-9

2. Da mihi osculum rursum asinis

2. Da mihi osculum rursum asinis Dalisyndrome, Адмирал Беляшики, Рассказ, Длиннопост

Если вы думаете, что космос – это тьма, то вы ничего не знаете о космосе. Космос – это бесконечный день, пустота наполненная светом далёких звёзд, от которого нигде не скрыться.


По крайней мере, если вас и пустоту не разделяют полметра композитного сплава корабельной переборки.


- Гравитационные якоря установлены, адмирал. Тяга на ноль. Полный стоп выполнен.


- Вольно, лейтенант. Можете идти.


- Слушаюсь.


Чеканя шаг, офицер покинул главный мостик, оставив адмирала наедине с пустотой. Хотя нет, этот участок космоса нельзя было обвинить в порядке. Купол обзорной панели явил наблюдателю миллиарды каменных глыб, закрутившихся вокруг одним им известного эпицентра.


Рассыпая по полу сигаретный пепел, адмирал прохромал поближе к панели. Где-то здесь. Но чёрт возьми, как тебя искать? Скользнув пальцами по сенсорам, адмирал запустил сканер и все вычислительные мощности корабля бросились исследовать кладбище старой цивилизации.


Это обещало затянуться. А его легендарного терпения на этот раз не хватило. Самую малость. Адмирал усмехнулся: старый вояка, два года державший редуты Хельгаллы, прошедший весь Маркратский блиц без единого подкрепления, выстоявший под залпами артиллерийских лун Дейдраны… этот вояка проявил нетерпение в такой малости.


И как некстати, заныли старые боевые раны. Суставы начали сдавать. Не дай бог показать это при Джонни, верный денщик опять заведёт шарманку про протезы. Раздражение копилось и полнилось и уже готово было перелиться через край.


«Объект обнаружен.»


Адмирал прильнул к панели. Зелёные круги сошлись на одной из каменных глыб, на самом краю скопления. Вот оно! И не пришлось ждать. Ай да «Тарантул»! Расцеловал бы твои электронные мозги, да боюсь, короткое замыкание превратит тебя в умственно отсталую посудину.


- Подготовить шлюз к выходу!


Короткий приказ по интеркому и адмирал Беляшики забирается в трубу пневмопочты. Вжух!


У гермодверей его уже поджидает делегация из адьютантов, возглавляемая денщиком. Адмирала бережно достают из лючка, опускают на пол, передают клипсу связи и реактивный ранец из игрушечного набора для Барби.


Беляшики замечает на нём несколько царапин и сколов. Насмешливо смотрит на Джонни. Денщик смущённо отворачивается, не желая признаваться, что он всю ночь отколупывал мерзкие стразики с пласталевой оболочки. Только зачем ты сам-то скафандр надел?


- А-атставить, капрал Джонс! Па-автарить мой приказ!


Услышав сталь в голосе жестяной банки, все находившиеся в коридоре вытянулись по стойке «смирно». От греха подальше. Джонни пришлось вытащить руки из-за спины. В одной он держал шлем скафандра. Нехотя, денщик отрапортовал:


- За время вашего отсутствия пройти миссию с вертолётиком в ГТА Вайс Сити, сэр!


Беляшики влил в следующий вопрос галлон соляной кислоты:


- Ты собираешься делать это в скафандре?


- Никак нет, сэр. То есть, я сделал это десять минут назад!


По рядам адъютантов прошло волнение. Кто-то восхищённо ругнулся. Все взгляды устремились на вытянувшегося Джонни. Как тот не пытался скрыть эмоции, его лицо выражало торжество. Как же от тебя отвязаться?


- Капрал Джонс, слушай мою команду! За время моего отсутствия организовать развлекательные мероприятия для экипажа машинного отделения! Формат – гонки рулонов туалетной бумаги. Выделить под это дело третью взлётную палубу. Всё понятно?


- Так точно!


Борьба между отчаянием и рвением выполнить приказ, стерла с лица Джонни гордую улыбку.


- Кру-угом! Шагом марш!


Озадачив опекуна-денщика, адмирал Беляшики наконец одел реактивный ранец и вошёл в шлюзовую камеру. Едва гермодверь закрылась, как из помещения с шумом вытянуло весь воздух. Гравитация отсека отключилась и банку древней тушёнки подняло в воздух вместе с потухшим окурком.


