ТруЪ выживальщики: кто они?⁠⁠

Модна ныне тема выживания во всяких сложных условиях. Слез с дивана – и уже приходится выживать. А как же это делать без тактического снаряжения, тактического ножа, тактической обуви и одежды, купленных в тактическом магазине? Да никак. Это ж несолидно будет.

Но есть и настоящие выживальщики, которые смогли пережить близкое соприкосновение с матушкой-природой. Ну или не смогли. Начнем по порядку. Видеоверсия для ленивых тут

Роман Д.Дефо «Робинзон Крузо» написан в далёком 1719 году. Чтоб было понятно, ещё был жив Пётр 1. Главный герой произведения в результате кораблекрушения попал на необитаемый тропический остров, где и прожил 28 лет.

Робинзону повезло: с погибшего корабля он переправил на остров оружие, инструменты и припасы. Но вот труды по обустройству пришлось взять на себя. Выяснилось, что вроде бы обычные в быту вещи в полевых условиях сделать тяжело:

«Ни разу в жизни до той поры я не брал в руки столярного инструмента, и тем не менее благодаря природной сообразительности и упорству в труде я мало-помалу приобрел такой опыт, что, будь у меня все необходимые инструменты, мог бы сколотить любую мебель. Только для того чтобы сделать доску, я должен был срубить дерево, очистить ствол от ветвей и обтесывать с обеих сторон до тех пор, пока он не превратится в какое-то подобие доски. Способ был неудобный и очень невыгодный, так как из целого дерева выходила лишь одна доска.»

Есть, конечно, способ делать доски иначе – раскалывать бревно вдоль, а потом обтесывать полученные заготовки, так строились драккары викингов. Но этот способ не менее трудозатратен, да и наличие навыков и инструментов не избавляет от «эпик фейлов»:

Я срубил великолепный кедр, который имел пять футов десять дюймов в поперечнике внизу, у начала ствола, а вверху, на высоте двадцати двух футов, — четыре фута одиннадцать дюймов; затем ствол постепенно становился тоньше и наконец разветвлялся. Можно себе представить, какого труда мне стоило свалить это громадное дерево!

Двадцать дней я рубил самый ствол, заходя то с одного, то с другого боку, да еще четырнадцать дней мне понадобилось, чтобы обрубить боковые сучья и отделить огромную, развесистую вершину. Целый месяц я обделывал мою колоду снаружи, стараясь вытесать хоть некоторое подобие киля, потому что без киля пирога не могла бы держаться на воде прямо. А три месяца ушло еще на то, чтобы выдолбить ее внутри. На этот раз я обошелся без огня: всю эту огромную работу я сделал молотком и долотом. Наконец у меня вышла отличная пирога, такая большая, что смело могла поднять двадцать пять человек, а следовательно, и меня со всем моим грузом.»

Но выяснилось, что до берега было около 100 метров, причём лодку пришлось бы выталкивать вверх по уклону. В результате бесплодных попыток вывести судно на воду Робинзон оставил эту идею.

ВЫВОД: рассчитывай свои силы, дружок, законы физики ещё никто не отменял.

Как же он выдержал эти испытания? Очень просто: находил минусы и плюсы своего положения.

«Порою на меня нападало отчаяние, я испытывал смертельную тоску, чтобы побороть эти горькие чувства, я взял перо и попытался доказать себе самому, что в моем бедственном положении есть все же немало хорошего.

Я разделил страницу пополам и написал слева "худо", а справа "хорошо", и вот что у меня получилось:

ВЫВОД: попав в крутую ситуацию, прикинь свои бонусы. Что у тебя есть? Нож, зажигалка, теплая одежда, сухие труселя, компас… Любая мелочь может быть полезной. Выжить Робинзону помогли не только инструменты и мягкий климат, но и желание выжить, что немаловажно.

