Лунная соната - музыка смерти⁠⁠

Не надо быть музыкантом или большим любителем классической музыки, чтобы, услышав эти звуки, мгновенно узнать и с легкостью назвать и произведение, и автора. Многие могут сыграть эту мелодию тремя пальцами. На этом обычно все заканчивается. О чем эта музыка - знают далеко не все.

Набрав в поисковике "лунная соната бетховен", на всех сайтах нам будут рассказывать красивую историю о безответной любви Бетховена к своей ученице, Джульетте Гвиччарди, которая была такая легкомысленная, вышла замуж за другого, и бедный Бетховен так страдал, так страдал, что написал Лунную сонату о своих чувствах.

Однако эта растиражированная история не имеет никаких серьезных подтверждений. Бетховен действительно посвятил эту сонату Джульетте. Но он с таким же успехом посвящал другие сочинения другим своим ученикам. И нет ни одного реального доказательства, что у Бетховена с этой девушкой были хоть какие-нибудь отношения или чувства.

"Лунной" эту сонату Бетховен не называл. Уже после смерти композитора одному немецкому поэту и музыкальному критику, Людвигу Рельштабу, эта музыка напомнила ночную картину Фирвальдштедского озера, залитого светом луны. Он и дал ей название «Лунная". Но надо понимать, что Рельштаб вообще прославился тем, что часто ошибался в оценке музыкальных произведений. Например, он писал разгромные статьи в адрес Шопена о его якобы бездарности.

Существует версия, что это сочинение вовсе не о природе, и не о любви. Предлагаю посмотреть на Лунную сонату с несколько иного ракурса.

Если разобраться, то звуки, по которым весь мир узнает Лунную сонату, являются вовсе не мелодией, а аккомпанементом. Этот аккомпанемент складывается из непрерывно повторяющихся трехзвучных фигур, резонирующих с глубокими басами. Легко ощутить, как безостановочно ровное движение (от начала до конца оно не прерывается ни на мгновение!) создает медитативное, почти гипнотическое состояние отрешения от всего внешнего, а медленно, поступенно спускающийся бас усиливает эффект ухода в себя (на видео 0:00 - 0:25).

После вступления появляется мелодия. Удивительно, но прослушав ее, мы не обнаружим в ней собственно мелодической красоты (разнообразных поворотов, скачков на широкие интервалы или плавного поступенного движения). Скорбный, молящий полиритмический мотив Лунной сонаты скован, зажат в рамки узкого диапазона, с трудом прокладывает себе путь, вообще не поется и лишь иногда вздыхает чуть более свободно (0:27 - 0:45).

Особенно показательно начало мотива. Некоторое время мелодия не может оторваться от исходного звука. Прежде чем хоть чуть-чуть сдвинуться с места, он повторяется шесть раз. Но именно это шестикратное повторение дважды воспроизводят узнаваемую ритмическую формулу — это ритм траурного марша.

На протяжении сонаты эта ритмоформула будет возвращаться неоднократно и настойчиво. А в конце исходный мотив снова и снова будет повторяться в мрачном низком регистре (на видео с 5:10). Справедливость ассоциаций со смертью не оставляет сомнений.

В отличие от домыслов о несчастной любви или залитого лунным светом озера, есть достоверный факт, что при создании сонаты Бетховен вдохновлялся совершенно конкретной оперной сценой. В эскизную тетрадь, где зафиксированы первые наброски будущего шедевра, композитор выписал фрагмент из оперы Моцарта «Дон Жуан»:

Там есть сцена, когда Дон Жуан убивает Командора. Командор умирает, всё цепенеет, чувствуется дыхание смерти. Отсюда Бетховен и взял повторяющиеся триоли аккомпанемента и идею полиритмичного основного мотива.

Для сравнения ноты самой Лунной сонаты: 

Получается, что «Лунная соната» вовсе не о романтической любви.

Это про смерть.

И недаром в 2017 году режиссер Дэвид Линч использовал материал Лунной сонаты в 8 серии Твин Пикс, сильно замедлив бетховенскую музыку. Измененная таким образом до неузнаваемости, она стала лейтмотивом Черных Лесорубов – мрачных мистических существ из потустороннего «Черного Вигвама», места обитания злых духов (примерно с 1:00):

Незадолго до написания Лунной сонаты Бетховен узнал о своем недуге - начинающейся глухоте. К тому моменту он уже был оценен по достоинству в музыкальных кругах, и прекрасно осознавал свой талант. В письмах к друзьям Бетховен не раз писал об отчаянии и желании свести счеты с жизнью, так как свою глухоту он воспринимал как начало конца.