Хлопок, и внешняя гермодверь ушла в сторону, выбрасывая адмирала в открытый космос. Изморось покрыла его, конечности онемели, но это было терпимо. Тем более, альтернативой был кошачий скафандр, но адмирал наотрез отказался надевать на себя эту, заботливо перешитую денщиком дрянь. Особенно учитывая, что для сохранения системного функционала, пришлось оставить всю заднюю часть.


Нажав кнопку, адмирал выровнялся и взял курс на каменные глыбы вдалеке.


***


Мимо проплывали обломки великой истории. Хотя в масштабах всего космоса, она была скорее вырезкой из многотомной энциклопедии. Беляшики обогнул пылевое скопление и сверившись с голокартой, подправил курс. Нужный ему каменный кусок был уже совсем близко.


Когда тот выплыл из-за клубка покорёженных стальных балок, на стенках банки выступили и тут же замёрзли две солёные капли. Ноги утонули в мягкой подушке пыли.


Беляшики с горьким удивлением отметил, что эта самая пыль сохранила вереницы следов на крошечном плато. Чем ближе он подходил к шалашику из обувной коробки и обгорелых журналов, тем труднее давался каждый шаг. Наконец, он остановился.


Деревянная рейка, воткнутая в промёрзшую землю. К ней двумя канцелярскими гвоздиками приколота глянцевая страница с фотографией горы Фудзияма.


И сама гора, потерявшая снежную шапку, да и вообще – весь былой лоск, парившая далеко на фоне.


- Здравствуй, Земля.


***


- Шкипер?


Голос четырёхлетнего засранца вырвал Беляшики из ностальгического транса.


- Да, Тарантул.


- Шкипер, ты уже полчаса сидишь на месте? Ты там не примёрз?


Беляшики на всякий случай проверил это предположение, но его жестяная задница без труда оторвалась от куска асфальта.


- Отвали говнюк, когда твой адмирал наедине, это касается и связи.


- Сам дурак! – пискнул на прощание дредноут и отключился.


Беляшики на автомате сунул в рот сигарету и зачиркал плазменной зажигалкой. Безрезультатно спалив половину сиги, он спохватился и оставил это занятие. Совсем медитации его ума лишают. Впрочем, он здесь не за этим.


Сколько лет прошло с тех пор? Пятьдесят? Сто? Банка тушёнки бродила среди своей, никем не тронутой космической кельи, где каждый взгляд натыкался на её нехитрый быт.


Полотенце с вышивкой «Golden eye Hotel», аккуратно сложенное в дальнем углу шалашика. Вместо кровати. Разбитый снежный шар. Беляшики насыпал в него найденный кошачий корм и аккуратно заклеил дыру пластырем – в невесомости этого было достаточно. Остановившиеся механические часы. Едва найдя, Беляшики попробовал было их починить, но вскрыв крышку, рассыпал шестерёнки. Часть улетела в космос. Портативная солнечная батарея, кустарно подсоединённая к старому телефону. Когда летающие над головой глыбы не закрывали светило, Беляшикуи удавалось посмотреть единственное, что было записано на внутреннюю память. Шестой сезон Санта-Барбары.


За шалашиком высилась целая гора журналов, прочитанных вдоль и поперёк. В какой-то момент Беляшики отчаялся и попытался избавиться от картинок с живыми людьми и не раздолбанными в осколки странами. Рвал и выбрасывал в космос но…


…облако бумажных клочков зависло в слабой гравитации его каменного обломка и никак не хотело улетать. Адмирал отчётливо помнил то тоскливое состояние одиночества, доступное бессмертной банке тушёнки. Кажется, тогда он впервые после конца света, заговорил вслух. Закричал в пустоту.


Бродя по своему пристанищу, Беляшики гладил покрытые пылью вещи, прощаясь. На этот раз – навсегда. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что специально затягивает это расставание, не решаясь посетить последний уголок своего уютного астероида.


Протоптанная тропинка вела к вросшему в землю холодильнику. В метре над ним навсегда завис крутящийся в невесомости спиннер – нуль-смазка делала своё дело. Беляшики поднял камень и прицелившись, сбил спиннер с орбиты. Радужная пластмасска, не переставая крутиться, улетела покорять Вселенную. Теперь ты свободен, чертяка.


После, адмирал перевёл взгляд на свою коллекцию магнитиков. Целую бесконечность собирал их среди осколков планеты.


