user11539701

Меня обгоняют торопящиеся легковые машины. Они спешат по своим делам. Из окон смотрят людские лица. И веселые, и грустные, и отсутствующие, и ошарашенные. У всех них - свои мысли, своя жизнь, свои цели и свои повороты. Мне нет до них никакого дела. Я выкроил в своем расписании время для себя, и сейчас занят только собственными ощущениями. Какое мне дело до тех, кто едет в других машинах? Какое мне дело до всех, когда я еду на отдых, хоть и короткий.

Моя первая встреча с Тывой было 22 года назад. Не по своей воле. Забрали, подстригли, привезли, предложили служить. Сначала учебка, потом комендантский взвод, потом пограничный отряд. Потом застава. Ближайший поселок Самагалтай в 20 км. Кругом степь, степь, степь. Колючая проволока вдоль границы с Монголией. Вспаханная контрольная полоса. Бездонное небо. Солдатские будни и игра в пограничника.

На заставе все играют в нужных людей. Особенно начальство. А кому нужны их старания? И, что за бред охранять 20 км, когда площадь участка заставы 180? Кто будет охранять оставшиеся 160? Точно не мы. Нас интересуют только эти 20. Никакой дурак через колючую проволоку не полезет. Ему лучше круг на лошади дать, да и попасть куда ему надо. Хоть в Монголию, хоть в Тыву. Тем более, что все родственники кругом, и все друг к другу в гости почти каждый день ходят. Там следов на земле человеческих да от лошадок, что со всадниками, как покровской на набережной.

Но мы - охраняем границу! Так нам велела родина, так мы и делаем. Главное, что всем хорошо. Пограничникам, что работы меньше. Местным, что путь свободный. Стране, что граница на замке.

Чтоб было не так скучно занимаемся с монгольскими погранцами обменом. Мы им овес, они нам архи.

- Самбайну, компа. Архи байна? То есть, здравствуй, друг. Водка есть?

- Байна, то есть, есть.

Обмен можно считать удачным. Они скотину свою покормят, мы на немного скотиной станем. Солдат пьет — служба идет.

Земля тывинская сильная. Много в ней красоты. Много мудрости. Вся Сибирь мудрая и Тыва мудрая. Почтение к земле тут есть. Уважение. Только понять это надо, почувствовать. В том и сложность вся состоит. В том и умение духовное. Шаманов много в Тыве. Землю чтут, земле поклоняются. Она чистая. Здоровая. Любовью людей воспетая. У кого дар людям помогать есть - здесь раскрывается. Так и со мной было. Ни с того ни с сего энергия целительная через руки мои пошла. И стал я сослуживцев своих лечить. Кому спину поправлю, кому чирии заговорю, кому пассами головную боль уберу. Все неумело, робко, с придыханием. Но получалось что-то.

Видел я, когда служил природные явления. Шар из земли вырастает. Красный, полупрозрачный. Побудет на земле и больше становится. Растет. Вырастает размером с дом пятиэтажный, и в небо улетает. Еще видел сразу несколько солнц на небе было. Одно главное в центре, а другие восемь вокруг него. Квадратом. И соединены между собой белыми линиями. И сами солнца все белые. Долго на небе были. У меня еще от этого голова болела сильно несколько дней. Интересно и непостижимо это все.

Потом демобилизовался. Про Тыву забыл на много лет. Да видно она меня не забыла. Духи ее меня помнили. И через столько лет позвали на знакомую землю.

Я хотел увидеть Тыву. Я предвкушал эту встречу. Я радовался каждому километру, остававшемуся у меня за спиной. Мне хотелось ощутить свою молодость. Вспомнить внутреннее состояние будущих возможностей. И лучше понять себя самого.

Для меня эта поездка означала вторую попытку начать свою карьеру. Исправить ошибки, что я совершил в профессии. Взять под контроль свой эгоизм. Развить свою волю.

Мне требовалось второе дыхание. Я изрядно устал, обучая людей магии. Был потрепан завистниками и недоброжелателями. Ощущал внутреннюю пустоту. Я хотел зарядиться и возродиться. Мне нужны были силы земли, где впервые я начал раскрываться духовно. Я ехал на поклон и за прощением духов. Мне казалось, что я утерял равновесие и обрести его смогу только среди тывинских шаманов.

После окончания театрального института, в который я поступал дважды, до и после армии, я прошел курсы магии. Работа в театре меня не прельщала и я устроился работать в магический салон. В начале девяностых годов подобные салоны были в диковинку, особенно во Владивостоке, и люди шли туда толпами. Так получил свой профессиональный опыт, многое узнал, многому научился.

Сказать честно, у меня не было учителя, объяснившего мне всю сложность и ответственность магической работы. Все приходилось постигать самому. А ведь так важно в самом начале духовного пути иметь надежного наставника, чтобы указывал на твои ошибки и помогал лучше понимать свои внутренние состояния!

В этом смысле мне не повезло, хотя я искренне благодарен Александру Ремпелю -  человеку, что тогда преподавал на курсах и в последствии взял меня к себе на работу в салон. Я обратился к нему с просьбой составить мою натальную карту. Не знаю, что там он увидел такого, а через несколько дней он позвонил мне с предложением работать у него. Так началась моя магическая карьера. Уже в последствии Александр организовал Дальневосточную Оккультную Академию, чтобы чему-то учить людей, а тогда все были скромны, бедны и заняты только зарабатыванием денег.

