Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!
Добавим немного красок пантеону мертвых поэтов.
Ну правда же, биографии классиков читаются, как жития святых. Вот Лев Толстой хмуро смотрит на тебя из-под косматых бровей с немым укором: «Чего не в поле за сохой, негодник? Пошто о народе не думаешь?». Куртуазный Пушкин , красивый и трагичный Лермонтов, жестоковыйный Некрасов… А ведь все они были прежде всего люди, до того как стать картинками в учебниках. Вот про это человеческое и поговорим.
Пушкин.
Наше всё, привыкли мы. Намба ван, сказали нам. Гений. А меж тем, в свое время Ляксандр Сергеич болтался где-то за поэтом Жуковским и баснописцем Крыловым. Кто сейчас помнит Жуковского, мм? А он самый главный поэт своего времени был, особа, приближенная к императору и страшный авторитет. А уж Крылов! Вся заслуга которого была в переводе чужих басен и нудном морализаторстве. А тут – Пушкин! Молодой, красивый, дамы в обморок падают. Это вам не неряха и обжора Крылов. Давайте-ка его ко двору приблизим, нехай стишата пишет царю на радость.
А вот еще интересно: Пушкина в лицей дядя привез, а в детстве няня тетёшкала, и прадед был Ганнибал. Это мы знаем. А папка-то у него кем был? А мамаша? Как маму Пушкина звали, ась? Арина Родионовна в веках осталась вместе с кружкой, а где стихи про мать, я вас спрашиваю?
А про «одесскую ссылку» слыхали? Хороша ссылка, на море-то. Там его граф Воронцов приютил. И чтоб вы думали Пушкин сделал? Правильно, жену графову того… Живет, значит, у графа, ездит в его экипаже, жрёт/пьет, жену тараканит, а про графа пишет: «Полумилорд, полуневежда, полуподлец…» Каково? А потом в биографии скромная строчка: отношения с графом не сложились. Ну еще бы! Морду за такое бить, товарищ Пушкин.
Граф его выгнал ко всем чертям и уехал Пушкин в Михайловское, местных девок портить. Пол-деревни бегало смуглой да курчавой. Однако же и зарплату государеву платить перестали после воронцовского скандала. Что делать? Жениться. Под тридцатничек уже, да и приданое — вещь хорошая. Да только кому нужен голодранец, распутник, выпивоха и картежник? Сватается-сватается, семь раз сватается, а никто не хочет… Вот и пришлось на нищей Наташе Гончаровой жениться. Уж коль не обломилось богатой невесты - пусть хоть красивая будет.
Потом перебрались в Петербург. Жить на что-то надо. Пушкин берет в долг. Снова и снова, и очень много. Государь его принял, уже известного поэта, сказал: «Я сам буду твоим цензором», дали самый мелкий придворный чин (камер-юнкера) и стал Пушкин придворным поэтом третьего ряда лет на шесть-семь. Царь оплатил все его долги, которых набралось 120 тыс. золотых рублей, на наши бабки примерно пять миллионов долларов. Некисло кредитовался поэт, а?
А уж таскался-то как! То Анна Керн-«гений чистой красоты» приедет, то, пока Гончарова беременна, он со свояченницей живет, про дворцовых мамзелек и говорить нечего.
А как его от дуэли с Дантесом отговаривали! Тот был близорук, стрелял плохо. Жена рыдает, старенький отец Дантеса приехал из Франции и тоже рыдает, ведь понятно же, смертоубийство будет, Пушкин отличный стрелок. Не внял. Поехал на Чёрную речку. Ну а дальше известно что. Менее известно, что раненный Пушкин, имея право второго выстрела, улёгся поудобнее и раздробил Дантесу выстрелом правую кисть. Тот всю жизнь прожил с искалеченной рукой. Потом суд, конечно, офицерскую честь Дантеса рассматривали. И состава преступления не нашли! А председателем на том суде был полковник Ланской, который женился потом на вдове Пушкина и счастливо с ней прожил до конца дней, народив еще двух деток.
Вот таким примерно и был реальный Пушкин: полный пороков человек, безответственный гуляка, картежник, пьяница и блядун. Но любим мы его не только за это.