МИР УШАСТИКА. 4/5
Часть третья. Топот стульев.
- Прыгайте! - пропыхтел Печкин, пытаясь спихнуть с себя ревущего Буку.
Таня и Маша взялись за руки и прыгнули в чёрную дыру недр тумбочки. Янка немного замешкалась - не каждому удаётся поглядеть на мохнатого, конеголового Буку.
- Прыгай, Ушастик! - заорал Печкин, пиная чудище по печени (если, конечно, у чудищ печень находится там же, где и у людей, и если печень вообще у бук есть).
Янка закрыла глаза и бросилась во тьму. Тумбочка, как и следовало ожидать, была бездонной - девочка полетела в абсолютную пустоту, а когда она разжмурилась, то увидела кромешную тьму.
Летела она во тьме довольно долго, потом тьма сузилась, и девочка начала периодически ударяться обо что-то невидимое. Янка решила поговорить сама с собой:
- Представим, что я - Алиса в Стране Чудес. Нет, я - Ушастик в Стране Чудес, и я лечу вниз, провалившись в кроличью... э... тумбочку. Фигня какая-то... Алиса видела вокруг себя всякие полочки, заставленные предметами, а я... О! После посещения Алисой Страны Чудес кроличья но... тумбочка стала неактуальной и в ней выключили свет...
Тут Янка пребольно ударилась плечом обо что-то жёсткое и взвыла. Тьма начала быстро рассеиваться, пока не превратилась в слепящий свет и девочка зажмурилась вторично. В следующий момент она вылетела из шкафа, открыв его дверцу головой, и растянулась на полу.
Несколько секунд она лежала неподвижно, потом, не открывая глаз, позвала:
- Таня! Маша! Вы здесь?
В ответ ей промолчало.
Янка открыла глаза и огляделась, с удивлением узнавая в окружающей обстановке свою комнату. Ни девочек, ни Печкина нигде не было видно. Она встала на четвереньки и заглянула в шкаф. В шкафу висели её куртки, костюмы и платья - портала не было.
- И вот бедная маленькая Ушастик осталась совсем одна, - прошептала Янка, смутно что-то подозревая. - Мама! Папа! - громко позвала она, но ответило ей лишь Зловещее Молчание едва заметным Квартирным Эхом.
Янка выбежала из квартиры и, перепрыгивая через три ступеньки, побежала на улицу. Двор встретил её тишиной. Полуденное Солнце светило неправдоподобно тускло, ещё менее правдоподобной была тишина - ни голосов людей, ни криков птиц, ни шума машин - ничего. В голове Янки мелькнула какая-то мысль, и она успела ухватить и осмыслить её.
- Муравьи.
Она подошла к одной из урн, вокруг которой беспрестанно, из лета в лето, маршировали полчища маленьких чёрных муравьёв. Теперь муравьи исчезли. Девочка внезапно вспомнила фильм про лангольеров и прислушалась, но здесь не было даже лангольеров. Тогда она села на корточки, зажав голову между колен, и зашептала:
- Что было и чего не было? Я знаю, что я уже побывала в Безлюдных Городах, но на самом деле я тут впервые. Как это так? Может, в Безлюдных Городах побывала совсем другая Ушастик? Та, которую стёр Автор?
Янка сидела долго, Солнце покатилось на запад, и девочка обрадовалась этому - вечный полдень она бы не перенесла. Она ткнулась в квартиру Печкина и - да, двери всех квартир были открыты. У Печкина было необычайно уютно, и Янка решила поселиться здесь: во-первых, если Печкин появится здесь, то обязательно (или необязательно) заглянет к себе домой; во-вторых, квартира находится на первом этаже, в случае чего можно быстро выбежать. И не только через дверь.
Через полчаса на дверях подъезда висел прилепленный скотчем ватман с огромнобуквенной надписью
УШАСТИК В КВАРТИРЕ ПЕЧКИНА!!!
*****
Она обошла весь дом, заглянула во все холодильники и вернулась в квартиру Печкина, еле волоча забитые продуктами сумки. Вечером её ждал роскошный стол, но к тому времени, когда Солнце село, Янка настолько устала, что удовольствовалась сэндвичем и кофе. Она перетащила своё постельное бельё и постелила его на диван Печкина, потом перетащила свой компьютер и поставила его на журнальный столик перед диваном. Вслед за этим она снова пробежала все квартиры в поисках интересных фильмовых дисков - вернулась с огромной охапкой.
- Ушастик - не вор, - твердила она себе. - Все люди бросили Ушастика, а Ушастику надо как-то жить одной; никто из ушедших людей о ней не позаботился. Друзья Ушастика - Печкин, Маша и Таня, - исчезли. Может они в плену у санитаров или рептилоидов... или даже санитаров-рептилоидов... ав-ав...
Теперь она сидела на кухне, жевала сэндвич и пила кофе. Солнце садилось, на город опустились сумерки - любимое время дня для Янки. Она встала и распахнула окно, чтобы вдохнуть до боли знакомый и любимый запах родного города и... Запаха не было. Да нет же, запах был, но чего-то не хватало...
- Звуки, - произнесла Янка. - Город умер и умолк.
То, что оживляет сумерки, делая их прекрасными в любое время года, исчезло. Далёкие голоса людей, крики играющих детей, стрекотание, жужжание, щёлканье насекомых, далёкий лай собак, звуки машин - все звуки жизни исчезли.
- Я... - сказала Янка и бросилась к компьютеру.
Она поставила свой любимый диск - альбом "Лабиринт" вокально-инструментального ансамбля Tanzwut, - и сделала громкость динамиков максимальной, после чего вышла на улицу и побрела на юг.
Шла она довольно долго, уже вторглась в пространство соседнего микрорайона, но продолжала слышать волынки Танцвута.
- Не осталось ничего живого? - сама себя спрашивала девочка. - Но ведь растения тоже живые. Или это не принципиально? Интересно, а микробы остались?
Темнело быстро, и в тот момент, когда Янка уже собиралась возвращаться, она увидела стул. Стул стоял посреди улицы в неестественной для стульев позе - будто он шагал, шагал и вдруг замер. Ножки его были изогнуты так, словно это были ноги, скажем, паука. Девочка подошла к стулу и дотронулась до него ногой.
- Ой! - ей на долю секунды показалось, что стул вздрогнул.
Янка опрометью побежала на звуки волынки, ворвалась в квартиру и заперла дверь на все цепочки, крючки и задвижки. Сердце её бешено колотилось.
*****
Ушастик стояла у ног Автора, превратившегося в её сне в каменного гиганта. Автор, грохоча как гром, спросил:
- Что такое: стоит на кухне зелёное?
- Ёлка! - крикнула Ушастик.
- Нет, холодильник. Моя вещь - как хочу, так и раскрашу. Что такое: стоит на крыше ящик?
- Скворечник!
- Нет, телевизор. Моя вещь - куда хочу, туда и поставлю. Почему стулья ходят по улицам Безлюдных Городов?
- На всё воля твоя, - сказала Ушастик. - Но эти стулья не опасны?
- Они опасны, но их легко одолеть. Шагающий Стол намного опаснее.
- Стол? - удивилась Ушастик.
- Оглянись! - громыхнул Автор.
Ушастик оглянулась и увидела нечто: будто из массивного офисного стола кто-то пытался сделать универсальный столярный станок. Весь стол был обит ржавым железом, топорщился какими-то крючьями, тисками и циркулярными пилами.
- Беги! - закричал Автор уже своим собственным голосом.
И Ушастик побежала. Никогда она не бегала так быстро - глаза её не успевали замечать предметы, мимо которых она проносилась, всё сливалось... Стук столовых ног становился всё громче и ближе, потом голосом Печкина стол крикнул:
- Ушастик!
*****
Янка вскочила с дивана, её заметно трясло. На дисплее компьютера шёл какой-то приключенческий фильм, лампочка под потолком ярко горела. Девочка свернулась клубочком на уголке дивана и попыталась взять себя в руки. Пыталась она минут пять, потом пошла, не одеваясь, на кухню и поставила чайник.