Серьезного базового магического образования я не получил. Все осваивал на своих клиентах. Делал записи, анализировал, пробовал, экспериментировал. Смотрел, что получится от применения тех или иных ритуалов и амулетов. Иногда не получалось, но чаще всего результат был и он мне нравился. Постепенно я овладевал искусством влияния на реальность и смежными с магией направлениями - гипнозом, гаданием, психологией, массажом. С каждым годом я креп, мужал, развивался, становился матерым и подкованным. Сделал себе имя и стал пользоваться определенным уважением. Затем начались мои душевные поиски. Мне хотелось познать себя и получить ответы на извечные вопросы: Кто я? Зачем все? В чем смысл жизни? Как быть счастливым? Есть ли Бог? И так далее. Мне уже не хватало магии. Душа моя искала иного удовлетворения. Я отворачиваться от людей. Работу делал спустя рукава. Магические инструменты перестали мне нравиться. Я перестал с ними работать. Завис только на гипнозе. У меня начинался духовный кризис. Ушел из салона на вольные хлеба. Я жаждал самореализации, уединения, покоя. А он не приходил и не приходил. Тогда я заметался. Бросался из крайности в крайность. Увлекся Лавеем и написал черную книжку. Ощутив внутреннюю пустоту низших энергий, направился на встречу с контактером Александром Глазом. После нескольких месяцев знакомства мы не много подружились. Он разрабатывал способы общения с внеземным разумом. Я слезно умолял его вывести меня на небесных кураторов и он согласился. В то время было известно два информационных содружества цивилизаций: условно Первое Информационное Кольцо - светлые Силы космоса и Второе Информационное Кольцо - темные. Свои «цвета» они получили за отношение к землянам; за свои принципы и приемы работы с людьми. Например, Светлые Силы старались адаптировать свою энергию под человеческую оболочку и выстроить диалог максимально гармонично и уважительно. Темные напротив - врывались в ауру, ломая природные связи и механизмы нашего существа и вели себя крайне вызывающе. Они всячески подчеркивали ничтожность нашей цивилизации, называя нас «дойными коровами» для высших существ.

Нравственные принципы Колец тоже разнились. Светлые относились к нам как своим младшим братьям. Рассказывали о смысле жизни, читали морали, объясняли мироустройство, направляли к духовному развитию для того, чтобы душа человека могла перейти в лучший мир. И не воплощаться здесь больше. Это они называли «смыслом» нашей цивилизации: переход в более высокочастотный мир. Своим же «смыслом» видели коллекционирование различных спектров энергии и информации. И помощь тем, кто обладает меньшим эволюционным набором, в частности, людям.

Темные предпочитали действовать стремительно и напролом. Не думать о последствиях, грехах и ошибках. Предлагали любыми средствами достигать поставленных целей. Особенно материальных. При этом тактично умалчивали о личной карме, возможных страданиях близких людей, посмертных душевных муках. Они были крайне заинтересованы в контакте, хотя информации о себе практически не давали. Может именно это толкнуло Глаза на то, чтобы вывести меня на Второе Кольцо. Он хотел больше знать о них... А я-то хотел в Первое... я хотел к Ангелам Голубого Света.

На два года меня завербовали темные. Они дали власть, деньги, умение лечить тяжелые болезни. Они дали полезную и правдивую информацию. Однако я не был удовлетворен этим сотрудничеством и подал запрос Светлым Силам взять меня «под свое крылышко». Мой вопрос рассмотрели не быстро. Я уже успел изрядно накуролесить, сформировал определенное мышление, да и мой имидж созданный специально для телевидения во имя повышения рейтинга программ, играли мне не на руку.

Еще два года я был между молотом и наковальней. У меня все перестало получаться. Люди от меня отвернулись. Офис забрали бандиты. Я подумывал о суициде. Меня разрывало изнутри и растягивало по кускам снаружи. Темные не отпускали меня, а Светлые не очень-то торопились помогать. Они обычно любят наблюдать за людьми, за тем, как-то кто-то из нас проходит жизненные перипетии. Им требуется не только устная просьба о помощи, но ряд неких событий, чтобы убедиться в искренности человеческой просьбы. Они подстраивают сознание и мышление человека под свои вибрации, а для этого требуются испытания. Кровью и потом, трудом и слезами смываем мы свои грехи, чтобы возродиться в Духе.

Наступило 16 марта незабываемого года.  Около семи вечера, возвращаясь с работы я зашел в подъезд девятиэтажки по улице Карьерная, 11, в которой я проживал. Приближаясь к дому я чувствовал какое-то напряжение, но жена сварила компот и спекла в духовке пиццу. Все мои устремления были направлены на приближающийся ужин. Все свои тонкие ощущения я волевым усилием игнорировал. Хотел есть. Хотел расслабиться. Хотел насладиться домашним уютом. И радовался кайфу посмотреть телевизор с куском свежей пиццы во рту. Мое внимание сконцентрировано на еде. Прямо передо мной в подъезд прошмыгнула соседка с нижнего этажа и вызвала лифт. Мне пришлось ускориться, крича ей на бегу, чтобы она меня подождала. В этот момент раздалось два выстрела и я упал на бетонный пол. Тут же собрались люди. Вызвали скорую и милицию. Стрелявшего задержать не удалось, работал профессионал.

Мне было больно, было очень больно. Больно от того, что мое тело было в дырках от стрельбы картечью. И больно от того, что я теперь не поем больше пиццы и не попью компота. Я лежал на бетонном полу в своем подъезде и думал о хрупкости человеческой жизни. Обрез охотничьего ружья валялся рядом со мной в луже крови. Вокруг толпились соседи, а я замерзал и терял сознание. Очнулся я в приемном отделении Краевой больницы, когда меня ужу начали готовить к операции. Потом были долгие недели лечения, операции, реанимация, отдельная палата, разочарование в людях, претензия к небесным Силам, переосмысление себя. Я проходил свой жизненный урок. Очищал свою душу искуплением. Меня забрали у темных и взяли под курацию Ангелы Голубого Света.  Теперь я был под их защитой и покровительством. Все темные подключки вырвали таким жестким образом из меня. Освободили от рабства Второго Кольца.

