Пастернака не читал, но осуждаю⁠⁠

Это выражение во времена Перестройки стало «крылатым». С его помощью обличали тех, кто не имеет своего мнения, но услужливо примыкает к воинствующему большинству. Кто же автор этого «откровения»?

Фраза «Пастернака не читал, но осуждаю» якобы была публично произнесена во время массовой травли писателя в связи с присуждением ему Нобелевской премии за роман «Доктор Живаго».

Осенью 1958-го газеты публиковали бесчисленные гневные комментарии тружеников села и передовиков производства, возмущенных «антисоветским романом». Они его, правда, и в глаза не видели, зато читали гневные отповеди в советских газетах.

И понеслось: «Озлобленная шавка», «Лягушка в болоте», «Свинья, которая гадит там, где ест» — это всё реальные строчки из писем читателей в адрес Бориса Пастернака. Но вот фразы «Я Пастернака не читал, но осуждаю» НЕ БЫЛО. Ни в письменном, ни в устном варианте!

Зафиксированы лишь три ПОХОЖИХ ПО СМЫСЛУ высказывания!

Автор первой из них — редактор «Огонька» Анатолий Сафронов. 31.10. 1958 на заседании Московской секции Союза писателей он вспомнил свою беседу с прозаиком из Чили Дельмагом: «Дельмаг был очень подробно информирован о некоторых событиях нашей литературы. Так, он сказал мне: “Странно вы себя ведете с Борисом Пастернаком, он ваш враг”. Я книгу не читал тогда и сейчас не читал. Я говорю: “Знаете, это очень странный человек, заблуждающийся, с ложной философией, у нас его считают несколько юродивым”».

Автор второй из них — машинист башенного крана Филипп Васильцов. В своей заметке, отправленной в “Литературную газету” от 01.11.58 , (видимо, любимая газета крановщиков), Васильцов пишет: «Что за оказия? Газеты пишут про какого-то Пастернака. Будто бы есть такой писатель. Ничего я о нем до сих пор не знал, никогда его книг не читал. (…) Допустим, лягушка недовольна и еще квакает. А мне, строителю, слушать ее некогда. Мы делом заняты. Нет, я не читал Пастернака. Но знаю: в литературе без лягушек лучше».

Автор третьей из них — украинский прозаик Петро Панч. В заметке «Вилазка ворога», опубликованной в октябрьском (№ 85) номере за 1958 год киевской «Лiтературной газеты» Панч откровенничает: «Борис Пастернак написав роман «Доктор Живаго». Я його не читав, але не маю пiдстав не вiрити редколегiї журналу «Новый мир», що роман поганий…». («Я его не читал, но не имею оснований не верить редколлегии журнала «Новый мир», что роман плохой...»).

Впервые роман «Доктор Живаго» был издан в СССР спустя лишь 30 лет после постыдной кампании по шельмования его автора. Журнал «Новый мир» опубликовал роман в 1988 году, с первого по четвертый номер — с января по апрель.

В честь окончания публикации искусствовед Наталья Иванова написала эссе «Смерть и воскресение доктора Живаго» для журнала «Юность». Автор статьи провела параллель между травлей Бориса Пастернака в 50-х и травлей Бориса Пильняка в 20-х годах. Вот здесь впервые и встретилась фраза, которой посвящен сегодняшний пост:

«Откровенный, злобный погром Б. Пильняка, чья повесть “Красное дерево” ... печально перекликается в моем сознании с травлей Б. Пастернака в 1958-м… Именно тогда возникла логика: "я романа не читал, но осуждаю”».

Журналистам эта фраза из статьи, видимо, приглянулась. Они настолько часто стали использовать ее в своих материалах, критикующих советскую цензуру, что вскоре не осталось и сомнения, что произнес ее конкретный человек.

Интересно, что похожее по смыслу высказывание можно найти у Булгакова в романе «Мастер и Маргарита», в эпизоде встречи Мастера и поэта Бездомного в сумасшедшем доме.

— А вам, что же, мои стихи не нравятся? — с любопытством спросил Иван.

— Ужасно не нравятся.

— А вы какие читали?

— Никаких я ваших стихов не читал! — нервно воскликнул посетитель.

— А как же вы говорите?

— Ну, что ж тут такого, — ответил гость, — как будто я других не читал?

Но это уже лирическое отступление. Мы же призываем лишь к одному, когда речь идет о конкретных исторических событиях: цитируйте правильно!

© ТГ-канал про ложные цитаты.