Схема зла⁠⁠

Схема зла такова: ты влюбляешься в кого-то, так, что сносит башку и думаешь, караул! Угораздит же?.. Но, впрочем, долго и упорно любишь. Годами. Настолько проникновенно, что влюбляешься даже в то, как человек щелкает семечки, пока ты читаешь Салмана Рушди. Обожаешь и видишь в человеке Бога, ибо любовь, есть Бог в другом человеке. Потом этот человек тебя бросает ради… к примеру какого-нибудь математика, и презирает тебя за твою никчемность; за никому не нужный и сомнительный талант, за невнимательную отчужденность на осенних просторах и мнительное отсутствие планов на будущее и наверняка задумывается, сидя вечерами на подоконнике: какой же дурой надо было быть?.. А ведь в этом человеке продолжает жить Бог. Твоя любовь. Беспощадная, как русский портвейн и прекрасная, ибо она страшна не тем, что идет, а тем, что не знает до чего докатиться. А математик этот, наверняка лапает и трогает за всякое предмет твоей любви. То есть, твоего Бога. Проникает во всякое. А она, возможно, совсем даже не против того, чтобы в нее проникали. Предмет твоей любви к тебе чудовищно равнодушен, но с математиком весьма обходителен и мил. Ох, детка… Ах! Я вами столь восхищена, что все математики, которых я до этого встречала, невероятно параллельны и равнобедренны по сравнению с вами. Вот вам моя рука и все остальное… Правильно, что Нобель не позволил давать свою премию математикам! Умничает он тут, представляя предмет моей любви в одних чулках. Козел. Но Бог-то еще там! Вот какого, спрашивается, чужой мужик лазит по храму моей любви?! Если не лазит, то наверняка однажды залезет. Противно и обидно. Подло и убийственно. Бог, он что, просто уйдет, потому что ему там не место. Там похотливо и мерзко. Ночью. Соберет всех своих бабочек из ее живота в рюкзак и съебется оттуда, потому что так нельзя. Ибо воротит и выворачивает от такого надругательства над священным. Можно от обиды пойти и начать грызть угол дома. Много чего с собой можно сделать. Труднее всего заставить себя этого не делать. Пустые пачки сигарет и банки из-под пива по количеству в мусорном пакете сравнимы с количеством книг на полочке, покупаемых годами. Но жить-то как-то нужно. Ведь так?
Вот по такой схеме действует зло.
А вообще, жрать охота и пива.