Как маг я понимал, что произошло, но как человек я сильно переживал происходящее и мне было очень обидно, что все так вышло. Я скакал на костылях и жаждал мести. Мне хватало сил и энергии распластать заказчика и исполнителя в лепешку. То, что делала милиция - это отдельная тема. Она ни делала ничего. Она мягко намекнула мне, что без гонорара искать никого не будет. Более того, мне милиция сказала, что тот, кого она собирается искать, она уже нашла, но доказательств нет. И он уже сам ей заплатил, чтобы никаких доказательств не было и его больше не искали. И, если я не заплачу больше, чем та сторона, то никого и не найдут.

Ангелы запретили мне продолжать дело с милицией и рекомендовали простить, успокоиться, сосредоточиться на своем будущем. Они сказали, что это они сами организовали целую спец. операцию по моему спасению от темных, и другого варианта развития событий они не видели. Я должен был пройти через боль, унижения, чтобы лучше чувствовать и понимать людей. Я должен был понять, что все вокруг могут страдать и чувствовать боль. Меня научили бережнее относиться ко всему живому и не делать никому плохо. Какая ситуация предшествовала покушению; какие люди были в ней задействованы, описывать не буду. Но это была - чистая подстава! Мне просто нужно было через все это пройти!

Реабилитационный период длился около восьми месяцев. Все это время я учился жить и мыслить по-новому, по позитивному. Чувство, что ты можешь наказать тех, кто причинил тебе боль и подсказки сердца, что этого делать не стоит рвали меня почти все это время. От этого выбора зависела моя принадлежность к тем или иным Космическим Силам.

- Накажи их, - говорило мне мое эго. - Пусть они ответят за свои деяния по полной, - шептали мне нисшие духи. - Успокойся, - стучало мое сердце, - живи и радуйся, что живешь. Все будет хорошо. Будь верен выбранному Пути. Ничто не приходит без усилий.

В конце концов я послушал голос своего сердца и простил. И тут у меня начались первые диктовки по Системе Визардика. Потом были посвящения во снах, на Местах Силы в Карелии, на Тянь-Шане, в Саянах. Ангелы повели меня по дороге Духа. Я расправил плечи и углубился в создание методики.

Когда Система Визардика была создана, я до конца не верил, что смог это сделать. Написал по ней 30 книг, провел десятки семинаров, обучил сотни людей. Ангелы Голубого Света давали мне нужную информацию. Объясняли значения и свойства энергий, помогали писать заговоры и заклинания. Что-то я писал сам, не на контакте. От этого некоторые формулировки и мысли были весьма спорными. Они культивировали эго и вседозволенность, что не делало мне чести. Я просто многого не понимал, и писал как писалось. Потом мне вскружили голову деньги. Произошла подмена ценностей. Я перестал общаться с Ангелами. Перестал вести отбор учеников и обучал всех подряд. Через некоторое время люди «скушали» меня с помощью моих же инструментов. Я снова впал в упадническое настроение и снова почувствовал необходимость дальнейшего духовного роста.

Люди били меня много и сильно. Делали это смачно и со вкусом. Через фантомы, каналы, обман, предательство, махинации, угрозы, статьи в интернете.  Им доставляло удовольствие мое падение, мое бессилие, деградация. Я врастал в землю все глубже и глубже. Еще я подсел на чувство вины и собственную никчемность. Мне казалось, что мне не удалось сделать, хоть не много людей, лучше и счастливее. Мои мечты и мои надежды разбились о зависть и осуждение. Я стал закрываться. Стал чураться общения. Я закрылся, слегка озлобился. Стал жить в напряжении и сомнениях.

Меня спасла Сибирь. Я переехал на постоянное место жительство в Красноярск и мне стало легче. Не скажу, что напряжение ушло полностью, но оно явно ослабло. Я расправил плечи, и кому-то это очень не понравилось. У меня появились новые враги, новые энергетические нападения. Почти никто из бывших учеников и их учеников не хотели меня видеть в своем городе. Всем я создавал конкуренцию, хотя на самом деле, практически не вел прием людей. Восстанавливался. Из сотни своих последователей сохранить человеческие отношения удалось всего с несколькими людьми. Они поддержали меня в трудное время. За это им безмерно благодарен. Теперь я ехал в Тыву. В моем сердце была надежда на чудо. Мне требовалось зализать кровоточащие раны и вдохнуть глоток истины. Я верил, что земля, раскрывшаяся передо мной, когда я служил в армии, поможет мне и в этот раз.

Переночевав в Кызыле на съемной квартире, утром я отправился на набережную Енисея к стелле «Географический Центр Азии». Надо сказать, что я был и у стеллы «Географический Центр Европы», что стоит в Западной Украине почте на границе с Румынией. И этот факт почему-то вспомнился мне сейчас, в то время, когда я расспрашивал местных жителей о здешних шаманах. По словам тывинцев в Кызыле несколько шаманских клиник: «Тос-дээр», «Адыг эрээн», «Дунгур» и другие. Есть еще Верховный Шаман Тывы. К нему я и решил обратиться, тем более, что его избушка находилась всего в двух кварталах от моего местонахождения на территории Национального музея.  Попасть к нему на прием как оказалось не так и сложно, надо только занять очередь и дождаться пока он пригласит войти.

Избушка Кенина-Лобсана Монгуш Бараховича не много покосившиеся окрашенное в темно-зеленый цвет деревянное строение, состоящее из одной комнаты-кабинета, двух подсобок и обшарпанного крыльца. Это придавало дополнительный колорит всему происходящему; и меня, городского жителя, привыкшего ко всему красивому и блестящему, несколько ломало и обескураживало. Я не мог для себя понять, почему такой знатный человек работает в таких первобытных условиях? И это был мой первый урок — урок ломки сложившихся стереотипов и снятия ожиданий.

