О, классная тема! Когда занималась генеалогией, узнала интересный факт про польский гонор и польскую шляхту, которую обидели - заставили платить налоги и не записали в дворянские книги. Они нам это до сих пор помнят.
Вообще фамилия Поляковых, то есть русских староверов "вернувшихся от поляков, с западных земель" в Подмосковье, на Урал, в Астраханскую или Сибирскую губернию после манифеста 1762 года в эпоху Екатерины II, - это одна из полусотни самых распространённых фамилий в РФ. На сто тысяч человек сейчас Поляковых в Москве и Московской области — около 420; в Смоленской области — около 580; в Свердловской области — около 390; в Краснодарском крае — около 310; в Новосибирской области — около 280.
Старообрядцам манифест Екатерины Великой (утверждённый Сенатом Российской Империи) дал освобождение от податей, пошлин и повинностей на несколько лет. Также подтверждалось, что их не будут принуждать брить бороды или менять одежду по указу 1722 года, и они смогут свободно отправлять богослужение по своим книгам. Переселенцы были политически поднадзорными - например, в Государственном архиве Астраханской области есть фонд №286 («Астраханское губернское жандармское управление»). Для координации создавали специальные совещательные комитеты по делам раскола. В них входили губернатор (или вице-губернатор), глава епархии и жандармский штаб-офицер. Все ходы записаны, что облегчает генеалогические разыскания.
Так вот, поляки, которые дали революционному движению много ярких участников, вроде Надежды Крупской, Феликса Дзержинского, Розы Люксембург, Станислава Косиора, часто происходили из безземельной шляхты, которым Российское дворянство отказало в признании равными, то есть лендлордами, владельцами земли и крепостных. Они лишились права не платить налоги и не подвергаться физическим наказаниям. Вот как это было:
Указ от 24 мая 1818 года требовал для регистрации в дворянстве не только документов о владении землёй, но и о владении крестьянами. Одного гонора было недостаточно, нужны были подтверждающие документы )
Закон 1824 года обязывал шляхтичей, не имевших крестьян, но занимавшихся торговлей, записываться в купцы.
Указ от 18 июня 1826 года признавал шляхтичами только тех, кто был приписан к этому сословию до 1795 года.
Историки оценивают масштаб так: около 340 тысяч представителей мелкой шляхты не смогли документально подтвердить статус и были лишены дворянских прав. При этом примерно 90% из них не имели ни земли, ни крепостных, не смогли доказать своё "благородное происхождение" документами. В Польше к шляхте относили себя 7–8% населения.
После того, как сотни тысяч человек лишили сословных привилегий, количество дворян в Российской Империи и в Польше стало одинаковым, - менее 1%.
После польского восстания 1830–1831 годов Сенат "окончательно решил польский вопрос" и разделил польское дворянство на три категории:
Дворяне (I разряд) — те, кто владел имениями с крестьянами или подданными, даже если они не были утверждены Дворянским собранием.
Дворяне (II разряд) — лица, не имевшие земли и подданных, но утверждённые Дворянским собранием.
Шляхтичи (III разряд) — лица, не имевшие ни земли, ни подданных, ни утверждения Дворянским собранием.
Большинство из потерявших льгаты в итоге были записаны в государственные крестьяне или однодворцы, теперь они и их дети платили налоги, несли повинности, а их внуки отправились делать мировую революцию.
Польская борьба с российским царизмом
Иван Адольфович Теодорович входил в первый состав Совета народных комиссаров: в октябре — ноябре 1917 года занимал пост народного комиссара по продовольствию. Его семья имела польские корни: отец был этническим поляком, а в роду были участники восстаний 1830 и 1863 годов. Репрессирован в 1937, реабилитирован в 1956.
Вячеслав Рудольфович Менжинский сразу после Октябрьской революции стал заместителем наркома финансов, а вскоре фактически возглавил наркомат. В этот период он участвовал в национализации банков и борьбе с саботажем банковских служащих. В 1918 году Менжинский был направлен в Германию как советский консул. Председатель ОГПУ (1926–1934) — после смерти Дзержинского возглавил ведомство и руководил им до своей смерти. При нём оформлялись структуры внешней разведки, контрразведки, развивалась система политконтроля и следствия.
Его сестра Вера Рудольфовна Менжинская (1872–1954) вступила в РСДРП (большевиков) в 1905 году. До революции она преподавала на курсах, связанных с «Союзом борьбы за освобождение рабочего класса» за Невской заставой. После 1917 года её деятельность развернулась в сфере народного просвещения: она заведовала театральным отделом Наркомпроса, позже стала директором Института иностранных языков.
Ещё одна сестра, Людмила Рудольфовна Менжинская (1876–1932) тоже включилась в революционную работу в 1905 году. С 1906 года она входила в состав ЦК РСДРП. В 1912–1914 годах сотрудничала с газетой «Правда», была членом редколлегии первого женского журнала «Работница». После Октябрьской революции сёстры вместе вошли в коллегию Наркомпроса и участвовали в разработке основ единой трудовой школы. В дальнейшем Людмила заведовала Главным управлением социального воспитания Наркомпроса, в 1919 году исполняла обязанности заместителя наркома, а позднее стала проректором Академии Коммунистического воспитания имени Н. К. Крупской.
