Сказка про Волшебный лес, Бяки, и Маленькую девочку⁠⁠

Жил-был лес. Волшебный. В этом лесу водились волшебные существа – Бяки. Бяки были злые маленькие уродцы с худым, истощенным тельцем, большой головой, с которой смотрели на мир огромные черные глаза без зрачков. Эти глаза совсем не видели цвета – жизнь всегда казалась им черно-белой.

Были среди них и просто гадкие пакостники, и совершеннейшие монстры. Они никого и ничего не любили, кроме своих пакостей, и никогда не чувствовали Радости.

Самыми безобидными из бяк были Плаксы и Нытики. Они часто ходили парами. Плаксы всегда плакали, из черных глазниц безостановочно катились холодные слезы. Нытики обожали жаловаться на жизнь – каждый, кого они встречали на своем пути, был вынужден слушать их печальные рассказы, и тогда настроение у него становилось еще гаже, чем было до этого. Нытики были очень неуверенны в себе, и говорили заикаясь. Нытики и Плаксы питались ЖАЛОСТЬЮ.

Злюки носили плащи из крапивы и колючий шерсти – всякий, кто смел дотронуться до них, обжигал руки. Злюки всегда ходили поодиночке.

Обиды были маленькие и очень шустрые, за ними совершенно невозможно было уследить. Они любили подслушивать чужие разговоры, вынюхивать тайны – им казалось, что все кругом что-то затевают против них. Обиды питались МОЛЧАНИЕМ.

Зазнайки расхаживали, задрав голову и нос так высоко, что ничегошеньки не видели под ногами. Они страсть как любили поучать других, и считали, что умнее их нет никого на свете. Зазнайки часто спотыкались, падали, и разбивали свои зазнайские носы.

Истерики были очень шумные и беспокойные. Они бегали по лесу, поджигали кусты и деревья, громко выли и кричали. Они обожали ломать и разбивать вещи, рвать бумагу, резать себя ножами и колоть иголками. Истерики говорили очень быстро и неразборчиво, их мало кто понимал. Они питались ВНИМАНИЕМ.

Ревность была подозрительной и боязливой. Она не любила чужаков, жила в одиночестве вдали ото всех, и набрасывалась на каждого, кто приближался к ее темному убежищу. Ревность питалась НЕУВЕРЕННОСТЬЮ.

СТРАХИ были самими ужасными из всех. Их боялись даже Злюки. Страхи жили на деревьях, и никогда не спускались на землю. Они умели маскироваться в листве, и любили устраивать засады. Тот, имел несчастье пройти под деревом, на котором сидел Страх, слышал отвратительный, словно бы змеиный шепот – «У тебя ничего не получится», «Ты всегда будешь таким», «Никто не полюбит тебя» тихо шелестели страхи. Их слова были ядовиты – как только облако шепота достигало цели, существо внизу оставалось навсегда парализованным, и прирастало к этому месту. Со временем тело покрывалось мхом и обвивалось плющами, заметалось пылью и засыпалось листьями - и тот, кому не посчастливилось столкнуться со Страхами, навеки забывался этим миром.

Земля и растения в волшебном лесу кишели маленькими беспокойными жучками – Навязчивыми мыслями. Они проедали дыры в листьях и травинках, грызли кору, цеплялись к одежде и больно кусались. Это были препротивные существа, от которых очень трудно  было избавиться.

В темной чаще росло большое Дерево Взросления, рядом с которым бурлил гнилой водой и ряской Пруд Плохих Воспоминаний. Своими корнями дерево прорастало все глубже и глубже в лес, захватывая территорию, и каждую осень засыпало его сухими листьями. Сюда Бяки приходили, когда наступала пора умирать.

Никто из бяк и не подозревал, что в глубине леса, в самой его непроходимой глуши жила девочка. Она была настолько крошечная, что ее совсем никто здесь не замечал. Она жила одна в своем маленьком шалаше, построенном из веток дерева Депрессии, и почти не видела дневного света – ведь днем лес был наполнен Бяками. Больше всего девочка остерегалась Страхов.

А по ночам, когда бяки засыпали, в лес приходили Мечты. Мечты приносили с собой цветную пыль, которую ветер разносил по лесу, и все преображалось: мириады цветных огней зажигались и гасли, волшебные звери, сотканные из сияющего света, носились по лесу, мертвые, изъеденные Навязчивыми мыслями и истоптанные Бяками растения зацветали вновь. Лес был прекрасен.

Тогда девочка, уже не опасаясь Бяк, выходила из своего убежища, и бродила в темноте, освещенной Мечтами. В конце своей прогулки она всегда приходила к дереву Взросления. Тела умерших бяк затягивало землей, и на том месте больше не росла трава. Она приходила сюда почти каждую ночь. По дороге кроха собирала камешки, которые раскладывала вокруг могилы умершей бяки – их становилось все меньше и меньше. В центре на песке она палочкой выводила слова: так Плакса становилась СТОЙКОСТЬЮ, Нытик – САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬЮ. Злюки становились НЕЖНОСТЬЮ, и на пустой земле распускались белые цветы. На могиле Обиды она выводила «РАССУДИТЕЛЬНОСТЬ», Зазнайки превращались в МУДРОСТЬ, Истерики – в ТЕРПЕНИЕ. Ревность, когда-нибудь погибнув, получила бы имя ДОВЕРИЕ, СТРАХИ стали бы СЧАСТЬЕМ.

Маленькая девочка никогда не знала, откуда в лесу взялись Бяки. Может быть, как и она, родились вместе с этим местом, а может ветер принес их из какого-то темного мира, который веками не видел солнца. Но она всегда знала и твердо верила в то, что как только последняя Бяка навеки уснет под деревом Взросления, она наконец перестанет бояться. Как-только стихнет эхо шепота последнего Страха, она сможет покинуть свое убежище и в дневном свете увидеть лес таким, какой он есть. Как только пруд Плохих Воспоминаний окончательно затянется ряской, а Навязчивые Мысли перестанут кусать ее по ночам, она сможет заново заселить лес Мечтами, и сделать его своим Домом.