- Что я ожидал увидеть? - спрашивал я себя. - Бетонно-стеклянный офис с кожаными креслами? Секретаршу, наливающую кофе и отвечающую на звонки? Как я себе представлял место работы Верховного Шамана? Никак не представлял, честно говоря. Но ни так как видел. Я был в смятении. Мои зацепки за престиж и материальный мир плавно рухнули. Здесь чувствовалась естественность, скромность и бедность. Я перестал выпячиваться и постарался быть похожим на стоящих в очереди тывинцев. Тут было три мужчины, две женщины с детьми и одна молодая девушка. Все они были бодры, в простой не много мятой одежде, наполовину не мытые, но с каким-то особым живым блеском в глазах. (Этот блеск я позже замечал практически у всех азиатов. Он говорил о радости жизни как таковой. Говорил о благодарности матери-природе).

По мере приближения моей очереди, меня охватывало волнение. В голове появлялось масса вопросов: Зачем я здесь? Что мне это даст? Что я скажу шаману? Для чего я вообще сюда приехал? Что я скажу?

- Объясните мне, пожалуйста, почему мой дар ослаб? - Да я и так знаю. Что же тогда спрашивать? Нафиг мне все это нужно? Жил бы себе спокойно. - проносились мысли в моей голове. - Да вот спокойно не получается. Потребность в самопознании, елки палки. Другие специалисты по домам сидят, да деньги зарабатывают, а все ищу чего-то. Почему Тыва меня позвала? Ощущения молодости или что-то другое? Что же мне нужно? И почему через шаманство? Мне нужна встреча с Ангелами, а они перестали отвечать на мои просьбы. Я знал, что они рядом, но дотянуться до них сам не мог. Шаманство - живые энергии, связь с природой, - сделал я умозаключение. - Только через него я смогу правильно пойти дальше, чтобы ничего не придумывать и самому не воображать как делают многие. Я не хочу убеждать себя в том, чего нет и строить свое мировоззрение на игре воображения. Мне нужна настоящая реальность! От растений, камней, животных - до высших существ. Именно так, - я остался доволен своими рассуждениями и вошел в кабинет Лобсана.

Стены кабинета были окрашены в белый цвет. Сделано это было давно потому что при внимательном рассмотрении он больше походил на серый. Справа от меня стоял старый советский шкаф с книгами, прямо передо мной был маленький журнальный столик с двумя стульями по бокам. На нем были две чашки для чая красного цвета в белый горошек, алюминиевый электрический чайник. Еще один шкаф с какими-то папками и бумагами располагался у окна за столиком. Зеркальное трюмо с какими-то подарками, памятными фотографиями и сувенирами стояло за спиной у Кенина-Лобсана. Шаман восседал за письменным столом школьного учителя тех же советских времен, и что-то записывал, склонив голову над бумагами. Его густая седая шевелюра выглядела ярким белым пятном среди полумрака кабинета и заставляла концентрироваться на всех движениях старого шамана. Кенину 86 лет. Но его лицо - это не лицо старика. Глаза глубокие и большие, кажется, что не азиатские. Лоб широкий. Нос прямой, прям дворянский. Скулы как у европейца. Губы похожи на вареники. Кожа на щеках розовая и не очень морщинистая. Одежда простая, стариковская: вытянутая жилетка надета поверх теплой рубахи. Под рубахой белая футболка из неизвестного мне материала. Все заправлено в брюки темно-коричневого цвета. Они натянуты на середину живота и поддерживаемые ремнем с предательски торчащим не послушным черным языком, который болтается в разные стороны при любом движении Лобсана. 

- Эккее, - сказал Лобсан, посмотрев в мою сторону.

- Здравствуйте, - ответил я.

- Проходи, садись, - Кенин-Лобсан указал рукой место перед своим столом.

Я сел на стул прямо напротив шамана. Он достал из ящика стола черный мешочек с гадательными камешками и сказал, подавая мне лист бумаги и ручку:

- Напиши здесь свое ФИО и дату рождения.

Я написал. По буддийскому календарю шаман определил мою стихию, посмотрел знак зодиака, высчитал мои сильные и слабые годы. Затем он разложил перед собой камешки Хуваанак и стал гадать. Я не задавал никаких вопросов. Казалось, что шаман сам знает их.

Я молча наблюдал за действиями Кенина-Лобсана Монгуш Бараховича и чувствовал движение энергии вокруг себя.

- У тебя что-то есть - вкрадчиво произнес шаман и пристально посмотрел мне в глаза. - Точно есть! У тебя предки шаманами были, давно. Хорошо шаманили.

- Я тоже хочу! - обрадовался я.

- Это они тебя ко мне привели - вздохнул он. - Не легкое это дело - шаманить. Но ты - свободный, ты можешь сам выбирать. Если выберешь - завтра приходи.

Тогда я еще не понимал насколько это ответственно и серьезно - шаманить. Мне  казалось это театрализованной игрой. Я даже и предположить не мог всю глубину и тяжесть шаманского ремесла. Только спустя два года поле этой встречи, я что-то важное понял и осознал. Я стал понимать многогранность и опасность шаманства только когда соприкоснулся с иной реальностью по-настоящему: с духами, сущностями, природными существами...

Любой начинающий шаман (если речь идет об истинном призвании) скажет, что кошмар - его второе имя. Его кошмарят все: и духи, что его обучают; и духи, против кого он воюет; и жители параллельных миров, которые могут прогуливаться рядом и зайти на огонек в гости; и покойники знакомые и не знакомые; и его собственные страхи; и почуявшие неладное конкуренты. Сны молодого шамана обычно «очень веселые». Приходят систематически. В самых ярких красках и ощущениях. Поэтому некоторые ученики, вставшие на духовный Путь, иногда, на некоторое время ищут прибежище в психиатрических клиниках.