Вторым примером вдумчивого выживания являются герои романа Жюля Верна «Таинственный остров» (1875). Март 1865 года. Гражданская война в США. Южане собираются отправить из осаждённого Ричмонда воздушный шар для связи с командованием, однако откладывают отправку из-за урагана. Захватив этот воздушный шар, пятеро северян: инженер Сайрус Смит (со своим псом по кличке Топ), репортёр Гедеон Спилет, слуга Сайруса Смита — негр Наб (Навуходоносор), моряк Пенкроф и юноша Герберт — совершают побег и в итоге оказываются на необитаемом острове.

Они назвали его островом Линкольна. Главным «мозгом» сообщества выживальщиков стал инженер Сайрес Смит. И здесь я как филолог люто завидую преклоняюсь перед знаниями этого человека.

Уже в самом начале инженер смог добыть огонь:

«– У вас, значит, была линза, мистер Сайрес? – спросил Герберт.

– Нет, мой мальчик, но я сделал ее, – отвечал инженер.

И он показал Герберту прибор, заменивший ему линзу. Это были два стекла, снятые с часов инженера и Спилета. Наполнив их водой и скрепив их края с помощью глины, Сайрес Смит сделал настоящее зажигательное стекло, которое сосредоточило лучи солнца на охапке сухого мха и воспламенило его.»

Замечу, что в условиях России всё же лучше носить с собой пару зажигалок)) Потом мы видим, как герои обустраивают свой быт, обретают новое жильё с помощью взрывчатки, шьют одежду, выращивают пшеницу (благодаря одному случайно сохранившемуся зёрнышку).

ВЫВОД: успех их деятельности прекрасно доказывает, что человек – существо социальное, в одиночку с высокой вероятностью он не выживет.

Судьба третьего персонажа – яркое тому доказательство. Только случайная встреча с людьми спасла ему жизнь. Это лётчик Алексей Мересьев из «Повести о настоящем человеке» Б.Полевого. Самое впечатляющее в том, что это произошло на самом деле, только фамилия летчика была Маресьев. Алексей Петрович Маресьев был сбит в воздушном бою, 18 дней добирался до своих. Из-за тяжёлого ранения у него были ампутированы обе ноги, однако, несмотря на инвалидность, лётчик вернулся в небо и продолжил воевать.

На примере лётчика мы видим, как ведёт себя неподготовленный (и раненый) человек в зимнем лесу:

«Родившийся в Камышине, среди поволжских степей, горожанин, неопытный в лесных делах, Алексей не позаботился заблаговременно ни о ночлеге, ни о костре. Застигнутый кромешной тьмой, ощущая невыносимую боль в разбитых, натруженных ногах, он не нашел в себе сил идти за топливом, забрался в густую поросль молодого сосняка, присел под деревом, весь сжался в комок, спрятал лицо в колени, охваченные руками, и, обогреваясь своим дыханием, замер, жадно наслаждаясь наступившим покоем и неподвижностью.

Наготове был пистолет со взведенным курком, но вряд ли Алексей смог бы применить его в эту первую ночь, проведенную им в лесу. Он спал как каменный, не слыша ни ровного шума сосен, ни уханья филина, стонавшего где-то у дороги, ни далекого воя волков - ничего из тех лесных звуков, которыми была полна густая и непроницаемая, плотно обступавшая его тьма.»

От голодной смерти его спасли найденные на поле боя припасы и ёж:

«В тот день ему опять повезло. В пахучем кусте можжевельника, с которого он обрывал губами сизые, матовые ягоды, увидел он какой-то странный комок палого листа. Он догадался: ежик. Большой старый еж, забираясь в чащу куста на зимовку, для тепла накатал на себя палых осенних листьев. Безумная радость овладела Алексеем.