- Что ж, Ушастик, - говорила она сама себе. - Тебе не нравились люди потому, что ты не нравилась им. Значит, только ты виновата в том, что произошло. Надо было быть как все, а не как Ушастик. Теперь ты наедине с безлюдным миром. Радуйся в одиночестве, бойся в одиночестве, люби в одиночестве, плач, кричи, делай всё, что тебе угодно - в одиночестве. Ты ведь этого хотела?..
И тут в окно постучали. Янка быстро обернулась на стук и увидела за окном розовенькую ручку, чуть побольше младенческой. Ручка методично стучала в окно прозрачными ногтями.
- Красный ручонок, - прошептала Янка. - В отличие от чёрных рук, охотящихся исключительно на детей, красные руки охотятся на всех подряд. Впрочем, в силу моего возраста, для меня опасны все разновидности автономных рук.
Девочка присела на корточки и, не отрывая взгляда от руки, принялась откручивать от табуретки ножку. Закипел чайник, и Янка машинально выключила газ. Рука всё ещё тарабанила.
- Какая-то она странная, - подумала Янка. - Ей бы неслышно залетать в открытые форточки, а она шум производит - эдак всю пищу можно распугать. Надеюсь, что она не станет разбивать окно, порезаться же можно.
Янка сидела на полу, рука стучалась в окно, время шло. Через пятнадцать минут Янка встала и постучала по стеклу навстречу стукам руки. Рука никак не отреагировала. И тут в Янкину голову пришла бродячая, но очень толковая мысль. Рука стучит в одно и то же место, а прямо над этим местом - форточка.
Янка опять разожгла огонь под чайником. Когда вода закипела, девочка взяла чайник и залезла с чайником в руке на подоконник. Рука на перемещения Янки никак не отреагировала. Тогда девочка стала тихонько открывать форточку, в надежде, что рука заметит это уже после того, как будет травмирована кипятком, но всё произошло иначе. Едва форточка приоткрылась, как рука попытала юркнуть в образовавшуюся щель. Янка закричала и попыталась закрыть форточку, прищемив руке пальцы. Чайник упал на пол, и вода разлилась по всей кухне.
Янка кричала, рука билась, пытаясь высвободить пальцы. Наконец, руке удалось вырваться, извиваясь, как червяк, она исчезла в ночной тьме. Янка закрыла форточку на шпингалет и, дрожа, слезла с подоконника.
- Теперь бедная маленькая Ушастик хочет в Безрукие Города...
Она нашла в себе силы вытереть пол штанами Печкина и снова поставила чайник, беспокойно поглядывая на окно. Вода закипела, и Янка приготовила себе кофе. С большой кружкой кофе она вернулась в комнату, села на диван и дала компьютеру диск с комедиями. Компьютер взял диск и принялся показывать фильмы.
Вскоре Янку стало клонить ко сну, она поставила кофейную чашку рядом с диваном, попросила компьютера показывать фильмы тише, и заснула, свернувшись калачиком на краю дивана.
Проспала она совсем недолго: во всяком случае, компьютер всё ещё показывал тот же фильм. С потолка нёсся не то стук, не то топот. Звук был похож шаги. Четвероногие шаги - раз, два, три, четыре, раз, два, три, четыре, раз, два, три, четыре...
Янка что-то проворчала себе под нос, закрыла голову подушкой и уснула.
*****
Стояла осень, пока ещё ранняя, но уже совсем не лето. Даниил Спайдерман, брат Тани, играл со своим лучшим другом - беспородным щенком по кличке Цербернар. Игра состояла в том, что Даниил вешал на ошейник Цербернара свою сотку, предварительно поставив будильник на "через десять минут", приказывал щенку сидеть, а сам прятался. Щенок послушно ждал той минуты, когда сотка на его груди голосом хозяина приказывала: "Церик! Ко мне!". После этого Цербернар бросался на поиски Даниила и, как правило, быстро его находил. Наверно, по запаху.