Совладать с собой, когда ты перестаешь слушать и слышать только самого себя; когда ты открываешься сердцем внешнему миру; когда ты начинаешь понимать других людей, чувствуя их боль и страдания; когда ты понимаешь их мысли и их энергии; когда ты болеешь вместе с ними; когда ты на разных уровнях воспринимаешь все как единый живой организм - очень не просто. Требуется воля и еще раз воля! И воля не только как акт сознания, а воля как умение принимать всей своей натурой все, что есть, и не участвовать в происходящих изменениях.

Кроме того шаманство - это ограничения себя в социуме. Это - Путь Духа, идя по которому может пропасть всякое желание что-то иметь в материальном мире. Могут стать не нужны ни деньги, ни вещи, ни иные блага. Поэтому большинство шаманов, целителей, продвинутых йогов, духовных практиков очень бедны! И только маги как-то сумели сбалансировать материальное и духовное!

Осознав все это сегодня, через несколько лет после встречи с Лобсаном, я сумел раскрыться в другом. Сумел реализоваться как мистик, исследователь, духовный практик, так и не став настоящим, традиционным шаманом по собственному желанию. Что будет дальше я не знаю. А тогда - я подарил Верховному пару своих книг, и был очень доволен происходящим. У меня была надежда на счастливое и легкое будущее. Была надежда обретения себя без лишних мучений, страданий, проблем и противоречий.  Мое сердце учащенно билось. Сознание было расплывчатым. Долгие годы я искал себя, практиковал, бросал, делал ошибки, начинал заново, злился, каялся, бросался из крайности в крайность, страдал, болел, испытывал душевные муки. Неужели это всего лишь подготовка?

Ангелы Голубого Света снова начнут общаться со мной?

Кенин-Лобсан прервал мои размышления: - Работай! Следуй зову духов! Я тебе доверяю!

И обнял меня как сына.

Остаток дня я гулял по Кызылу, и в воздухе чувствовались грядущие перемены...

Жила она в своем городе, не тужила. Людям помогала и всякие добрые дела делала. Слыла в народе целительницей, так оно и было на самом деле. К работе всегда относилась вдумчиво, помочь пыталась качественно. Была только у нее одна проблема в профессии - на себя многие гадости от людей цепляла. Потом болела от этого сильно и долго восстанавливалась. Поэтому и обучение у меня прошла; сонастройку, чтобы защита была и здоровье было - у меня получила. Многие целители, у кого дар от Бога есть, болеют потом от людей; много что на себя берут. Страдают за грехи других. От этого и сгорают быстрее, чем другие. Но не все. Если шаманов для примера взять, то они тоже болеют от людей. Все, что у человека болит, и у шамана болит. А по-другому нельзя! Шаман всегда открыт для людей, для мира. Его защита в его духе заключается, в его ээрэнах. Если шаман больной, то и духи его больные. Поэтому другие шаманы ему помогают в начале. Уже потом он Силу обретает, и сам себе помощь делает. Шаман Силу в природе берет. Природа - его мать, его дом. Шаману духи его помогают, вытягивают, спасают. А целителю где защиту брать, когда он в городе живет? Или в природе спасения искать, или у сильного помощи попросить. Так и получилось у нас. Я Любовь Ивановну на работу благословил, и рассказал, что и как. Стала она по моей Системе работать, да со своими наработками совмещать. Еще лучше все стало получаться. Потянулись к ней не только простые граждане, но и при власти которые. Вот приходит к ней один человек, при погонах больших. Сам сбитый, поджарый, спортивный. Всякое видел в жизни, всякого насмотрелся. Даже на войне был. Воля у него крепкая и суров он от профессии своей. Его подчиненные ему про целительницу поведали, и он здоровье свое поправить ходить стал. Несколько сеансов уже прошел; подобрел, успокоился. Очень благожелателен и расположен. Вроде все хорошо. Да только вдруг заявляет он Любовь Ивановне:

- Не чувствую я ничего. То есть, внутри себя я понимаю, что работа от вас идет и помощь хорошая есть, и уважаю я вас, но хочется мне физически ощутить как каналы работают. Хочу почувствовать их, а не только знать умом об их воздействии.

Я вышел из вагона и направился в местную гостиницу. Поезд пошел дальше, в Совгавань. Обычно в этом направлении ходят не новые составы, не такие как "Питер-Москва", а очень даже поношенные, шумные и скрипящие. В которых туалет можно сравнить с комнатой страха; и в купе пахнет затхлостью и табаком еще со времен перестройки.

Месяц май стоял в полном разгаре, и открытые окна хоть как-то спасали от нависшего над всеми пассажирами вонючего советского прошлого. 

В поезде был вагон - ресторан с пятнистыми желто-белыми скатертями, собиравший в себе время от времени скучающих или голодных мужчин и женщин; и прокуренные тамбуры, вздрагивающие от каждого стука колес в ритме остающихся позади железнодорожных стыков. На этом все развлечения заканчивались, и измученные, полусонные пассажиры чередовали их между собой, разбавляя свое желание скорее доехать - горячим чаем, смотрением в окно или чтение какого-то хрустящего журнала да замызганной книжки.

Единственной крупной станцией на нашем пути был город Хабаровск, но в него мы прибыли в шесть утра, и особого желания прогуливаться по перрону в такое время ни у кого не было. Тем более я в нем уже был, и сейчас направлялся дальше.

В Комсомольск я приехал на два дня для знакомства со своими учениками и проведения клубного занятия. Оно должно было состояться на следующий день, а сегодня, хотя уже было пять вечера, у меня оставалось время для осмотра местных достопримечательностей.

