Харон, своя история к сериалу⁠⁠

Ранним, солнечным ,августовским утром к главному корпусу , жёлтого, с вечным гербом СССР на фронтоне госпиталя, с белыми колоннами и огромными несдвигаемыми, крашеными масляной краской парадными дверями , подъехал УАЗИк - буханка с красным крестом на дверях и привез двух пассажиров. Один, в костюме, с галстуком и кожаной папкой, спешно попрощавшись, исчез за огромными дверями, второй пассажир, пожилой (язык не поворачивается его назвать старым) с помощью водителя достал 2 картонные коробки, перевязанные бечевой из машины. Пассажир выглядел аккуратным, его классические, никогда не выходящие из моды ботинки сверкали, рубашка, брюки были безукоризнено отглажены, а на руке блестели золотистые часы Слава. Седой, в очках, гладко выбритыми щеками, сбольшими ямочками на подбородке он смотрел вокруг, улыбался и был в тот момент самым счастливым человеком. Он знал, сегодня вечером в небольшой московской квартире его дочери соберётся вся семья: дочь, сын, внуки, родственники. Он вдоволь наиграется с любимыми внучками, может быть ,наставит на путь истинный балбеса-недоросля, своего старшего 19 летнего внука, а также с достоинством выпьет коньячку с Адмиралом, родственником умершей жены. Он жил под Тулой, но любил Москву, любил приезжать сюда на курсы повышения квалификации, даже сам рвался и напрашивался на них, любил сам на своей Жигули-копейке приехать в гости к дочери и сыну, привезти полную машину припасов. Да и как же иначе!все же свое, родное, из сада и огорода у дома который построил сам.
Вот и сейчас одна его коробка источала запах свежих помидоров, яблок, слив, всего того,что они собрали вчера вечером с внуком , ну а во второй заботливо лежали перемотанные газетой тушки домашней птицы, кроликов и сала, отдельно лежала и бытылочка молдавского коньяка, презент Адмиралу, которую конечно же откупорит с ним вместе. В душе он всегда каждый раз радовался этому моменту, он в 19 лет старшина миномётного взвода, раненный в Отечественную под Кенигсбергом, сейчас сидит, пьет и балагурит с адмиралом... Водитель УаЗика однако прервал лирику, схватив его коробки и промчавшись к одинокой машине такси припаркованной у парадных ворот госпиталя. Пассажир не успевал за ним, он стал замечать, что последние дни очень стал уставать, задыхаться, чувствовалась тяжесть во всем теле.Как врач он думал о себе, курсы пропедевтики были в свое время десятки лет назад сданы на отлично,десятилетия практики, но...какая может быть, клиническая диагностика, когда я увижу родных, внучек думал он. Неожиданно из такси вышел навстречу молодой человек, улыбнулся, сразу открыл багажник, принял коробки, Очень приятный молодой человек, про таких говорят улыбка как у Гагарина,подумал пассажир. Водитель Уазика сложил вещи и очень тепло попрощался с седым пассажиром, который сел в такси. Такси тронулись, долгое время и водитель и пассажир невольно наслаждались красотой летних, утопающих в зелени московских улиц в районе Измайлово. Затем водитель прервал тишину вопросом:" Извините, Вас так парень тепло провожал, родственники? Нет, ответил пассажир, :это Витя, водитель на скорой, я врач, невропатолог, много лет назад получилось поднять на ноги его мать после инсульта, никто уже не брался за нее, и в областной больнице лечили, все никакого толку. Я иглотерапию попробовал. После войны, когда с Китаем дружба была, нам в Москве здесь в Измайлово на курсах повышения квалификации врачей, китаец ее преподавал, не верил я сам, что поможет, а вот Витькиной матери помогло... Как мать его умерла, он пить стал, да вот честно сказать, не кривя душой, только у меня и получилось его вытащить из этой ямы, верил он мне, а я уж словом (тогда про кодирование и не слышали)да делом его вразумлял как мог..и не поверите, действовало.. Я уж на пенсию вышел, да вот вчера он заходит, говорит оказия вышла, в Москву, главрача везу, не желаете с нами, родных повидать, вот и выбрался... Таксист приятно улыбнулся и свернул на большой проспект, автомобиль заметно набрал скорость. Пассажир с удовольствием смотрел по сторонам, вот он стадион,на который шурин из Москвы по большому блату доставал билеты, вот пивная, после матча, пили здесь с шурином пиво с чебуреками, а вот и гостиница, построенная к Олимпиаде, ее сын когда учился в институте строил в стройотряде, вот парк, здесь гулял сначала с внуком, потом и внучками, вот большой магазин в котором среднему внуку купил велосипед и тащил его уже немолодой пенсионер по метро , потом поездом до дома... Пассажир любил скорость, любил водить машину с завистью смотрел как водитель лихо переключает передачи и набирает скорость. Таксист не прерывал молчание и видя нескрываемую радость пассажира с удовольствием увеличивал скорость. когда замелькали однотипные панельки новостроек пассажир перестал смотреть в окно, ему стало заметно скучно.... Может быть назад, да с ветерком?предложил Таксист и лихо подмигнул... А поехали! ответил седой пассажир и заложив лихой вираж, автомобиль ушел под стрелку светофора и вновь за окнами пролетел магазин, сквер, гостиница и стадион, а потом водитель также лихо свернул на с проспекта на одну из парковых улиц...неожиданно они опять оказались у госпиталя, но не у главного входа, а у служебного, туда через который заходят ординаторы и слушатели..." Мы на месте, Доктор," сказал Таксист. Пассажир достал старенькое портмоне, но Харон сказал:"За Вас уже давно заплатили Доктор, уберите деньги...". В восемь часов утра, старый профессор сидел в личном кабинете в госпитале и думал, какие слова ему сказать родным и близким, которые придут проведать отца, деда, и как самому пережить уход коллеги из под Тулы, однокашника, бывшего фронтовика, которого знаешь около полувека...