Вот и сейчас, усадив Цербернара на скамейку и приказав ему сидеть смирно, мальчик нёсся вокруг собственного дома, лихорадочно высматривая место, где ещё не прятался. Дом кончился, и Даниил побежал к заброшенной котельной, куда детям строго-настрого запрещалось ходить, так как там, по слухам, обитали маньяки, красные руки, буки и прочие мистические существа. Задним ухом Даниил уже услышал, что сотка приказала Цербернару искать его, поэтому времени на раздумья не было, и мальчик ринулся в приоткрытую дверь котельной, навстречу тьме.
В котельной было темно, прохладно и плохо пахло. Мальчик осторожно прикрыл за собой дверь, оставив небольшую щель и сел на холодный пол отдышаться. Прошла минута, другая... щенка не было слышно, и Даниил осторожно выглянул в щелку.
- Ав! - внезапно Цербернар оказался прямо за дверью.
- Сдаюсь, нашёл, - проворчал Даниил. - Молодец, за это получишь конфетку.
Цербернар прекрасно знал слово "конфетка" и заплясал от радости, а потом... потом он подскочил и упёрся передними лапами в дверь котельной. Дверь закрылась и раздался щелчок.
- Эй, эй! - закричал мальчик. - Церик, что ты наделал?
Он осторожно толкнул дверь, потом пнул её, потом разбежался и попытался вынести дверь плечом... Безрезультатно. Было слышно жалобное поскуливание Цербернара.
Даниил был мальчиком разумным и склонным к размышлениям, поэтому он решил не паниковать, а хорошенько подумать и осмотреться. Осматриваться, правда, было крайне неудобно по причине полного отсутствия освещения.
- Сотка! - радостно воскликнул наш герой. - Можно позвонить в МЧС... или, для начала, папе... или нет, нефиг родителям об этом знать, лучше позвоню я...
- Ав! - тявкнул за Цербернар и принялся скрестись в дверь.
- Блинский блин! - завопил Даниил. - Церик, сотка-то у тебя на шее!
Внезапно пёсик перестал подавать признаки своего присутствия за дверью. Даниил минут пятнадцать добросовестно звал его, потом минут двадцать кричал "помогите!". Никто не помог, а мальчик устал и охрип.
- Ладно, подождём, - успокоился Даниил.
Он сел на холодный цементный пол и стал размышлять:
- Сейчас около трёх часов дня. Таня придёт домой в пять и сразу умчится к подружкам. Родители придут с работы около семи часов вечера. Сначала они меня немного подождут, потом начнут обзванивать пацанов со двора, и только потом вызовут милицию. Если милиция будет тщательно осматривать окрестности, то неминуемо пройдут и мимо котельной. Главное - вовремя подать голос. Возможно, что и не придётся так долго ждать - вдруг в ближайший час здесь кто-нибудь пройдёт?
И мальчик стал ждать. Не прошло и получаса, как он встал и прошептал:
- Так, час прошёл, никто мимо не прошёл, сейчас около четырёх часов дня. Искать меня начнут минимум через три часа. А может, здесь другой выход есть? Блин, мне бы фонарик...
Даниил стал осторожно, по стеночке, пробираться вглубь чёрного коридора. Стены были влажными. Через какое-то время горизонталь пола прервали ступеньки, ведущие вниз. Мальчик стал спускаться, осторожно ощупывая ногами ступеньки. Ступеньки кончились, а рука Даниила нащупала на стене что-то вроде выключателя. Он осторожно тронул рычажок и тусклый красноватый свет залил обширное помещение, большую часть которого занимали сплетения труб и непонятные приборы.
Стол, стоявший посреди помещения, показался мальчику интересным: казалось бы стол - как стол, но он был оббит ржавым железом, топорщился клещами, пилами, какими-то крючьями, свисавшими на лёгких цепях, и ещё множеством железяк, названий и назначения которых мальчик не знал. Он подошёл к столу и осторожно погладил зубья циркулярки.
- Ой! - мальчику показалось, что стол слегка шевельнул всеми своими железками.
