(4) sadness
- О-о-о, нет, Марко, иди-ка ты к чертовой матери!
Хес взмахнула руками, меняя сцену грез, но морок преследовал ее, тенью летая вокруг.
- Уходи. Знаю, что ты мертв. Много-много лет, Марко…
Она меняет сцены одну за другой, пытаясь раствориться, оторваться от призрака прошлого.
«Куда ты бежишь? Разве можно убежать от собственных воспоминаний, Дарлатхестиониль?»
Хес озирается в поисках голоса, но не найдя его источника, делает замысловатый взмах руками и оказывается посреди абсолютно черного бесконечного пространства. Посреди абсолютно черного бесконечного пространства, заполненного призраками старого монаха Марко.
***
Древний внимательно смотрит на плоский экран артефакта. Ему жаль Хес. Жаль, что она не может отбиться от болезненных воспоминаний, жаль, что она живет в прошлом. Он смотрит на архимага – Виасастан сосредоточен, ему тяжело дается управление мороками.
- Ты правда думаешь, что это поможет?
Кажется, проходит вечность, прежде чем архимаг отвечает:
- Грезы вызывают сильное привыкание, я не уверен, что от этого вообще что-то поможет. Если бы мы встретились раньше, например, когда она могла находиться в таком состоянии не больше трех дней… Тогда у меня были бы все шансы. А теперь, когда ее пребывание там может измеряться неделями… Единственное, что я могу – попытаться сделать ее грезы невыносимыми.
Виасастан рисует руну поверх экрана:
- Пусть посидит там. Подумает о своем поведении.