Сначала я направился в музей. Что там я высматривал уже не помню, но общее впечатление осталось благотворным. Что обычно выставляется в музее? Кости динозавра; горные породы, добытые в регионе; изделия народного промысла. Дольше всего я задержался у стенда с шаманской утварью. Черный костюм шамана с вязанной чаломой на плечах и в гроздьях колокольчиков, был надет на какой-то серый манекен без лица. Рядом с ним стоял большой порванный бубен и чучело медведя и орла. Считается, что бубен хранит дух шамана, и, чтобы этот дух был доброжелателен к людям, бубен после смерти шамана разрезали ритуальным ножом, таким образом, высвобождая через него духовную силу. Медведь и орел - это животные помощники шамана. Они помогали ему при жизни в его делах и камланиях, и сопровождают его теперь в путешествиях по запредельным мирам, куда ни одному смертному нет дороги.

Удивительно, но даже музейная утварь хранит энергетику своего хозяина; просится в работу и энергетически подсасывает посетителей. Неупокоенные эрээны продолжают жить, стараясь добыть себе пропитание, но участь их - только не много утолять интересы праздных зевак. Никогда этот орел уже не взлетит в синее небо, высматривая добычу шаману, а медведь не зарычит, спасая его от злых духов в его камлании...

Пройдя пару кварталов вдоль трамвайной линии, я оказался на берегу Амура. Тогда я еще не видел таких крупных рек и был поражен силой бегущей воды. Язык Амура широк и подвижен. Коричневого цвета. Он извивается вокруг города и устремляется дальше. Он лижет подножия сопок и бетонные плиты пляжа, на который меня вывела улица и внезапно закончилась. Я стою на песке и любуюсь широтой и могуществом природы.

Что я чувствую в такие минуты? Смирение и радость. Смирение перед великой стихией пред которой человек - жалкая песчинка, и радость от того, что я сейчас в безопасности, и могу видеть и понимать эту красоту! Я - часть всего великолепия под названием - Природа!

Солнце медленно садилось. Я вернулся в гостиницу и уставился в телевизор. Там, как всегда, промывают мозги ложными понятиями. Деньги возвели в ранг бога и начали поклоняться неистово и вожделенно. Бедный человек считается неудачником, а воспитанный, скромный, чуткий интеллигент - чуть ли ни гомосеком. Хотя реальные гомосеки заполонили некоторые ветви власти и шоу-бизнеса, и позиционируются как - продвинутые и современные люди, следящие за модой и политикой. Кошмар! Кошмар с точки зрения массовой морали, но я лично, как психолог, против этих фрустрирующих мужчин ничего не имею. От них меньше вреда, чем от дяди Васи "с жетской мужской позицией"; потому что они - не агрессивны. Их страхи не направлены на разрушения других людей и мира вокруг! А страхи и обиды дяди Васи - направлены! Он за свои убеждения убьет любого, вот и попадает в милицейские сводки. А те ребята - нет, не попадают. Они сублимируют в работу да в эмоции. Но об этом в другой раз, хотя тема касается всех, а не только этих... всех мужчин и женщин. Я ни за кого не заступаюсь, а только ищу причины того или иного поведения. И они есть! И они касаются всего взрослого населения, ведь родом из детства, и еще более далекого прошлого.

Из окна моего номера видна новая церковь. Солидная, большая, белые массивные стены и  огромные золотые купола. Народ говорит, что купола, действительно, золотые. Не в переносном смысле. Вроде мэр, чтобы ни чего не нашли при обыске и не посадили, все свои сбережения на постройку святыни направил. Надежно спрятал у всех на виду все свое нетрудовое и награбленное. Вот и поговаривает народ об искренней любви мэра к Богу. Дескать, уверовал в один прекрасный момент, и теперь чуть ли ни каждый день на службу духовную ходит. Мол, перед тем как в мэрию ехать, дела мирские вершить, он в церковь зайдет, у лампадки постоит, и с легким сердцем к себе в кабинет едет.

Надо сказать, что не без успешно мэр местный руководит. Мужик с башкой, не то, что в других городах. Город чистый, умытый. Дороги хорошие. Дома в праздничные цвета покрашены. А как он с преступностью малолетней борется? Отследил статистику, в какие дни рост преступности в городе идет. С вечера пятницы и до конца воскресенья.

В это время дал команду снаряжать пароход, и всех неблагонадежных ребят и девок прямо по списку под руководством милиции, на этот пароход на два дня! В плавание по реке Амур. Там им дискотека, бар, режиссер массовых праздников и народных гуляний, и прочие развлечения. Они там пар выпустят, напрыгаются, натанцуются, и в воскресенье пароходик к берегу причаливает. Все по домам отсыпаться. Тихо, мирно, спокойно.

Почему бы нашей столице не взять на вооружение этот богатый опыт?

Как купола красиво в лучах заходящего солнца переливаются! Из дверей храма выходят последние посетители. Наверное, самые большие грешники. Крестятся, кланяются, пятятся задом. В каждом движении покорность и благоговение. Я так не умею, но следует поучиться. Не молению, конечно, а отношению к Вышей Силе. Оно чистое и искреннее. В людях есть вера и надежда, что кто-то им поможет. Это внушает уважение.

Иисус - величайший гений человечества. Но во что превратили его учение люди? Разве они правильно поняли его? Разве он говорил: - Не убий? Он говорил: - Почитай жизнь! Разве он говорил: - Не прелюбодействуй? Он говорил: - Люби женщину! Разве он говорил: - Не укради? Он говорил: - Поделись своим!

В Библии написано иначе; но ведь ее кто-то писал... И писали ее те, кто понимал его слова через свою призму восприятия! И первая доля искажения уже была заложена тогда, еще при жизни его прямых учеников. Время шло, и на первое место вышли политические решения власть имущих, а не слова Учителя. И Книга перекраивалась и переписывалась в угоду правящей верхушки, создавая удобные условия для беспрепятственного навязывания своей царственной воли.

Люди предали Бога и сделали Его сына оружием собственной безнаказанности и вседозволенности. Выгодные трактовки христианского учения всегда были направлены на подчинение и порабощения людей; на создание безропотных стад; на управление запуганными и вечно виноватыми грешниками. Он хотел не этого! Он говорил о внутренней свободе каждого человека; о том, что Бог живет в душе! Но люди возвеличили страх в ранг Бога! И молятся своему страху, становясь еще более виноватыми перед Богом, то есть, своей истинной природой!