Даниила охватил страх, он решил вернуться к двери и ждать спасения там. Он обернулся к выходу и с удивлением обнаружил, что выход забаррикадирован стульями; казалось, что стулья сплелись ножками сами. Даниил сделал шаг к выходу и упал. Он оглянулся и увидел крюк, вцепившийся в штанину. Он перевёл взгляд на баррикаду из стульев и оцепенел от ужаса: один стул шевелился! Он шевелил необычайно гибкими ножками, поудобнее вплетаясь в ком своих собратьев.
- Помогите! - закричал мальчик, прекрасно зная, что его никто не услышит.
Второй крюк зацепил его за рукав, на столе начала раскручиваться пила, а ручка тисков закрутилась с огромной скоростью.
*****
Теперь Автор был похож на инопланетянина или героя фэнтези - вытянутая голова, острые уши, клыки и красные глаза с вертикальными зрачками.
Они сидели на маленькой скале, расположенной среди неподвижного, бесконечного океана. Они - это Ушастик, Печкин и Автор.
- Ну почему ты сделал из меня неадекватного придурка? Что тебе стоило описать Печкина - лучшего студента университета, сына богатых родителей, у которого куча друзей и самые красивые девушки спят и видят, что спят со мной?
- А ничего бы не изменилось, - ответил Автор. - Ты бы так и остался тем, кто ты есть. Просто не тебя бы Печкиным звали, а того студента, которого ты описал. Смирись, такова твоя судьба. А от судьбы, мой друг, не спрячешься. Судьба и под диваном найдёт.
*****
Янка проснулась поздним утром. В дверь звонили и стучали. Девочка схватила табуретную ножку, подошла к входной двери и посмотрела в глазок. В следующую секунду она уже лихорадочно манипулировала с крючками, задвижками и цепочкой, потом открыла дверь и повисла в объятиях Печкина.
- Девочки с тобой? - спросил Печкин.
- Нет.
- Чёрт, надо их найти!
Пока Янка готовила кофе, Печкин рассказывал о своих приключениях:
- Припорталило меня в дупло огромного дуба, прямо в центре Сумрачных Лесов. Ну, я вылез и пошёл в ту сторону, где на небе сиял Марс. Долго шёл, устал даже. Потом попал на Бредоносные Пустоши, где на меня напали Ахматова и Цветаева; я бы не отбился, да Маяковский помог...
- Разве Маяковский тоже бредоносное существо? - удивилась Янка.
- Да нет, он там на болотах живёт, защищает Безлюдные Города от убийц грёз. На болотах у него избушка, посидели мы с ним там, поговорили, он чаем с вареньем меня накормил, а потом проводил на дорогу, ведущую к Городу. Ещё он дал мне большой разводной ключ, но я его выбросил - тяжёлый слишком. О чём вскоре пожалел, когда меня атаковали ходячие стулья.
- Что они с тобой пытались сделать?
- Точно не знаю, но, судя по всему, они собирались меня уронить, запинать и затоптать. Было их штук пятнадцать, я выломал какую-то железяку от... не помню от чего, и принялся их ломать. Но отпинали они меня хорошо. Особенно два оставшихся в конце. Один был старым совдеповским стулом, похоже, из железного дерева, второй - табуретка. Никак они не ломались, так что я убежал, а потом всю ночь добирался домой. А тут ты!
- Портал нас перебросил в разные места. Может, даже, в разные миры. А знаешь, ночью я видела красную руку по ту сторону окна, - вставила Янка.
Печкин стукнул рукой по столу и сказал:
- Теперь понятно, откуда к нам эта гадость лезет: чёрные и красные руки, куклы-вампиры, буки и летающие простыни. Вся эта шваль живёт в Безлюдных Городах, отделяющих наш мир от мира Автора. Они умеют открывать порталы... Кстати, куда припорталилась ты?
- В собственный шкаф в своей комнате. Я его забаррикадировала на всякий случай.
- Танин братишка сказал, что любой полый предмет может быть вместилищем бук. Он прав: порталы возникают лишь в полых предметах - у меня это оказалось дупло, у тебя - шкаф. Нечисть активизируется вечером, достигает пика активности в полночь, потом активность идёт на убыль. Поэтому сразу после завтрака уничтожаем в квартире все полые предметы, потом идём... блин, надо велосипеды найти... в оружейный магазин. Потом идём искать девочек.
