Про развитых⁠⁠

Всегда этот рассказ Лукьяненко вспоминается:

Граг прошествовал к окну. Посмотрел на парящую в небе тарелку.
— Если вы не против, — сказал он, — мы подарим вам эти три корабля. Возможно, это значительно подстегнет развитие человеческой расы. Я не испытываю даже вялого энтузиазма от этого предположения, но попытка — не пытка.
У Анатолия вспотели ладони.
— Вы говорите серьезно, господин посол по особым поручениям?
— Да.
— Но, насколько я понимаю, эти корабли являются основой звездного флота планеты Граг!
— Являлись, — граг лениво взмахнул рукой. — Хлам, устаревшая технология. Памятники. Нет, наверное, мы оставим себе один. Как памятник. У людей замечательная традиция оставлять памятники.
Он шумно выдохнул, развел руками. Наверняка, сейчас в него целились десяток снайперов из спецназа, а сверхчувствительные микрофоны и сверхмощные телекамеры, лучшее, из созданного человеческим гением, жадно подглядывали в окно…
— Этот город… — сказал граг. — Сплошной памятник.
— Ему восемьсот с небольшим лет, — вставил Анатолий. — У нас есть куда более древние города.
— Восемьсот земных лет, — повторил граг задумчиво. — Потрясающе. Неслыханно. В ту пору мой прапрадедушка, к сожалению, покинувший мир до моего рождения, изобрел колесо. Я до сих пор считаю, что именно это было главным стимулом к развитию Грага. Восемьсот лет! И вы едва успели за этот срок выйти в космос!
Посол по особым поручениям планеты Граг шагнул к оцепеневшему Анатолию. Опустил ему на плечо цепкую трехпалую руку.
— Друг мой, вас бережно охраняли Тиуа, теперь этот святой долг примем мы. Не бойтесь ничего: вас никто не обидит. У кого же поднимется рука тронуть вас — таких… таких…
Он на долю секунды замолчал, сочувственно подергивая языком, подыскивая подходящее слово, и то, конечно же, нашлось:
— Таких убогих…