Ни страх загоняет людей в церковь? Ни страх заставляет отказываться от собственной реализации и ответственности за свою жизнь? Ни страх ломает судьбы кающихся, давая иллюзию прощения за грехи, которые с новой силой обрушиваются на людей через некоторое время после "священного таинства"? Ни страх создает беспомощность или агрессию в рядах стоящих перед иконами? Ни страх заставляет набрасываться на вас старуху - прислужку или пузатого батюшку, когда что-то выходит за рамки их восприятия вашего поведения, тона голоса или, не дай бог, нарушающих за канонические правила, возникающих вопросов?

Спросите себя: - в их душах царит мир и любовь, о которой говорил Иисус, когда они позволяют себе подобные выходки? И что вам может дать человек (даже в рясе), если он совершенно не развит?! Одного моления и соблюдения поста не достаточно для познания природы человека, а тем более, Бога! Не напоминает ли это гротеск аутизма? Как служить молиться Богу в надежде, что Он вас услышит, если вы не слышите окружающих вас людей? Ведь Бог говорит с нами через других людей! Это - Его Слово!!! Только Слово не внешнее (хотя бывает и такое), а внутреннее, то есть, наша человеческая природа!

Однажды мне рассказали историю о том, как одна молодая девушка пришла помолиться в храм (не в этот, в другой, в другом городе) в короткой юбке. Не такой уж и короткой, как показалось местному служителю. На уровне колен. Да и пришла она за помощью: свечку поставить, чтобы экзамен сдать успешно, и преклониться перед иконами. Обычная, простая, скромная студентка, воспитанная в приличной семье. Хотела сдать сессию, решила духовного благословления попросить. Нормальная, чистая, порядочная девушка. Таких тысячи тысяч в нашей дорогой России. Зашла она в храм, на пороге поклонилась, купила свечку. Подошла к иконе Николая Чудотворца и стоит лупает своими бездонными голубыми глазами и тихо молитву святому шепчет.

Увидев ее, батюшка поперхнулся. (Может еще и пернул, об этом мне не известно, поскольку свидетель происшествия в этот момент глубоко вдыхал ладан). Да как побежал с другого конца храма с этой студентке, да как заорет своим гнусавым голосом кастрированного козленка: - Что пришла сюда, проститутка?! Шлюха! Вырядилась! Ты, что, на панели?! Ну как иди отсюда! Не оскверняй храм!

И стал подталкивать ее к выходу, сопровождая свое негодование прочими "богоугодными" словами.

Бедная студентка от такого поворота событий и слова в ответ не могла сказать. Боль и обида задушили ее. Сердце колотилось от возмущения и бессилия. Она со слезами выбежала из храма и скрылась в суете шумящего города.

Многие скажут, что попы все разные, и в этой профессии попадаются всякие негодяи и проходимцы, марающие честь и достоинство веры. Но тогда чем они лучше прихожан или атеистов, среди которых тоже попадаются обманщики и негодяи? Для чего тогда нужны религиозные правила, когда они ничего не дают (даже самим священнослужителям), кроме лишних кошмаров? С политикой все ясно, меня интересует сфера человеческого самопознания и духовного развития! Тут пустота, вакуум, передергивание духовных истин; свободная трактовка подходящих не всем законов и правил.

К Богу нужно приходить через собственное раскрытие! Другого пути нет. Ни Бог придет к вам, а вы должны прийти к Богу! Бог уже здесь, Он есть всегда и во всем! Люди ни видят, ни понимают, ни чувствуют Его из-за своих ограничений. Надо только открыться Ему! Ни в страхе, а в собственном самопознании!!

Разве тот поп говорил от имени Бога? Разве он не выдавал свой страх за благое дело? Разве унижение другого в любой форме является духовным служением? Разве служение Богу - это не понимание и приятие других людей? В чем тогда состоит человеколюбие, когда некоторые представители веры такие озлобленные, наглые, безапелляционные, хамоватые и несдержанные?

Лежа на мягкой кровати, я постепенно проваливался в сон. Уже в полудреме я продолжать рассуждать о христианстве, о его глубине и неоднозначности. Я говорил себе, что на свете много прекрасных, достойных, воспитанных священнослужителей; и, что многие люди, посвятившие себя религии, своей жизнью изо дня в день совершали свой духовный подвиг, и мне есть чему у них поучиться. Я никого не осуждал, ни критиковал, ни на кого не таил обиду, я просто наблюдал жизнь во всем ее многообразии...

Клубное занятие состоялось в арендованном для этой цели школьном классе. Собрались люди - все женщины преклонного возраста. У них переживания за своих близких, за свое здоровье. Желание помочь. Ближе к старости более чувствительным становится человек, более душевным, более отзывчивым к страданиям других; лучше понимать начинает тех, у кого что-то болит или что-то не получается. Ведь все это отражается личными переживаниями, состояниями, ощущениями, опытом.

Чем больше за плечами остается жизни, тем яснее становится скоротечность человеческого бытия. Поиск смыслов жизни заменяется заботой о ближних, и в этом находится самый сокровенный смысл! Увядание тела раскрывает сознание, в котором есть только одна главная мысль: каждый из нас - всего лишь винтик без имени в глобальном механизме под названием Человечество. До нас были миллионы безвестных винтиков и после нас будет столько же; и мы не знаем практически никого из них. Отдельные попытки запечатлеть кого-то в камне и на страницах учебников - суть потребность каждого из нас в продолжении во времени. (Пусть хоть таким образом, рядом с великим человеком, мы почувствуем свою личную значимость для истории). Но жизнь, что была ценна для кого-то, теряет свой смысл в глазах другого уже через несколько десятилетий.