- Этой ночью, - сказала Янка, - кто-то шумел в квартире над твоей. Надо пойти посмотреть.
- Сначала в оружейный магазин.
Они вышли во двор и уже через сорок минут обзавелись велосипедами.
- Хорошо, что я не умею водить машину, - радовался Печкин. - Все дороги забиты битыми тачками, на машине бы мы не проехали.
- А ты знаешь, где находится оружейный магазин?
- Знаю. Ну что, поехали?
- Постой!
Янка забежала обратно в квартиру, поставила на компьютере музыку на полную мощность, а колонки придвинула поближе к распахнутому окну.
- Это правильно, - похвалил девочку Печкин. - Я почему-то не додумался. И объявление это на двери подъезда. Я бы пошёл с тобой в разведку. Что я, собственно, сейчас и делаю.
Они неспешно поехали в центр Города, внимательно оглядывая улицы. На улицах была масса стульев, замерших в неестественных для этих предметов обстановки позах.
- На обратном пути надо будет всех перебить, - сказал Печкин.
- В городе их миллионы, на всех патронов не хватит, - возразила Янка.
*****
- Прыгайте! - пропыхтел Печкин, пытаясь спихнуть с себя ревущего Буку.
Таня схватила Машу за руку и посмотрела на Янку, которая с открытым ртом смотрела на буку.
- Прыгай, коза! - прошипела Таня, и они с Машей прыгнули в тумбочку.
Ощущения полёта не было абсолютно, девочки лежали на жёстком, холодном полу в совершенной темноте.
- Ты жива? - спросила Таня, не выпуская машиной руки.
- Жива. Ты не знаешь, где мы находимся?
- Сейчас остальные припорталятся - решим этот вопрос.
Они сели на корточки и стали ждать. Потом Таня достала зажигалку и включила встроенный в него фонарик. Фонарик светил совсем тускло и девочки разглядели бетонные стены и сплетения труб.
- Слышишь? - шёпотом спросила Маша.
- Что?
- Прислушайся.
Таня послушно прислушалась.
- Где-то капает вода? - сказала она. - И как будто что-то рвётся...
- Шаги! Шаги слышишь? Пойдём! Что бы это ни было, нам оно не причинит вреда.
- Откуда ты знаешь?
- Догадываюсь.
Они стали осторожно пробираться среди труб по направлению к звукам. Вскоре Таня погасила фонарик - издалека струился розоватый свет. Теперь они уже более уверенно пробирались к источнику света. Наконец, они обошли какую-то необъятную цистерну и...
- Нет! - не своим голосом заорала Таня.
Стулья, сгрудившиеся у Стола, разбежались и девочки увидели распиленное, разорванное тело Даниила. Оторванная голова его была сжата в тисках, по ней ещё пробегали судороги.
Девочки оцепенели. Тем временем стулья преодолели первоначальный испуг и стали осторожно подходить к девочкам.
- Я сошла с ума, - вдруг совершенно спокойно сказала Таня.
Стол будто только и ждал этих слов - ручка тисков принялась быстро крутиться, голова Таниного брата выпала из них и покатилась по полу. Крючья на цепях быстро стаи освобождать поверхность Стола от останков мальчика. Потом Стол шагнул в сторону девочек.
- Бежим! Бежим! - орала Маша, дёргая Таню за рукав.
Таня перевела безумный взгляд на Машу.
- Нам некуда бежать.
- Бежим обратно к порталу!
Таня продолжала пялиться в лицо подруги и Маша чувствительно врезала ей в скулу. Наконец, Таня пришла в себя и завопила:
- Бежим!
И они побежали, ударяясь о стены и трубы, уходя всё глубже и глубже во тьму, слыша за собой дробный топот десятков стульев и тяжёлые шаги стола-убийцы.
*****
- Это называется "шоппинг", - умничал Печкин, молотя по двери магазина "Охотник" кувалдой.
Вскоре Печкину удалось выставить дверь, и они вошли в магазин.