Ни минуты не задумываясь, над тем, что ежи считаются, по поверью, животными погаными, он быстро сорвал со зверька чешую листвы. Ёж не просыпался, не развертывался и походил на смешной, ощетинившийся иглами огромный боб. Ударом кинжала Алексей убил ежа, развернул его, неумело содрал желтую шкурку на брюшке и иглистый панцирь, рассек на части и с наслаждением стал рвать зубами еще теплое, сизое, жилистое мясо, плотно приросшее к костям. Ёж был съеден сразу, без остатка. Алексей разгрыз и проглотил все мелкие кости и только после этого ощутил во рту противный запах псины. Но что значит этот запах по сравнению с полным желудком, от которого по всему организму разливались сытость, теплота и дрема!»

Под конец лётчик уже не мог двигаться на искалеченных ногах (у него были раздроблены ступни) и сделал наколенники и наладонники из коры, чтобы ползти. Маресьеву повезло, его сбили в конце марта, так что Генерал Мороз был к нему милостив.

ВЫВОД: снаряга есть под рукой не всегда, а вот вляпаться в приключения можно легко, особенно во время боевых действий. Даже в одиночку выжить можно, пусть и ценой потери здоровья. Важно не падать духом.

Выжил и герой рассказа Джека Лондона «Любовь к жизни». Замечу, что писатель не понаслышке знал быт золотоискателей Клондайка, ведь он сам побывал там в 1897 году. Он добрался до Клондайка по самому сложному маршруту, перевалу Чилкут, и провёл там зиму. Лондон собирал материалы для своих будущих произведений — «Белый Клык», «Зов предков», «Тысяча дюжин» и многих других.

В рассказе один из героев вывихнул ногу и был оставлен своим товарищем. В пути к побережью ему пришлось пережить очень многое. Особенно впечатлила сцена ловли рыбы:

«Он заглядывал в каждую лужу и наконец с наступлением сумерек увидел в такой луже одну-единственную рыбку величиной с пескаря. Он опустил в воду правую руку по самое плечо, но рыба от него ускользнула. Тогда он стал ловить ее обеими руками и поднял всю муть со дна. От волнения он оступился, упал в воду и вымок до пояса. Он так замутил воду, что рыбку нельзя было разглядеть, и ему пришлось дожидаться, пока муть осядет на дно.

Он опять принялся за ловлю и ловил, пока вода опять не замутилась. Больше ждать он не мог. Отвязав жестяное ведерко, он начал вычерпывать воду. Сначала он вычерпывал с яростью, весь облился и выплескивал воду так близко от лужи, что она стекала обратно. Потом стал черпать осторожнее, стараясь быть спокойным, хотя сердце у него сильно билось и руки дрожали. Через полчаса в луже почти не осталось воды. Со дна уже ничего нельзя было зачерпнуть. Но рыба исчезла. Он увидел незаметную расщелину среди камней, через которую рыбка проскользнула в соседнюю лужу, такую большую, что ее нельзя было вычерпать и за сутки. Если б он заметил эту щель раньше, он с самого начала заложил бы ее камнем, и рыба досталась бы ему. В отчаянии он опустился на мокрую землю и заплакал. Сначала он плакал тихо, потом стал громко рыдать, будя безжалостную пустыню, которая окружала его; и долго еще плакал без слез, сотрясаясь от рыданий.»

В следующий раз он будет умнее и выловит пару рыбёшек жестяным ведром, но этого раза могло и не быть. Весь свой путь человек балансировал на грани жизни и смерти. Замечу, что от безносой старушки с косой не ушёл его напарник:

«После полудня он напал на след. Это был след другого человека, который не шел, а тащился на четвереньках. Он подумал, что это, возможно, след Билла, но подумал вяло и равнодушно. Ему было все равно. В сущности, он перестал что-либо чувствовать и волноваться. Он шел следом другого человека, того, который тащился на четвереньках, и скоро увидел конец его пути: обглоданные кости на мокром мху, сохранившем следы волчьих лап. Он увидел туго набитый мешочек из оленьей кожи - такой же, какой был у него, - разорванный острыми зубами.

Он поднял этот мешочек, хотя его ослабевшие пальцы не в силах были удержать такую тяжесть. Билл не бросил его до конца. Ха-ха! Да, Билл его бросил, но он не возьмет золота и не станет сосать кости Билла. А Билл стал бы, будь Билл на его месте, размышлял он, тащась дальше.»

Ещё одно доказательство того, что человек – социальное существо и выжить вдвоём гораздо проще (хотя и нет полной гарантии). Предательски бросивший товарища золотоискатель сгинул и стал кормом волкам. Оставшийся в живых чуть не последовал за ним: человека преследовал старый и больной волк, ждавший, когда добыча ослабеет. И этот час настал, но человек вышел из схватки победителем:

« Дыхание он не услышал, но проснулся оттого, что шершавый язык коснулся его руки. Человек ждал. Клыки слегка сдавили его руку, потом давление стало сильнее - волк из последних сил старался вонзить зубы в добычу, которую так долго подстерегал. Но и человек ждал долго, и его искусанная рука сжала волчью челюсть. И в то время как волк слабо отбивался, а рука так же слабо сжимала его челюсть, другая рука протянулась и схватила волка. Еще пять минут, и человек придавил волка всей своей тяжестью. Его рукам не хватало силы, чтобы задушить волка, но человек прижался лицом к волчьей шее, и его рот был полон шерсти. Прошло полчаса, и человек почувствовал, что в горло ему сочится теплая струйка. Это было мучительно, словно ему в желудок вливали расплавленный свинец, и только усилием воли он заставлял себя терпеть. Потом человек перекатился на спину и уснул.»

Для этого золотоискателя всё закончилось относительно хорошо: он вышел к побережью, где его подобрали учёные с китобойного судна.

А вот герою рассказа «Костёр» не повезло, и он остался в снегу. До весны.

Всё началось банально: он отправился на «знакомый участок на левом рукаве ручья Гендерсона, где его поджидают товарищи. Они пришли туда с берегов индейской реки, а он пошел в обход, чтобы посмотреть, можно ли будет весной переправить сплавной лес с островов на Юконе. Он доберется до лагеря к шести часам. Правда, к этому времени уже стемнеет, но там его будут ждать товарищи, ярко пылающий костер и горячий ужин.»

Было только одно НО – сильный мороз. И он стал причиной гибели человека недалеко от своих товарищей. Писатель подробно показывает самонадеянный ход мыслей человека, который только встретился с Белым Безмолвием:

«Но все это – таинственная, уходящая в бесконечную даль снежная тропа, чистое небо без солнца, трескучий мороз, необычайный и зловещий колорит пейзажа – не пугало человека. Не потому, что он к этому привык. Он был чечако, новичок в этой стране, и проводил здесь первую зиму. Просто он, на свою беду, не обладал воображением. Он зорко видел и быстро схватывал явления жизни, но только явления, а не их внутренний смысл. Пятьдесят градусов ниже нуля означало восемьдесят с лишним градусов мороза. Такой факт говорил ему, что в пути будет очень холодно и трудно, и больше ничего. Он не задумывался ни над своей уязвимостью, ни над уязвимостью человека вообще, способного жить только в узких температурных границах, и не пускался в догадки о возможном бессмертии или о месте человека во вселенной. Пятьдесят градусов ниже нуля предвещали жестокий холод, от которого нужно оградиться рукавицами, наушниками, мокасинами и толстыми носками. Пятьдесят градусов ниже нуля были для него просто пятьдесят градусов ниже нуля. Мысль о том, что это может означать нечто большее, никогда не приходила ему в голову.»

Да, новички часто считают себя бессмертными и забывают о роковых мелочах:

«А потом случилась беда. На ровном сплошном снегу, где ничто не предвещало опасности, где снежный покров, казалось, лежал толстым, плотным слоем, человек провалился. Здесь было не очень глубоко. Он промочил ноги до середины икр, пока выбирался на твердый наст.»

Герой не был совсем уж дураком: у него с собой были спички и еда. Но разведение костра в мороз оказалось коварным делом:

«Он уже не чувствовал своих ног. Чтобы разложить костер, ему пришлось снять рукавицы, и пальцы тотчас же онемели. Быстрая ходьба со скоростью четырех миль в час заставляла его сердце накачивать кровью все сосуды на поверхности тела. Но как только он остановился, действие насоса ослабело. Полярный холод обрушился на незащищенную точку земного шара, и человек, находясь в этой незащищенной точке, принял на себя всю силу ударов. Кровь в его жилах отступала перед ними.

Напрасно он разложил костер под елью. Следовало разложить его на открытом месте. Правда, так было удобнее вытаскивать хворост из кустарника и прямо класть в огонь. Но на ветках ели, под которой он сидел, скопилось много снегу. Ветра не было очень давно, и на вершине дерева лежал снег. Каждый раз, когда человек выдергивал хворост из кустов, ель слегка сотрясалась – едва заметно для него, но достаточно сильно, чтобы вызвать катастрофу. Одна из верхних ветвей сбросила свой груз снега. Он упал на ветви пониже, увлекая за собой их груз. Так продолжалось до тех пор, пока снег не посыпался со всего дерева. Этот снежный обвал внезапно обрушился на человека и на костер, и костер погас! Там, где только что горел огонь, лежал свежий слой рыхлого снега.

Человеку стало страшно. Словно он услышал свой смертный приговор.»

ВЫВОД: вот так из-за сущей мелочи можно погибнуть. Если в теплое время года главными врагами являются голод, жажда и усталость, то зимой смертный приговор быстро выносит мороз, ведь даже недолгая остановка без обогрева может стать последней.

И вот на сцену выходит госпожа Паника:

«Гнетущая мысль о близости смерти смутно и вяло шевельнулась в его мозгу. Но тотчас же этот неопределенный страх превратился в мучительное сознание опасности: речь шла уже не о том, отморозит ли он пальцы на руках и ногах, и даже не о том, лишится ли он рук и ног, – теперь это был вопрос жизни и смерти, и надежды на спасение почти не было. Его охватил панический ужас. Он повернулся и побежал по занесенной снегом тропе. Собака последовала за ним. Он бежал без мысли, без цели, во власти такого страха, какого ему еще никогда не приходилось испытывать.»

Она закономерно и безжалостно выматывает человека, который обречённо сдаётся:

«Мороз брал верх над ним, вползал в его тело со всех сторон. Он принудил себя встать, но, пробежав не больше ста футов, зашатался и со всего роста грохнулся оземь. Это был его последний приступ страха. Отдышавшись и придя в себя, он сел на снег и стал готовиться к тому, чтобы встретить смерть с достоинством.

Он представил себе, как товарищи завтра найдут его, и вдруг увидел самого себя: он идет вместе с ними по тропе, разыскивая свое тело. И вместе с ними он огибает поворот дороги и видит себя лежащим на снегу. Он отделился от самого себя и, стоя среди товарищей, смотрел на свое распростертое тело. А мороз нешуточный, что и говорить. Вот вернусь в Штаты и расскажу дома, что такое настоящий холод, подумал он. Потом он погрузился в такой сладостный и успокоительный сон, какого не знавал за всю свою жизнь.»

Подведу итог: человек хрупок и смертен, несмотря на большой запас прочности, заложенный в него эволюцией. Значительное повышение/понижение температуры, отсутствие воды в течение нескольких дней, страх смерти могут искалечить или убить. Выживает тот, кому повезло, чья любовь к жизни оказалась взаимной, а под рукой были нужные вещи. В критической ситуации человек может оказаться не по своей воле, а может и сглупить сам, недооценив опасность. Есть конечно, уникумы вроде Алена Бомбара, но цена их подвига всё равно была высока. Уот так уот, сталкерочки.