В сегодняшнем выпуске рассказов про электрогитары из моей персональной коллекции у нас, скажем так - странная гитара. Странная - потому что с точки зрения музыканта - это вполне себе полноценный инструмент, без классической скидки на страну производства, которую принято делать, когда говоришь о гитаре производства стран соцлагеря. Нормальный инструмент по общемировым практикам. Но... Нет в нем некой "изюминки", которая присуща всем весьма специфическим соцлагерным гитарам. Попробую объяснить подробнее.
В моей коллекции много инструментов, которые опознаёшь с трёх метров. Musima из хороших времён — из них. Приземистая «этерна», рекордовская полуакустика, какая-нибудь де-люксовая доска с фрезеровками, которых больше нигде не встретишь, — их ни с чем не спутаешь. А этот чёрно-жёлтый страт можно закрыть ладонью по голове грифа, показать издалека, и никто не скажет, откуда он приехал. Корея, Япония, Индонезия, Мексика. Да хоть сами Штаты. Восточная Германия конца восьмидесятых угадывается тут в последнюю очередь. В этом, собственно, и весь сюжет.
Видео-рассказ про гитару на благонадежном рутубе. Для ценителей запрещёночки и знатоков трёх волшебных букв - то же видео на ютубе.
Сначала по обыкновению про контору. Были в саксонском городке Маркнойкирхен, у самой чешской границы, мелкие мастерские и частники — Венцель Розмайсель, Херберт Тодт и десятки других фамилий, которые сегодня знает от силы пара архивистов. Делали скрипки, цитры, гитары, кто во что горазд. Война кончилась, город попал в советскую зону оккупации, а в 1952 году власти ГДР собрали всех этих кустарей под одну крышу и национализировали. Получилось предприятие с названием, которое по-немецки не выговоришь без разбега, — VEB Musikinstrumentenbau Markneukirchen. От первых двух корней и осталась Musima. Музыкальные инструменты из Маркнойкирхена, коротко и по-плановому.
К восьмидесятым это была махина. Около 1260 человек на пике, временами предприятие называли крупнейшим производителем музыкальных инструментов в Европе, а его скрипки, виолончели, блокфлейты и гитары уходили в семь десятков стран. Правда, почти всё — на восток. На Запад Musima почти не совалась, там хватало своих, включая соседей по немецкому цеху вроде Framus. И вот в середине восьмидесятых на фабрике решили это исправить и повернуться к западному покупателю. А западный покупатель за экзотикой соцлагеря не гнался, ему нужно было привычное. Так у Музимы появились басы Action, срисованные с Jazz Bass и Precision, и гитары Lead Star, срисованные со страта.
Серия Lead Star выпускалась примерно с 1987 по 1990 год, и внутри неё пряталась целая эволюция, по-военному пронумерованная римскими цифрами от I до V. Первый Lead Star нёс три сингла, как положено канону. Второй и третий получили пару синглов в нэке и центре плюс хамбакер у бриджа. Четвёртый, наш сегодняшний, — ещё один шаг по нарастающей. Из нэковой позиции сингл ушёл, на его место встал хамбакер, в центре остался одиночный датчик, а у бриджа встал второй хамбакер, умеющий отсекать катушку. Управляется вся эта конструкция привычной тройкой. Громкость, тон, пятипозиционный переключатель, плюс отдельный тумблер койл-сплита на бриджевом звукоснимателе. У меня в коллекции стоят все пять Lead Star подряд, и по ним хорошо видно, как немецкие инженеры доливали в скромный страт всё больше «мяса». Со временем поговорим про все из них.
Теперь по самому инструменту, потому что дьявол, как всегда, в фрезеровках. Корпус повторяет очертания стратокастера — с оговоркой, что там и сям контур гуляет на пару миллиметров от оригинала, но глазом этого не поймать. Исполнен он в глухом варианте, вся электроника спрятана в выборку под задней пластиковой крышкой, никаких пикгардов.
Дерево тут — предмет маленького спора с самим собой. На просвет под бёрстовой покраской читается кленовый шпон, которым корпус оклеен с обеих сторон, а сердцевину я на своём экземпляре принял за ольху, отталкиваясь от веса. Немецкие описания Lead Star в санбёрсте упрямо называют начинку ясенем, зажатым между двумя листами клёна. По идее это должно быть раза в два тяжелее по причине плотности яснея, поэтому, несмотря на то, написанному в этих наших интернетах принято верить на слово, у меня по-прежнему остается кучка сомнений. Кто из нас прав — покажет только распил, а пилить рабочий инструмент ради спора желания нет.
Гриф кленовый, притянут к корпусу через прямоугольный некплейт на четырёх шурупах, и на этом же плейте выбит серийник. По нему мой экземпляр датируется 1989 годом (расшифровка серийников Музимы - первая цифра - год, следующие две цифры - неделя года, и затем - порядковый номер любой модели, выпущенной на фабрике в эту неделю, т.е. в нашем случае - 9 23 069 - 69 инструмент, выпущенный на 23-й недели, т.е. с 5 по 11 июня, 1989 года)— то есть железке сейчас под сорок, а выглядит она бодрее иных ровесников. Накладка палисандровая, двадцать два лада, мензура 648 миллиметров, радиус в четырнадцать дюймов. Разметка классическая, перламутровые точки на третьем, пятом, седьмом и дальше, продублированные с торца.
Одна деталь выдаёт смену эпохи. На всех Музимах до Lead Star стоял нулевой лад, фирменная привычка маркнойкирхенских и вообще примерно всех соцлагерных лютье. Здесь его нет, струну держит обычный порожек, костяной или пластиковый. Голова грифа опять фендеровского покроя, только «капля» на конце чуть скромнее оригинальной, и написано на ней просто Star, безо всякой четвёрки (Lead Star IV он по паспорту, а не по надписи на голове). Наклона у грифа нет, поэтому первые четыре струны прижимают к голове два ретейнера.
Колки — отдельная маленькая радость. Закрытые, хромированные, клюзоновского типа, из тех, что Musima ставила на всю серию. До готовских эталонов им далеко, утверждать обратного не буду, зато у них приличное передаточное число, они не люфтят и держат строй даже когда специально пытаешься сорвать его машинкой.
Сама машинка — стандартный страт-тремоло на шести винтах прямо в корпус. Сёдла профрезерованы чуть иначе, чем у дедушки Лео, а работают ровно так же. Внизу к массивному килю прицеплены пружины, они уравновешивают натяжение струн, ручка ходит вверх-вниз и издаёт всё, что положено издавать машинке без топ-лока, — то есть строит ровно до первого активного дайва. Киль машинки, к слову, латунный, цельный, двенадцать миллиметров — по такому железу вопросов нет.
Анкер выведен в пятку грифа, под вороток, и это ход, который я лично считаю самым здравым. Вставляешь отвёртку или гвоздь, крутишь, выпрямляешь гриф. Не так нарядно, как регулировка из головы, зато дёшево, надёжно и без сопутствующих головных болей. Мелочь, а показательная — Музима до последнего делала по уму там, где дело касалось эксплуатации, а не витрины.
Ремень цепляется за грибковые антабки старого образца, без модных нынешних рюмочек, с которых он норовит слететь. Шляпки у грибков, правда, мелковаты, так что потёртому ремню я бы посоветовал резиновую прокладку, иначе в самый бодрый момент гитара поедет к полу.
О звуке — по традиции никак. Датчики музимовские, и на синглах серии, если верить немецким описаниям, стояли альнико-пятые магниты. Про потроха хамбакеров именно четвёртого Lead Star внятных данных я не нашёл, так что сочинять сопротивления и типы магнитов не стану — чего не знаю, того не знаю.
Из побочных сюжетов — самый громкий. Белый Lead Star прочно связан с именем Игоря Талькова. По устоявшемуся в рунете мнению, именно на такой гитаре, только в белом цвете, он выступал на своих последних концертах, вплоть до гибели в 1991-м. Документальной родословной конкретно его инструмента я в руках не держал, так что подаю это как принято считать, а не как заводской протокол. Но картинка красивая — восточногерманский страт из планово-социалистического цеха на сцене у артиста, которого трудно заподозрить в тёплых чувствах к плановому социализму.
Финал у Музимы вышел невесёлый. После объединения Германии Musima GmbH не потянула капитализм — привыкнув к спущенному сверху госплану, фирма не умела считать себестоимость и сбыт, и к середине 90-х объявила о банкротстве. Неожиданно в то же время, достаточно известная баварская контора Warwick же со своим основателем Хансом-Петером Вильфером перебрался в Маркнойкирхен и осел изначально в новом промпарке по соседству. А когда Музиме наступил капут, спокойненько перевез через дорогу всё накопленное непосильным социалистическим трудом оборудование. Что характерно, сразу после этого, карта у Вильфера как попёрла, как попёрла... То, что осталось (по сути просто пустые производственные корпуса) в 1998-м подобрал предприниматель из Котбуса Бодо Бэрвинкель. Что именно он планировал там выпускать я в сети не нашел, но точно не гитары. Но что бы то ни было, и это производство разорилось к 2003 году, а к 2009-му город выкупил корпуса под снос.
И вот что остаётся по итогу — досада, но тихая. Инструмент вышел добротный, играбельный по сей день, на равных тягавшийся с японскими и мексиканскими копиями страта своей поры. Беда четвёртого Lead Star совсем в другом. Он растерял музимовскую породу. Растерял неповторимость, из-за которой любую старую этерну опознаёшь с порога, любишь ты её или терпеть не можешь. Здесь же перед тобой добротный безымянный страт, и только надпись на голове напоминает, что собран он руками, которые ещё помнили, как делается настоящая Музима. Ложечки, как говорится, нашлись, а осадочек остался.
PS. автором фотографий самой гитары являюсь я, все это хозяйство размещено на моем сайте, являющемся представительством моей коллекции в этих наших интернетах. Сама статья изначально написана мной для него же (с небольшими отличающимися деталями) и тут опубликована для более широкого круга читателей, если таковые найдутся. Я буду продолжать публиковать здесь статьи для "широкого круга читателей" про инструменты из моей персональной коллекции и стараться рассказывать про историю социалистического гитарпрома, поэтому подписывайтесь, если вам эта тема интересна. Ютуб и рутуб каналы тоже живые и сначала на них появляется видео про гитары, и только потом я пишу про эти гитары статью.