- На витрины можно не смотреть, - сказал Печкин. - Настоящее оружие должно где-то в чуланчике храниться. Надо этот чуланчик найти.
Они обогнули прилавок и обнаружили ступеньки, ведущие в полуподвальное помещение. Печкин нажал на какой-то шпынёк и в полуподвале зажёгся яркий свет.
- Кувалду держи наготове, - с тревогой сказала Ушастик. - Там могут быть стулья.
Печкин перехватил кувалду понадёжнее, и они стали осторожно спускаться по ступенькам. Деревянную дверь Печкин лихо снёс пинком и наши герои оказались в заваленном оружием помещении.
- Круто! - вырвалось у Печкина.
Они принялись копаться в металле и стали, выискивая для себя оптимальный килл-девайс. Печкин радостно замычал, наткнувшись на П-18.
- Как ты его потащишь? - поинтересовалась Ушастик.
- Зато он будет мочалить стулья в труху!
Ушастик нашла какой-то пистолет (в оружии она совершенно не разбиралась) и попыталась выстрелить в потолок, но пистолет стрелять отказался.
- Зарядить его надо, - заметил Печкин. - И с предохранителя снять.
Внезапно погас свет.
- Эй! - крикнули Печкин и Ушастик одновременно.
Из темноты нёсся гул, слышался топот и поскрипывания, потом тусклое красное свечение осветило помещение.
АУДИЕНЦИЯ ДАНА ЛИШЬ ОДНОМУ
- Что ты сказал? - переспросила Ушастик, сжимая пистолет обеими руками.
- Ничего, - прошептал Печкин и вдруг взвизгнул: - что это?
Пространство вокруг них плыло, шевелилось и преображалось. Оружие исчезло, помещение расширилось, тысячи звуков - криков, стонов, топота, лязганья, - наполнили мир. Потом всё замерло.
Печкин шёл к Столу - его движения напоминали движения марионетки, управляемой человеком, не умеющим управлять марионетками. Ушастик увидела Таню и Машу - их безголовые тела, пронзённые цепями, висели на дальней стене.
АУДИЕНЦИЯ ДАНА ЛИШЬ ОДНОМУ
Пистолет в руке Ушастика щёлкнул. Ушастик улыбнулась - теперь ей всё стало понятно. Прицел на затылок...
- Пифф-пафф, - сказала Ушастик, спуская курок.
Голова Печкина разлетелась как переспелый арбуз, тело же его сделало ещё три шага, прежде чем осознало свою смерть.
Стало тихо. Почти никаких звуков. Почти. Почти. Почти. Ушастик осторожно положила пистолет на пол и пошла на звук.
Дверь. Обычная дверь. Лёгкий скрип и Ушастик оказалась в комнате, освещённой лишь монитором компьютера. За монитором, спиной к девочке, сидел человек, пальцы его бегали по клавиатуре. Ушастик подошла к человеку, встала за его спиной и посмотрела на монитор. Текстовый редактор.
*****
...- В пять лошадиных сил.
- Что ещё за лошадиные силы?
- Ну, вот в повозку запряжена одна лошадь, она может перевезти тонну груза. А сто лошадей?
- Ясно. Сто тонн груза.
- Именно. Сто лошадей могут перевезти в сто раз больше, чем одна лошадь.
- Постой. А если мышь крадётся тихо-тихо, то сто мышей будут красться в сто раз тише?..
***
В руках Ушастика появилась кувалда, брошенная Печкиным. Слишком тяжёлая для десятилетней девочки, но она справится. Теперь нет ничего невозможного, осталось лишь...
Автор наконец-то ощутил чьё-то присутствие и его голова стала медленно поворачиваться. Удар! Ещё удар! И Автор падает под стол, кровь попадает на дисплей и лицо Ушастика. Ушастик не обращает на это никакого внимания. Она занимает кресло Автора. В Зале Аудиенций, или, как его ещё называют, Тронном Зале, одновременно может находиться лишь одна сущность.
*****
- Эй! Ты что - описалась? - закричала Маша.
- Нет, - злобно ответила Таня, - это сверху течёт.