Среди руин осталось очень много напоминаний о былых днях. А в случае этой банки тушёнки, литературный оборот играл другими красками. У него не было прошлого. Он проснулся (или родился?), когда планета рванула. Взлетая на воздух вместе с остальными, будущий адмирал вцепился в кусок доски с огромными буквами.


Когда всё утихомирилось, он сумел прочитать надпись: «Че… Беляшики вкусн...». Так у него появилось имя.


А когда увидел своё отражение в Рей Бенах, без одного стекла, надетых на голову манекена, Беляшики узнал, что он - банка тушёнки.


Та первая секунда была как первый вздох после рождения. Чувство чего-то неправильного накрыло с головой. А самое плохое – некому было объяснить, что происходит. Беляшики знал всё о жизни, но ничего о себе самом.


Как любит выражаться капрал Джонс: «Сэр, я ничего не понял, но я сделал! Сэр!».


Смирившись с неизвестностью, банка консервов (или всё-таки консервный банк? Беляшики так и не определился с половой идентичностью) стал устраиваться в поле обломков, пока однажды его взгляд не выхватил прилепившийся к дрейфующей железке разноцветный кусок пластика. Маленький магнитик на холодильник, уцелевший в Армагеддоне.


Наверное, производитель Беляшики мухлевал, вместе с мясом засунув в банку кусочек коровьего сердца. Потому что что-то там ёкнуло.


Двумя руками уцепившись за этот осколок – единственное, что оказалось до боли знакомо в окружающем хаосе, консервная банка с трудом оторвала магнитик от балки. Он тут же приклеился к его груди.


Магнитик не был каким-то замороченным – почти выцветшая, сине-белая копия банки гостовской сгущёнки. Однако она вызывала неодолимую тоску по потерянному, поэтому Беляшики зацепился за эту единственную ниточку.


В надежде отыскать ещё, он прыгал с глыбы на глыбу, копался в космическом мусоре, нырял в облака пыли. Скоро на дверце этого холодильника уже не оставалось свободных мест. А искомого он так и не обнаружил.


Хм, а ведь сейчас у него за спиной все мощности ВКС колоний!


- Тарантул, связь!


- Я тут, шкипер! – на заднем фоне раздавались звуки шумной вечеринки. Беляшики нахмурился.


- Что там у тебя?


- Ой! – дредноут спохватился и поставил фильтры на связь. Крики пропали. – Выполняем твой приказ, шкипер! Пускаем по взлётке туалетную бумагу!


- Отвлекись. Скан на меня, поиск соответствий среди обломков. Магнитик в виде банки видишь? С ним тоже.


- Но шкипер, я поставил на…


- Смирррно! Отдать честь офицеру! Выполнить приказ!


Где-то вдалеке что-то взорвалось, видать, Тарантул с перепугу выплюнул из шахт пару ядерных торпед. Сквозь фильтры пробились маты матросов - неожиданно вздрогнувший дредноут уронил весь экипаж на пол. Едва это произошло, по секретке подключился Джонни.


- Адмирал, сэр, с вами всё в порядке?!


Беляшики провёл ладонью по лицу.


- Нет, Джонс, меня взяли в плен Ракотанские ухорезы. Вот, ищут, чего бы у меня отрезать.


- Прикажете объявить боевую тревогу, сэр?


- Джонс, плод любви шимпанзе и дрожжей, чтоб тебя переехал тряхомудрый венерианский ползень, а потом засунул в твою задницу фотонную гранату а чеку бросил в колодец с ахейскими жабами в период течки! Перед уходом я отдал приказ развлекать нашу команду и пока на этом корабле-имбециле остаётся хоть один сраный рулон туалетной бумаги, ты не освобождаешься от обязанностей!


- Но сэр…!


- ВЫПОЛНЯЙ ПРИКАЗ!


Едва растерянный денщик отключился, в динамике клипсы зашуршало.


- Ш-шкипер?


Всегда и всё подслушивающий, шкодливый дредноут знал, когда капитана не стоит трогать. Однако приказ есть приказ. Вместо ответа, Беляшики рыкнул в микрофон.