Драгоценностью (для нас) своей жизни мы пополняем общую копилку эволюции человечества, в которой только общее богатство целого вида имеет свою ценность.

Тему клубного занятия определяли не долго. Взяли "Амулетную практику".

- Амулеты и талисманы, - начал я, - изготовляются на различных материалах: железе, дереве, камнях. Очень удобно вырезать символы на речной гальке. Она гладкая, податливая, хорошо держит информацию. Там на берегу много подходящих камушков. Сходите, наберите потом.

- А цвет камешков имеет значение?

- Вообще, да, имеет, но не в нашем случае. Визардист работает с сутью предмета, а не с его внешними отражениями. Нам важен "характер" камня, его дух. Для этого требуется не знание значений цветов, а умение так направлять свое сознание, чтобы такая информация приходила. Вам следует научиться случать и чувствовать те предметы, которые вы используете в духовной работе, а не случать только себя любимого. Ваша задача - это умение сосредоточится на внешнем, то есть, на вашем помощнике; понять его. Соприкоснуться с его энергетикой и разумом. А все схемы, таблицы и прочая чепуха - это не духовное развитие, а объяснение своих ощущений; точнее примерка чужих ощущений и значений на самих себя. Это никуда не годно! Учитесь сами думать, мыслить, чувствовать, определять свои категории восприятия!

Безусловно, что кто-то должен научить вас этому навыку! Вот я и учу вас! Вам нужен именно этот навык, никакой другой, навык самостоятельного взаимодействия!

Почему вы думаете Визардика встречает такое яростное противодействие со стороны всяких магов, экстрасенсов и прочих эзотериков? Потому что вы, простые люди, без званий, орденов и копеечных дипломов, понимаете суть работы, а они ее не понимают, и действуют по придуманным кем-то схемам, правилам и ограничениям, основанным не на познании, а на страхах и комплексах!

Вопросов и объяснений было еще много, впрочем, как и всегда, на подобных встречах.

Люди получали интересующие их знания, и я охотно делился с ними своею энергией.

Клубное занятие окончилось к вечеру. Все остались довольны и начали расходиться.

На улице ко мне подошла Любовь Ивановна (она была организатором этого клуба), и попросила совета по одному щекотливому вопросу:

- Анатолий Михайлович, - можно вас спросить?

- Ага.

- Ко мне мужчина один ходит на сеансы. Я ему каналы открываю, они хорошо работают. Здоровье его на поправку пошло и дела лучше. Но он каналы не чувствует. Хочет почувствовать, но не получается. Уже посмеивается на до мной. Над духами подшучивает. Сам очень влиятельный тут. На должности. При погонах. Как сделать так, чтобы он ощутил, что каналы на него открываются? Физически?

- Вы уверены? - говорю я. - Вы же знаете, что не доступные для органов чувств энергии, могут не в неконтролируемом режиме начать действовать, если их специально закодировать на ощущения. Духи шутить могут начать. Что потом делать будете?

- Ну очень надо, Анатолий Михайлович, - от этого, может, моя вся дальнейшая практика зависит. Помогите.

- Ладно, Любовь Ивановна, расскажу, что сделать нужно. Помните я вам как-то говорил, что каналы можно направлять?

- Да.

- Так вот, сделайте вот что...

И поделился с ней одним секретом.

Любовь Ивановна пошла довольная готовиться к очередному сеансу с "трудным" клиентом, а я отправился в гостиницу. Утром следующего дня мне надо было ехать в соседний город Амурск. Примерно час езды на автобусе. Там меня тоже ждала группа.

Мы должны были провести энергетическую работу с эгрегором города, чтобы он начал оживать и преображаться. А пока после закрытия комбината, от которого кормилось все население, город медленно и неуклонно приходил в уныние и запустение.

(Подробности этой работы описывать не буду, но скажу, что по прошествии нескольких лет, город ожил и стал развиваться. В нем подлатали дороги, стали строить дома, иностранный инвестор вложил деньги в реконструкцию комбината).

На железнодорожном вокзале в Комсомольске-на-Амуре, в который я вернулся, чтобы на поезде уехать во Владивосток, меня ждала Любовь Первушина. Она была возбуждена и говорила эмоционально:

- Вы не представляете, что вчера было! Пришел этот упрямый на сеанс. Я его поставила под каналы как обычно, и потом сделала как вы научили. Смотрю на него, а он шататься начал. Стоит и шатается как пьяный из стороны в сторону. Лицо сначала красное стало, потом зеленеть начало. Я не знаю, что делать, волнуюсь. Каналы закрываю, а они не закрываются. У него уже взгляд стеклянный. Я в соседнюю комнату за водой побежала, чтобы на него брызнуть. Слышу грохот страшный раздается. А он всей своей тушей на пол упал. Лежит и конвульсиях бьется. Язык высунул. Синеет. Задыхается. Я его на бок перевернула и не знаю, что дальше делать. Сама стою, дрожу. Стала в скорую звонить, не получается. Срывается звонок и все. Я трубку бросила, себя в руки взяла и по щекам его бить со всей силы стала. По имени зову и по щекам бью. Он кряхтит, но вроде легче ему. Тут еще блевать начал. Я тазик принесла, подставила, но ковер уже испорчен. Так часа три продолжалось. Потом отпустило его. Сидит он на полу ничего не понимает, головой из стороны в сторону крутит. И я вместе с ним на полу сижу и рыдаю. Так уж страшно мне за него было. Но потом - ничего, еще чаю горячего попили и машина служебная домой отвезла.

Знаете, что он мне на прощание сказал? Что теперь силу каналов почувствовал!

Я сел в поезд. Всю обратную дорогу передо мной стояла картина ее сеанса.

- Да, - думал я, духи могут шутить. Хорошо еще, что человек разумный оказался.

Понял все правильно и как надо.