Несколько минут они ползли молча, потом ход внезапно расширился, а пол его стал более-менее горизонтальным. Девочки попробовали встать на ноги, но ударились обо что-то головами. При этом у Тани вырвалось настолько некультурное выражение, что Маша пожалела, что не на чем его записать на память.
- Где мы? - спросила Маша.
- Не знаю, - ответила Таня. - Ты слышишь?
- Дождь... И гром... Внешний мир где-то рядом! Совсем рядом.
Они стали ощупывать стены и нащупали деревянную дверцу. Дверца легко открылась и девочки выскочили в ночь.
Бушевала гроза, гремели громы. Микрорайон горел, кричал дикими голосами и стонал милицейскими сиренами. Откуда-то доносился усиленный рупором хриплый голос:
- Эвакуация! Эвакуация! Просим всех жителей покинуть квартал! - и автоматные очереди.
Девочки подняли глаза к небу и увидели в свете молний огромную крылатую фигуру, нависшую над микрорайоном.
- Это Янка! - прошептала Таня.
Ушастик метала молнии, разрушая старый мир. Земля дрожала, рассыпались дома, где-то что-то взрывалось и несло гарью.
- Что нам делать? - закричала Маша.
- Побежала туда, где кричат про эвакуацию! - крикнула Таня.
- Но где кричат? - Маша завертела головой, пытаясь определить направление, и встретилась взглядом с гигантской Ушастиком. - Янка-а-а!
Ушастик метнула молнию, и девочек не стало.
После смерти Автора.
- Тань, он ещё не подъезжал? - спросила Маша, выбегая из подъезда.
- Ори потише, - сделала страшные глаза Таня. - Не видишь - ребёнок спит.
- Извини.
Маша подошла к коляске, которую тихонько покачивала Таня, и заглянула в неё. Даниил спал здоровым сном здорового младенца.
- Какой хорошенький, - искренне проворковала Маша. - На тебя похож. Эх, завидую я тебе - все мальчишки во дворе готовы за тебя глотку кому угодно перегрызть.
Таня улыбнулась - зубы у неё были белые и частые. Волосы тоже.
Тут во двор заехала машина молодого преуспевающего студента Печкина. Маша торопливо попрощалась с Таней и юркнула в машину.
- Привет, - сказал Печкин, целуя Машу.
- Привет! Куда сегодня отправимся?
- Давай на речку?
- Давай!
Они проехали беседку, где вовсю шла игра в домино.
- Рррыба! - сказал дядя Нгуен.
- Да ну тебя! - обиделся дядя Джо. - Так что ты, Фёдор, сказать хотел?
- Я? А... да уже думал, что у меня крыша едет, а сегодня утром выдвинул ящик с носками совсем из шкафа, а в ящике - вот такенная дырень, а в нише от ящика спокойно лежат мои потерянные носки.
Дяди рассмеялись, а дядя Джо сказал:
- Ничто так не пугает человека, как он сам.
В это время к доминошникам подошёл местный уважаемый бомж Ссаная Тряпка, и у них завязалась беседа.
*****
Стояло самое классное лето, какое только можно придумать. Над городами и сёлами особенно ярко сверкало Солнце, небеса были особенно голубые, а облака невероятно лёгкие и стремительные. В один из прекрасных летних дней Автор разозлился впервые в жизни. В самый полдень стоял он, облокотившись на подоконник, и смотрел во двор. Автор очень удобно жил на третьем этаже, откуда и обзор хороший, и голоса слышно, и его самого с улицы не очень видно. Во дворе играли дети: девочки с косичками - будущие работники офисов и фотомодели; девочки с длинными волосами - будущие бизнес-леди и жёны бизнесменов; девочки с каре - будущие домохозяйки, журналистки и писательницы; наконец - девочки, подстриженные как попало - таких было всего одна, её звали Маша, и она тусовалась с Печкиным. Мальчики Автора не особенно интересовали, поэтому он их не сортировал. И вот разозлился на всех ребят двора Автор, просто так - накипело в душе у него, отпрянул он от подоконника, пошёл на кухню, открутил у табуретки ножку и, стиснув зубы, направился во двор.
