Кот. /рассказ моей мамы/⁠⁠

Было это пару лет назад. Неожиданно у нас случился свободный месяц. Настигло это счастье нас в Греции, и мы решили, что тут и останемся. Уехали на самый север, почти на границу с Турцией, сняли там дом в крошечной деревне на побережье. Был конец мая, по местным меркам не сезон – во всей деревне жили только мы. Домик выходил прямо на берег, 20 метров до моря.

До ближайшего магазина (местное греческое сельпо) и ресторана (громко сказано, таверна в рыбацкой гавани) – 5 км на велике. Велики нам дал хозяин, отличный мужик, кстати. Так и жили.

В деревне людей не было. Не сезон. А вот коты – коты были. Одичавшие за зиму, худые такие. С огромными бирюзовыми глазами. В Греции у кошек вообще необыкновенные глаза, не видела таких больше нигде.

Знаете, наверное, греки очень кошек любят. В Афинах это особенно видно - кругом коты ходят, а у греков в сумочках и карманах пакетики с кошачьей едой. Везде водичка стоит, разложен корм, коты греются на древних камнях Акрополя, играют между колоннами храма Гефеста, валяются в Керамикосе – везде они. С огромными инопланетными глазами. Их никто не обижает.

А в деревеньке нашей их тоже никто не обижал. Одна беда – никто там зимой не живет, голодно. И поговорить не с кем.

И вот в первое утро выхожу я на террасу и вижу: в розах засада. Сидят трое. Смотрят. Худые-расхудые. Но сидят так приличненько и смотрят молча.

Ну, ясно же – гости. Иду в кухню, режу сыр, наливаю в три миски айран – выношу. Место специальное присмотрела: сбоку веранды было 2 ящика с розами, вот между ними. И тень и под крышей. И, пардон муа, блох не натрясут – смою водой, когда цветы буду поливать. Знаю же, теперь это мои новые друзья, будут с утра завтракать приходить.

Так и повелось: приходили. Сначала трое. Самые смелые. Приходили, садились чинно в розы. Ждали, завтракали – шли по своим кошачьим делам. Мы съездили в сельпо, купили большой мешок какого-то котовьего корма. Приготовились, можно сказать.

Он пришел на пятый день.

Скажу честно – это был ужас. Один глаз закрыт пленкой. Шерсть висит клоками, бОльшая часть уже вылезла. По всему телу огромные клещи. Было странно видеть, что Он еще ходит. К веранде не подошел – сидел в кустах. Ждал, что что-нибудь в него бросят. Ударят. Единственный глаз следил за каждым моим жестом, ловил угрозы. При малейшем резком движении вздрагивал и готовился убежать. Ну, я что? Готовлю ему миску. Его миску.

Муж сказал: «подожди».

Пошел к Нему. Тот прижался, задрожал. Муж говорит ему: «не психуй, не дергайся. Ты же храбрый Кот. Сиди спокойно. Никто тебя не обидит. Сейчас я тебе помогу».

Сел рядом на корточки, руками снял с Кота всех этих огромных клещей. Рядом развел маленький костерочек из соломы – сжег.

Тот сидит. Смотрит.

Муж мне: «принеси антисептик. А потом покорми его».

После завтрака Кот идти не смог. Так рядом с миской и заснул. Наверное, впервые за многие месяцы его никто не кусал. Но к вечеру Его уже не было.

С тех пор Он приходил к нам. У Него была собственная миска и собственное место рядом с верандой. Через какую-то неделю начала расти шерсть, оказалось, что Он красивого дымчатого цвета с полосками. Открылся глаз. Было такое чувство, что каждый день этот Кот вдыхает жизнь, весну, здоровье. Иногда они с мужем сидели на веранде вдвоем: разговаривали, смотрели на море.

Он оказался воспитанным и благородным. Наша котоферма разрослась к тому времени до всех кошек округи (не так уж много, всего 7) и их колхозное происхождение стало давать о себе знать: они ссорились, иногда дрались, самые борзые прогоняли «нежных девочек».

Он все взял на себя. Следил чтобы не обижали слабенькую белую девочку. Чтобы ей доставался корм. Чтобы не было драк. Чтобы никто не наглел. Сам ел в последнюю очередь и только из своей миски. Вечерами лежал на веранде – так Он нам показывал, что очень уважает нас и мы Его друзья.

Прожили мы там больше 2 месяцев. В окрестностях стали появляться люди и, глядя на нас, тоже прикупали корм, ставили миски, водичку. Наша котобанда стала уменьшаться – они заплюшевели у нас, стали сипатяги такие, наверное, нашлись еще места, где им рады. В конце концов, остался только Он.

И вот пошла последняя неделя. А я все думала: «как же нам быть? Дальше наш путь лежал в Италию, потом в Германию и Бельгию. Мы все время в пути. Все время в самолете – такой этап. Мы никак не можем взять Тебя с собой». Плакала.

И вот за два дня до нашего отъезда Он не пришел. Я ждала. Звала, его любимый сыр поставила. Нет, не пришел. И на следующий день тоже.

А вечером пошли мы в последний раз в ту греческую таверну. Попрощаться с прекрасным местом, с чудесным отпуском.

«Он не придет больше» - сказал мне муж – «Он вчера вечером ко мне приходил. Попрощался со мной и сказал, что мы спасли его и теперь Он сам справится. И чтобы ты не плакала передал. И что не придет больше как раз чтобы ты не плакала. Все хорошо будет. Он наш друг и дальше пойдет своей дорогой. Передал спасибо за всё».

Мы еще туда поедем, в те сказочные места. И я думаю, Он к нам придет – просто поздороваться. И я Ему скажу, что плакала, но не долго. Потому, что все хорошо.