- Шкипер, поверхностный поиск соответствий не обнаружил. Прикажете перебрать каждую песчинку?! Я могу, шкипер! Вот прям сейчас даже и начну! – пока адмирал не успел подвергнуть корабль облитерации словесным потоком, дредноут заглушил связь. Как эхо, до адмирала донеслись его затухающие слова: «Ой сколько тут всякого! Какой камушек красивый, надо будет адмиралу показать…»


Чёрт с ним.


Беляшики протянул руку к холодильнику и оторвал тот, самый первый магнитик. Прикосновение спустя десятилетия вернуло уютное тепло. Странное дело, даже чудесное, хотя адмирал не верил в чудеса. Но в вечном холоде космоса он на самом деле согревался, держа в руках эту штуку.


Даже сейчас, иней стаял с его жестяного тела. Опасаясь потерять магнитик, перед поисками Беляшики снимал его с себя и оставлял на этом холодильнике. А возвращаясь, спешил нацепить обратно. Валяясь перед сном, иногда подолгу рассматривал необычно притягательный кусок пластика. Что же в нём такого было? Знает только Вселенная…


Однако, когда неудачный прыжок, выкинул Беляшики из гравитационного поля обломков, он едва не сошёл с ума от отчаяния.


Маленькая консервная баночка болталась в космосе, орала и рыдала, тянула руки к камню, на котором в землю врос холодильник. Среди десятков дурацких кусков пластика там был один, который помог ему прожить неизвестное количество времени на осколках родной планеты.


Беляшики прижал к груди магнитик и грустно улыбнулся. Спустя почти сто лет поисков, он его вернул.


Покончив с прошлым, адмирал нашарил пульт и активировал ранец. Маленькая реактивная струя вынесла его из поля обломков.


«Тарантул» закрывал собой старое Солнце этой системы, бросая огромную тень на тысячи миль вперёд. Габаритные огни перемигивались на композитной туше, во все стороны ощетинившейся сотнями орудий и пусковых шахт. Главный калибр проходил через весь десятикилометровый корпус. Примерно таким и уничтожили Землю.


- Тарантул, связь!


- Здесь, шкипер! –бойко ответил младовозрастный засранец. Слишком бойко.


- Что там у тебя происходит?


- Э-э-э-э… сэр?


- Ты у меня в солнце нырнёшь сейчас!


- Слушаюсь! Ой! Никак нет! Ой… короче, шкипер, у нас тут кончилась туалетная бумага, поэтому я перенастраивал армейский 3D-принтер под печать рулонов. Команда просила ультранежную трёхслойную…


Никогда не знавший гальюнных радостей, Беляшики хищно улыбнулся. Матросы расслабились и время напомнить им, что в Галактике идёт война.


- Во-первых, я подлетаю, дай мне зелёную линию в четвёртый шлюз. А во-вторых… сделай, что они просят, но в состав включи… что на этом принтере раньше печатали?


- Биооружие, шкипер! – поняв, что замышляется какая-то гадость, дредноут воодушевился, его детским голосом словно заговорил малыш-Сатана.


- Ага… рецепт иприта у тебя есть? Нет… А перцовки? Вот. Ограниченной партией и по всему кораблю. В офицерские тоже, пусть следят за порядком тщательней.


- Слушаюсь, шкипер! – радостный Тарантул отключился, не забыв открыть шлюз в борту корабля. На подлёте к нему, мимо адмирала проплыли длинные белые полосы. Беляшики посмотрел, откуда они держали путь и увидел столпотворение на закрытой силовым щитом взлётке. Команда развлекалась, но едва увидев плывущего мимо туалетной бумаги адмирала, все как один, вытянулись во фронт и отдали честь.


Словно на параде, Беляшики проплыл мимо них, держа руку под козырьком фуражки. Вид портила зацепившаяся за ногу бумажная лента, но чтобы не портить торжественность момента, адмирал решил не обращать на неё внимания.


***


Когда по корабельному времени наступило послеобеденное время, а по палубам стали разноситься первые крики удивления и негодования из туалетных кабинок, Беляшики лежал в своей каюте и рассматривал магнитик. Чувство некой связи спустя столько лет снова вернулось к нему. Теперь в этой чёртовой Вселенной стало на одну одинокую тушёнку меньше.

2. Da mihi osculum rursum asinis Dalisyndrome, Адмирал Беляшики, Рассказ, Длиннопост

Найдены дубликаты

Отредактировал NMPro 1 год назад
Похожие посты
Похожие посты не найдены. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: