Апофеоз Мира Лены Хейдиз в Третьяковской галерее
Выставка проекта Лены Хейдиз в Государственной Третьяковской галерее, 2011 год. Ее проект назывался «Апофеоз мира». Скульптуры с круглыми головами, созданные Леной Хейдиз, были частью ее известной серии «Так говорил Заратустра». Впервые эта серия была выставлена в галерее «Росизо» в 1997 году.
Речь идет о ГТГ на Крымском валу.
Lena Hades Exhibition in the State Tretyakov Gallery, 2011. Her project was titled "Аpotheosis of World". Round headed sculptures created by Lena Hades were a part of her well-known Thus spake Zarathustra" series. The first time this series was exhibited in RosIzo gallery in 1997.
Сеть как символ связности и уязвимости: В отличие от жесткой, статичной горы черепов у Верещагина, головы в проекте Лены Хейдиз были объединены единой сетью. Это символизировало то, как всё человечество связано одной хрупкой экосистемой и судьбой.
Поймать мир: Сеть, улавливающая эти круглые «живые» головы, с одной стороны, говорила о спасении, удержании мира и объединении людей, а с другой — о метафорической ловушке, в которой находится человеческая цивилизация, пытающаяся сохранить свою радость и гуманизм.
На выставке «Формы жизни» в 2011 году эта инсталляция за счет фактуры сетки и легких круглых элементов выглядела очень объемно, резко контрастируя с классическим «тяжелым» академическим искусством.
Происхождение голов: Эти круглые головы не были созданы специально для выставки 2011 года. Они пришли из её фундаментальной, знаковой серии «Так говорил Заратустра», которая создавалась годами (начиная еще с конца 1990-х). Каждая такая голова — это визуальное воплощение "последнего человека" Ницше.
Сеть как метафора связи: Собранные вместе и стянутые единой сетью, эти кругло-головые «Заратустры» превратились в целостный объект — «Апофеоз мира». Сеть удерживала их в форме единой структуры, показывая, что мир и человечество жизнеспособны только тогда, когда они - "последние люди" хотя бы тесно взаимосвязаны...
Ловушка или спасение: Натянутая ячеистая сеть создавала двойственное ощущение. С одной стороны, она выглядела как рыболовный или строительный невод, улавливающий живые сущности. С другой — она удерживала эти головы от распада, не давая им рассыпаться, в противовес хаотичной, мертвой куче черепов с полотна Верещагина.

