Глава 4. Кольцо сжимается
Машина снова тронулась, и за окнами начали мелькать пустые дороги Подмосковья. Сначала - редкие огороды и дачные домики, потом -первые брошенные посёлки.
Никто не говорил. Все ещё переваривали то, что только что пережили в Москве. Казалось, в салоне повис густой запах страха, перемешанный с бензином и пылью.
Максим нарушил молчание:
- Ну и что, теперь? Мы же не можем ехать в никуда.
- В никуда - тоже вариант, - хмыкнул Иван. - Главное, чтоб не обратно.
- Хорош, - Роман посмотрел на них. Голос у него был жёсткий, но спокойный. - Мы едем дальше. Чем дальше от Москвы - тем лучше. Но не расслабляйтесь: тут тоже небезопасно.
Егор тихо пробормотал:
- Хоть тише стало... там, в городе, вообще башка трещала. Тут... пусто как-то. Даже страшнее.
- Вот и привыкай, - отрезал Роман. - теперь это наша жизнь.
Мотор ровно гудел, колёса шуршали по потрескавшемуся асфальту. За окноми - чужая тишина. И именно с неё начинался их первый настоящий шаг за город.
Бордовая «Спектра» потихоньку катила и встала в общий поток. Поток был не автомобильным - скорее, это была гниющая пробка из металла и людей. Машины стояли брошенные, у многих двери распахнуты настежь, в салонах - вещи, одежда, иногда тела.
Максим матерился сквозь зубы, прокладывая путь между ними. Машина скрипела, но держалась.
Первым препятствием стал блокпост. Военные натянули колючку, поставили «Уралы» и бетонные блоки. Люди толпились у заграждения, кричали, умоляли, предлагали деньги. Но солдаты были непреклонны.
- Назад! - орал офицер, размахивая автоматом. - Гражданских не выпускаем! Приказ!
Очередь раздалась в воздух - предупредительная. Толпа вздрогнула, но не рассеялась.
- Это ловушка, - сказал Егор, нахмурившись.
- Они никого не пропустят, оставят тут на смерть, блять!
- Мы не будем стоять в толпе, - ответил Роман. - найдём обход.
И действительно: чуть сдав назад, сделав небольшой крюк, был просёлочный проезд, ведущий мимо заборов и складов. Максиму пришлось ехать по грязи, цепляя днищем кочки, но они обошли заграждение. Впереди мелькали фуры солдат, которые обернулись на шум мотора. Один из них поднял автомат.
Воздух разрезали короткие очереди.
- Дави! - рявкнул Иван.
По машине ударили несколько пуль - одна выбила боковое стекло, другая оставила вмятину на багажнике. Максим выругался и вжал голову в плечи, но, к счастью никого не задело.
На момент, в зеркале заднего вида можно было увидеть нескольких солдат, бегущих к «Уазику» и заводя мотор. Но погони не последовало. На дорогу перед военными, прямо из дворов, вывалились толпа заражённых. Десятки фигур, бегущие, рычащие, голодные. Всё внимание солдат было переключено на них.
- Твою то мать, - пробормотал Иван. - Нам сегодня чертовски везёт.
За городом начиналась другая Москва. Посёлки Подмосковья выглядели так, будто их вырвали из времени. Дома с выбитыми окнами, калитки нараспашку, собаки бегали стаями, во дворах валялись велосипеды. Живых почти не было видно.
- Они все убежали в город, - сказал Егор. - Думали, там помощь, у военных всё под контролем. А оказались в ловушке.
Роман неохотно махнул рукой:
- Ладно. Быстро глянем, может, что-то полезное осталось. И дальше двигаем.
Они обошли пару домов. В одном нашли только пустые банки и перевёрнутую мебель. Но во втором, в спальне с выломанным шкафом, под кроватью, завёрнутое в брезент, лежало старое охотничье ружьё. Рядом - неполная коробка патронов.
Иван поднял находку, проверил затвор, глянул в ствол и кивнул:
- Работает. На охоте с похожим был.
Парни переглянулись. Роман сказал твёрдо:
- Значит, держишь его ты. Ты знаешь толк.
Иван кивнул серьёзно, будто на плечи легла новая ответственность. Он забрал патроны, вскинул ружьё на плечо и пошёл впереди, теперь уже не просто пассажир, а человек, который отвечает за чужие жизни.
Они поехали дальше. У перекрёстка им дорогу перегородила старая маршрутка. Внутри кто-то сидел. Максим притормозил, и моргнул фарами. Внутри появилось движение. Фигура подошла к окну, и в его лице был виден застывший ужас. Лицо в крови, всё изуродованное, глаза пустые. За ним - ещё двое, трое. Дверь с грохотом вылетела наружу, и мертвецы вывалились прямо на дорогу.
- Держитесь! - крикнул Макс.
Он не стал думать - выжал газ. Машина подмяла под себя одного, второго отбросила в кювет. Третий ухватился за зеркало, но Иван ударил прикладом по руке, и та сломалась , как ветка.
В салоне пахло гарью и страхом.
На трассе стало хуже. Впереди - гигантская пробка. Машины стояли плотно, люди между ними орали, дрались, кто - то пытался пролезть вперёд. Но хуже всего были не люди.
Из глубины пробки доносилось рваное рычание. Толпа дёрнулась, закричала - и в следующую секунду десятки заражённых рванулись по крышам машин. Люди бросались в стороны, кто -то стрелял из пистолета, но это было как горох об стену.
Максим резко свернул на обочину, колёса заскользили по траве. «Спектра» летела мимо рук, тянущихся за помощью. Кто -то стучал по капоту, умоляя остановиться. Но Роман только покачивал головой.
- Мы не можем. Остановимся - и всё.
Когда пробка осталась позади , они наконец выехали на более - менее свободный участок дороги. Ночь начинала сгущаться, впереди маячили редкие фонари придорожных посёлков.
Егор, глядя в окно, спросил:
- Слушайте, парни... а мы вообще куда, ну... конкретно. Просто валим, или есть план?
Роман оторвался от дороги,глянул в зеркало.
- Дальше, в сторону севера.
-Почему на север - то? - спросил Макс. - Я думал, на запад будем курс держать, как все.
- Запад уже весь в пробках, - ответил Роман. - Там МКАД, Ленинградка, всё забито. Люди туда рванули первыми.
Он помолчал, потом добавил:
- На севере, может меньше шума. Дачи, посёлки, леса. Меньше шансов нарваться на толпу.
- И на военных, - вставил Иван, глядя в окно. - Там дороги конечно хуже, но зато меньше блокпостов.
- Ну и холоднее, - буркнул Егор. - Отлично, сдохнем не от зомбарей, так от простуды.
- Лучше мёрзнуть, чем стоять в пробках и не двигаться. Пока все давятся в пробке, или давились, мы уже выехали за город.
Максим только кивнул, вдавил педаль сильнее. Бордовая «Спектра» неслась в темноту, позади оставался город, который больше никогда не будет прежним.