Читал «Байки из жизни: юридические истории» Константина Костина (широкого известного пикабушника kka2012). И про «все врут» у меня тоже есть повесть в красках и лицах.
Все врут или недоговаривают. В принципе, часть человеческой натуры. Даже за норму сойдет, если никому не вредит. С правонарушителями-то вообще история понятная. Эти врут, например, поскольку такова позиция защиты («потерпевший сам вытащил нож из моего кармана и нанес себе удар в живот, чтобы меня осудили»), или же хотят казаться белыми и пушистыми («с характеристикой не согласен, т.к. вино полезно для здоровья, и ежедневное распитие мной знаменитых челябинских вин нельзя считать злоупотреблением алкоголем»).
Но вспомнился случай, когда врал свидетель со стороны истца. Почему? