Церковь. Подвижники. Воры. Записки опера антикварного отдела (2 часть)
продолжение, 1 часть - тут
Служители культа
Когда расстался с правоохранительными органами, мне год довелось поработать в одном очень крупном православном учреждении. Не буду говорить, в каком – на то нет разрешения его руководителей, которых я очень уважаю. Так что изнутри смог наблюдать некоторые аспекты жизни представителей РПЦ, их взгляды. И должен отметить, что они полностью отличаются от расхожих и тиражируемых всякими придурками штампованных представлений о жирных и невежественных попах.
Вообще, сейчас очень модно пинать Русскую Православную Церковь. Притом солидарно пинают все – и либералы, и консерваторы, и правые, и левые. Иногда пинают искренне, создавая какой-то совершенно странный и непривлекательный образ в общественном сознании. Другие наоборот не жалеют пасторальных красок. Так что две крайности – от «там все святые» до «там все паразиты, пьющие кровя из трудового народа».
Действительность к этой пропаганде имеет примерно такое же отношение, как пьяные бомжацкие песни к ариям Большого Театра. Все не так и не то.
Не буду мусолить надоевшие всем гуляющие в СМИ и сети перевранные факты и фактическое вранье. Больше хочется сказать о своих ощущениях – светского человека, окунувшегося в религиозную деятельность. Притом в таком Учреждении.
Что сразу ощущаешь - наполненность мощной и позитивной, где-то устрашающей энергией, за которой стоят тысячелетия Христианства. За которой наша многострадальная и великая история. Предметы, понятия, люди, слова – все наполненного иной, не суетной, а изначальной энергией и смыслами.
Можно сколько угодно до хрипоты спорить об истинности и ложности религиозных воззрений, но, очутившись внутри системы, ощущаешь главное – церковь есть монументальное творение, результат тысячелетней духовной и материальной деятельности человека разумного и верующего. Долгими веками строились удивительные храмы. Создавались прекрасные вещи. Оттачивались в дискуссиях важнейшие понятия, огранялись, как драгоценные камни, лучшие душевные устремления. И также совершались и великие ошибки, и темные деяния, кипели тёмные страсти – без них ведь тоже не бывает человека. Эта энергия материальных и духовных свершений ощущается очень ясно.
И ещё там совершенно иные отношения со временем. Почему-то именно в Учреждении, когда ты попал в его сферу и крутишься в его порой достаточно банальных бытовых и материальных заботах, ты вступаешь в иные отношения со временем. Ощущаешь, что жизнь – всего лишь миг в плавном течении Вечности. В поступках, взглядах людей - во всем это явно просматривается. Церковь степенна и не суетна. Церковь – не пожиратель, не убийца времени. Она его маяк.
Работа в Учреждении - это ежедневное разрушение штампов. Например, о вечном мракобесии и недалёкости попов, якобы до сих пор с неохотой принимающих факт, что Земля круглая. Мол, старозаветные предания – это взгляды и риторика иудейских пастухов древности. А попы верят в эти сказки или, понимая их сказочность, корыстно умышленно пичкают ими паству.
На самом деле все с точностью до наоборот. Гуманитарное образование священнослужителей всегда было на высочайшем уровне – это не секрет. Знание истории, языков, литературы – батюшки всегда могли похвастаться этим. Не говоря уж о постижении чисто религиозных материй. Но и в естественнонаучных их воззрениях мракобесия что-то мной не замечено.
Вообще, кто пришёл в церковь сознательно, те как раз одержимы стремлением познать мир во всех его оттенках и ипостасях. Да и риторика среди продвинутых священнослужителей вовсе не ветхозаветная, а вполне современная.
Наслушался я в религиозных разговорах за чашкой чая и про параллельные реальности, и про квантовую запутанность. И про доказательства взаимодействия духа и материи. Притом удивили не только вполне рациональные и глубокие взгляды, но и определённое стремление и увязать, и размежевать религиозные и научные способы познания реальности.
Конечно, это не дискуссии в сельской церкви, а риторика людей, занимающих достаточно высокое положение, духовно развитых, не растерявших с годами неукротимого стремления к постижению мира.
И ещё насчет невежества. Вот отец Александр, он же Ильяшенко, с которым общался много лет, как с заместителем руководителя отдела Патриархии по связям с армией и правоохранительными органами. Он тоже невежественный в естественнонаучных дисциплинах? Для справки, бывший физик-ядерщик, долгое время работал в Курчатовском институте. Помню, как в разговорах очень доступно объяснял нам концептуальные просчеты в термоядерной физике, и почему затея с термоядерным реактором вряд ли в обозримом будущем увенчается успехом.
А сколько известных советских академиков были глубоко верующими людьми. Не думаю, что они глупее тех, кто огульно обвиняет всех верующих в невежестве и недалёкости.
Вообще, интеллектуально Церковь вполне подстроилась под наше подстегнутое прогрессом время. И ощущает себя тут вполне свободно.
Ну а как с антисоветизмом и хрустом французской булки, ностальгией по монархии и сословным барьерам? Правда, что вся церковь ненавидит не только коммунистов, но и весь советский период? В принципе, высказывания многих представителей РПЦ дают основания для таких утверждений. Но истина, как говорится в «Секретных материалах», совсем не там, а где-то рядом.
Я искренне удивился, когда в одной из бесед с руководителями Учреждения выяснил, что по убеждениям они вовсе не антисоветчики, и не слишком уж сильно скорбят об угнетении коммунистами церкви. Даже больше – они сами чуть ли не сталинисты. Во всяком случае, сочувствующие. У одного дедушка был руководителем республиканского НКВД, и он им гордится. К непростой советской эпохе относятся с уважением и, насколько позволяет христианский гуманизм, в целом с пониманием.
- Поминаешь, для Русской Православной Церкви – судьба России, её неделимость, сила, крепость государства всегда были главным. И монахи не устранялись от борьбы с врагами, сами дрались и с татаро-монголами, и с разными французами-немцами. Подвигали людей на борьбу и бились в окопах. Поэтому те, чьими трудами Россия стала великой – как к ним мы можем относиться без должного уважения? А тот же Сталин сделал для укрепления Российского государства настолько много, как никто другой.
Мне стало интересно, и я завёл старую песню:
- А репрессии все же были.
- Вся история – это репрессии. Это исторический процесс. Они были всегда. Потому что такое вот человечество. Во все века были жертвы. Главное, чтобы они не были напрасны. А Петр Первый, а Иван Грозный, те, кто сделали Россию великой. Жестко правили, да. Но главное – на пользу Отечеству.
Интересно, но к юбилею Сталина именно одна из организаций РПЦ издала праздничный календарь, в связи с чем либеральная общественность ядом брызгала в неистовстве.
Также заметил, что нет сильного акцентирования на теме о том, чтобы подставить щёку врагам. Зато защита Отечества – звучит очень часто. Взявшему оружие за Отечество грехи прощаются.
Среди батюшек кого только не видел. Немало служивого люда. Помню батюшку – подполковника запаса, бывшего командира звена ядерных стратегических бомбардировщиков. Не счесть ветеранов всяких войн.
«В окопах атеистов нет» - известный термин, который вызывает какую-то ироничную, а то и озлобленную реакцию. Есть, конечно, атеисты в окопах. И не каждый солдат, попавший в переделку, приходит к Богу. Но то, что свист пуль, осознание хрупкости твоей жизни и смерть друзей наталкивает на мысли о судьбе и Высших смыслах, а желание залечить душевные раны немало людей толкает к тем, кто это делать умет, то есть в церковь – с этим смешно спорить.
Поэтому среди священнослужителей много отставных военных, ветеранов различных войн. Вон, легендарный Павлов, тот самый, чей дом Павлова Сталинграде, по очень настойчивым слухам в итоге стал монахом. Что, нам претензии к такому человеку предъявлять?
Вообще, когда ругают РПЦ, хочется показать на таких людей. Они что, тоже антисоветчики? Дураки? Что-то недопонимали? Менее ответственные, чем оголтелые критиканы церкви? Нет. Просто они увидели свой путь именно таким. И, учитывая значимость этих людей, их авторитет – необходимо признать – значит, что-то есть притягательное и важное в таком пути…
Главное ощущение в Учреждении – за всей бытовой суетой, хозяйственными проблемами, кучей организационных моментов, за массой бестолкового, как в любой организации, хаотичного движения ощущается какая-то инаковость. Это иное пространство. Эти люди на какой-то другой волне. Жизнь там видится под другим углом.
Там, несмотря ни на что, во главе стоит постижение духа. А в миру чаще, даже если люди и пытаются постичь дух, все равно все сводится к постижению материальной стороны мира.
продолжение следует.