(4) sadness⁠⁠

- О-о-о, нет, Марко, иди-ка ты к чертовой матери!

Хес взмахнула руками, меняя сцену грез, но морок преследовал ее, тенью летая вокруг.

- Уходи. Знаю, что ты мертв. Много-много лет, Марко…

Она меняет сцены одну за другой, пытаясь раствориться, оторваться от призрака прошлого.

«Куда ты бежишь? Разве можно убежать от собственных воспоминаний, Дарлатхестиониль?»

Хес озирается в поисках голоса, но не найдя его источника, делает замысловатый взмах руками и оказывается посреди абсолютно черного бесконечного пространства. Посреди абсолютно черного бесконечного пространства, заполненного призраками старого монаха Марко.

***

Древний внимательно смотрит на плоский экран артефакта. Ему жаль Хес. Жаль, что она не может отбиться от болезненных воспоминаний, жаль, что она живет в прошлом. Он смотрит на архимага – Виасастан сосредоточен, ему тяжело дается управление мороками.

- Ты правда думаешь, что это поможет?

Кажется, проходит вечность, прежде чем архимаг отвечает:

- Грезы вызывают сильное привыкание, я не уверен, что от этого вообще что-то поможет. Если бы мы встретились раньше, например, когда она могла находиться в таком состоянии не больше трех дней… Тогда у меня были бы все шансы. А теперь, когда ее пребывание там может измеряться неделями… Единственное, что я могу – попытаться сделать ее грезы невыносимыми.

Виасастан рисует руну поверх экрана:

- Пусть посидит там. Подумает о своем поведении.