О, классная тема! Когда занималась генеалогией, узнала интересный факт про польский гонор и польскую шляхту, которую обидели - заставили платить налоги и не записали в дворянские книги. Они нам это до сих пор помнят.
Вообще фамилия Поляковых, то есть русских староверов "вернувшихся от поляков, с западных земель" в Подмосковье, на Урал, в Астраханскую или Сибирскую губернию после манифеста 1762 года в эпоху Екатерины II, - это одна из полусотни самых распространённых фамилий в РФ. На сто тысяч человек сейчас Поляковых в Москве и Московской области — около 420; в Смоленской области — около 580; в Свердловской области — около 390; в Краснодарском крае — около 310; в Новосибирской области — около 280.
Старообрядцам манифест Екатерины Великой (утверждённый Сенатом Российской Империи) дал освобождение от податей, пошлин и повинностей на несколько лет. Также подтверждалось, что их не будут принуждать брить бороды или менять одежду по указу 1722 года, и они смогут свободно отправлять богослужение по своим книгам. Переселенцы были политически поднадзорными - например, в Государственном архиве Астраханской области есть фонд №286 («Астраханское губернское жандармское управление»). Для координации создавали специальные совещательные комитеты по делам раскола. В них входили губернатор (или вице-губернатор), глава епархии и жандармский штаб-офицер. Все ходы записаны, что облегчает генеалогические разыскания.
Так вот, поляки, которые дали революционному движению много ярких участников, вроде Надежды Крупской, Феликса Дзержинского, Розы Люксембург, Станислава Косиора, часто происходили из безземельной шляхты, которым Российское дворянство отказало в признании равными, то есть лендлордами, владельцами земли и крепостных. Они лишились права не платить налоги и не подвергаться физическим наказаниям. Вот как это было:
Указ от 24 мая 1818 года требовал для регистрации в дворянстве не только документов о владении землёй, но и о владении крестьянами. Одного гонора было недостаточно, нужны были подтверждающие документы )
Закон 1824 года обязывал шляхтичей, не имевших крестьян, но занимавшихся торговлей, записываться в купцы.
Указ от 18 июня 1826 года признавал шляхтичами только тех, кто был приписан к этому сословию до 1795 года.
Историки оценивают масштаб так: около 340 тысяч представителей мелкой шляхты не смогли документально подтвердить статус и были лишены дворянских прав. При этом примерно 90% из них не имели ни земли, ни крепостных, не смогли доказать своё "благородное происхождение" документами. В Польше к шляхте относили себя 7–8% населения.
После того, как сотни тысяч человек лишили сословных привилегий, количество дворян в Российской Империи и в Польше стало одинаковым, - менее 1%.
После польского восстания 1830–1831 годов Сенат "окончательно решил польский вопрос" и разделил польское дворянство на три категории:
Дворяне (I разряд) — те, кто владел имениями с крестьянами или подданными, даже если они не были утверждены Дворянским собранием.
Дворяне (II разряд) — лица, не имевшие земли и подданных, но утверждённые Дворянским собранием.
Шляхтичи (III разряд) — лица, не имевшие ни земли, ни подданных, ни утверждения Дворянским собранием.
Большинство из потерявших льгаты в итоге были записаны в государственные крестьяне или однодворцы, теперь они и их дети платили налоги, несли повинности, а их внуки отправились делать мировую революцию.
Польская борьба с российским царизмом
Иван Адольфович Теодорович входил в первый состав Совета народных комиссаров: в октябре — ноябре 1917 года занимал пост народного комиссара по продовольствию. Его семья имела польские корни: отец был этническим поляком, а в роду были участники восстаний 1830 и 1863 годов. Репрессирован в 1937, реабилитирован в 1956.
Вячеслав Рудольфович Менжинский сразу после Октябрьской революции стал заместителем наркома финансов, а вскоре фактически возглавил наркомат. В этот период он участвовал в национализации банков и борьбе с саботажем банковских служащих. В 1918 году Менжинский был направлен в Германию как советский консул. Председатель ОГПУ (1926–1934) — после смерти Дзержинского возглавил ведомство и руководил им до своей смерти. При нём оформлялись структуры внешней разведки, контрразведки, развивалась система политконтроля и следствия.
Его сестра Вера Рудольфовна Менжинская (1872–1954) вступила в РСДРП (большевиков) в 1905 году. До революции она преподавала на курсах, связанных с «Союзом борьбы за освобождение рабочего класса» за Невской заставой. После 1917 года её деятельность развернулась в сфере народного просвещения: она заведовала театральным отделом Наркомпроса, позже стала директором Института иностранных языков.
Ещё одна сестра, Людмила Рудольфовна Менжинская (1876–1932) тоже включилась в революционную работу в 1905 году. С 1906 года она входила в состав ЦК РСДРП. В 1912–1914 годах сотрудничала с газетой «Правда», была членом редколлегии первого женского журнала «Работница». После Октябрьской революции сёстры вместе вошли в коллегию Наркомпроса и участвовали в разработке основ единой трудовой школы. В дальнейшем Людмила заведовала Главным управлением социального воспитания Наркомпроса, в 1919 году исполняла обязанности заместителя наркома, а позднее стала проректором Академии Коммунистического воспитания имени Н. К. Крупской.
Если тема интересна, то вот научная статья с подробностями про дворянские реформы
https://cyberleninka.ru/article/n/vopros-o-soslovnom-statuse...