Сказ о том, как царь Орех в наше время хаживал.⁠⁠

Хочу на суд читателей предложить то, что я начал пол года назад. На лавры Филатова, с его "Федотом-стрельцом" не претендую и прошу минусовать в комментах.

- I -

Шарик крутится, зараза,

То ли влево, толь вперёд

Посреди избы Ягишны,

Тут и Леший не поймёт.

Рядом, за столом – старуха,

Сединою обросла,

Летом прячет с холодрыги

В валенках свои чресла.

Пальцы скрючены подагрой,

От того и брызжет желчь.

В одного весь век кукует,

От обиды может сжечь.

Тут, вдобавок, на седмицу

Царь Указ спешной издал:

Всех колдуний, как заразу,

К стенке враз и на повал!

Вкратце я в четыре строчки

Прописать про царство рад:

Лес стоит, за ним болото,

А за кочками – Царьград.

Царь Орех сим градом правил,

Худо ль, бедно ль – нам не знать,

Но держал на спрос Указов

На подворье целу рать.

Весь народец был привыкший:

«К стенке спать, так к стенке спать».

И чиновный люд приличный

Так, что некого стрелять.

Что сподвигло к сему действу

Тут уже не разобрать.

Здесь нужно противодейство,

В корне, мать его, умять.

Вот старуха и решила

Упредить… А по сему,

В «отпуск» батюшку отправить,

«Вдрух пондравица ему»?

Не в Вебе, не на Канары,

Бирюзова где волна,

Чтоб свои он шаровары

Намочить успел сполна,

Пусть отправится подальше:

Сто лет, тыщу…, но вперёд.

А народ… Народ, как раньше:

Без «кормильца» проживёт.

- II -

В Рождество одна девица

В баню зеркало взяла,

Погадать, кого Столица

В женихи ей припасла.

Ведь она четыре года

В стольном граде обреталась,

Ей, как «коренной» Москвичке

С «лимитой» жить не мечталось.

Зря, что ль съехала с Коврова,

Где швеёй стать потолок,

В эту «Мекку» для народа,

В этот райский уголок?

Пусть окраина столицы,

Пусть не центр, но всё же в ней!

От тех мыслей у девицы

Сердце бьётся веселей.

Не модель, не бизнесвумен –

В этом «жисть не удалась»,

Но мечту не отодвинуть:

Чтоб из грязи – сразу князь!

Бог с ней, с этою Рублёвкой,

Пусть не в центре, но коттедж

И чтоб муж был при зарплате,

Слуг, охраны чтоб кортеж…

А она уж нарожает

Сына, дочек, как Бог даст,

Но чтоб суженым в подарок

Не игрок, не педераст!

То ли пару было много,

То ли чем попутал бес,

Но никак не отражался

Тот девичий интерес.

И тут вдруг в глазах девицы

Помутнело, вой в окно,

Да и скрип от половицы,

Как у Крейвена в кино.

Миг, другой и вот, на лавке,

Весь наряд – о двух штанах,

В красной вышитой рубахе,

При короне, при усах

Царь Орех сидеть изволит,

В непонятках хмурит бровь.

Видит бледную девицу,

Оба – на пол… Вся любовь.

Обморок прошёл не сразу.

Холодало. Зуб на зуб.

Девка… та бочком в предбанник,

Тянет на себя тулуп.

Царь Орех, открывши очи,

Следом, он ведь не дурак.

Только вдруг его смутило

Что-то. Что же тут не так?

То ли электрОпроводка,

То ли бра, то ли паркет,

Но в предбаннике, сдаётся,

Не его эпоха, нет.

Да и девка, чай одета

Не по моде, не к двору,

Но красива…В почивальнях

Пригодилась б поутру.

Наш Орех к девице, ближе:

- Что, спужалась? Ни к чему!

Я тебе повелеваю,

Проясни ка, что к чему!

И с чего, с рожна какого

Появился в бане… Вот.

И куда мои хоромы

Подевались, ёшкин кот?

Дух девица переводит,

А затем царю в ответ:

- Шёл бы ты своей дорогой

Пока целый! Слышишь, дед?!

Тут Ореха вдруг пробрало:

«Так перечить, твою мать,

Да и старым обозвала…

Я ж не чернь, то е спущать?!»

- Вот, сейчас тебя на дыбу

Иль на плаху. Слышишь, нет?!

И плечом дверь приоткрывши:

- Мне и сорока-то нет…

А на улице реклама

Цветом брызжет, аж рябит.

Царь Орех тут вспомнил маму,

Вспучив зенки из орбит.

Овощной киоск в проулке

Зазывал честной народ

На окраине столицы.

(Здесь девица и живёт).

Разноцветными огнями,

Прям, как в цирке Шапито.

Поражён Орех размахом:

Видел диво, всё не то.

Он обратно, нырк в предбанник:

- Явно, бЕсовы дела.

Точно! Глаз замылил банник!

Тьфу!!!- что б пелена прошла.

Сплюнул царь через плечо,

А затем ещё, ещё,

Три раза перекрестился,

Лобызнул крест горячо.

Спрятав крестик под рубахой,

Выглянул опять во двор.

То же масло: снег распахан

Псом безродным и забор.

Над забором вновь реклама,

На неё, в который раз,

Царь Орех с испугом смотрит,

Трёт в надежде левый глаз:

«Видно так и есть: засада

Приключилась. По сему

Сесть, подумать срочно надо,

Как вернуться до домУ.

И ведь как так оказалось,

Слуг и рати целый двор…

Возвертаюсь, поквитаюсь –

Всех за рёбра на забор!»

-Ну-ка, дядя, долго будешь

Мне дорогу преграждать?

Смойся с глаз моих!

Подмогу я иначе буду звать!

Тут хозяйкина собака.

Враз тебя под хохлому!

- Да ты, девка, не ругайся,

Объясни хоть, что к чему.

Где я нонче и откуда

От мороза всё дрожит?

Ведь июль был… вроде…Чудо!

Там трава, тут снег лежит!

- Там? То где?! В театре, дядя?

Не от туда ты сбежал?

Или с Кащенко раздетый

В баньку греться прискакал?

- Про театр слыхал я вроде:

Действо это для людей…

Дура, ты меня не бойся.

Царь ведь я, а не злодей!

Долго спорили, ругались…

Не пускает девку царь.

Тут до бедной и доходит –

«По Гайдаю государь!

Видно, что не то сказала,

«Не в ту степь» поклала крест.

Вот фортуна и прибрала

Под венец царя, п…ц !»

Раза три парку поддали,

Чтоб совсем не околеть.

- Тут соседи б не мешали.

Помогу, не надо бздеть!

Царь маненько покривился:

«До чего ж востёр язык!»

Он к такому обхожденью

От рожденья не привык.

«А тут что ж, терпеть придётся –

Выбор нынче не велик!

Лишь бы к дому возвратиться.

Пусть хоть баба, хоть мужик!»

- Звать-то как, скажи на милость,

Как родные нарекли?

- Лида я. Вон, покрывало

С лавочки накинь. Пошли.

- Лидия? Чудное имя.

Греков? Или басурман?

А меня - Орех назвали.

Батюшка мой – царь Салтан.