелять, а потом решил поиздеваться — напоследок. «Он постоял, подумал, а потом кинул пистолет на стол и наливает полный стакан шнапса, кусочек хлеба взял, положил на него ломтик сала и все это подает мне и говорит: „Перед смертью выпей, русс Иван, за победу немецкого оружия“.
Я было из его рук и стакан взял, и закуску, но как только услыхал эти слова, — меня будто огнем обожгло! Думаю про себя: „Чтобы я, русский солдат, да стал пить за победу немецкого оружия?! А кое-чего ты не хочешь, герр комендант? Один черт мне умирать, так провались ты пропадом со своей водкой!“
Поставил я стакан на стол, закуску положил и говорю: „Благодарствую за угощение, но я непьющий“. Он улыбается: „Не хочешь пить за нашу победу? В таком случае выпей за свою погибель“, А что мне было терять? „За свою погибель и избавление от мук я выпью“, — говорю ему. С тем взял стакан и в два глотка вылил его в себя, а закуску не тронул, вежливенько вытер губы ладонью и говорю: „Благодарствую за угощение. Я готов, герр комендант, пойдемте, распишете меня“.
Не он смотрит внимательно так и говорит: „Ты хоть закуси перед смертью“. Я ему на это отвечаю: „Я после первого стакана не закусываю“. Наливает он второй, подает мне. Выпил я и второй и опять же закуску не трогаю, на отвагу бью, думаю: „Хоть напьюсь перед тем, как во двор идти, с жизнью расставаться“. Высоко поднял комендант свои белые брови, спрашивает: „Что же не закусываешь, русс Иван? Не стесняйся!“ А я ему свое: „Извините, герр комендант, я и после второго стакана не привык закусывать“…
Наливает мне комендант третий стакан, а у самого руки трясутся от смеха. Этот стакан я выпил врастяжку, откусил маленький кусочек хлеба, остаток положил на стол. Захотелось мне им, проклятым, показать, что хотя я и с голоду пропадаю, но давиться ихней подачкой не собираюсь, что у меня есть свое, русское достоинство и гордость и что в скотину они меня не превратили, как ни старались.
После этого комендант стал серьезный с виду, поправил у себя на груди два железных креста, вышел из-за стола безоружный и говорит: „Вот что, Соколов, ты — настоящий русский солдат. Ты храбрый солдат. Я — тоже солдат и уважаю достойных противников. Стрелять я тебя не буду. К тому же сегодня наши доблестные войска вышли к Волге и целиком овладели Сталинградом. Это для нас большая радость, а потому я великодушно дарю тебе жизнь“».
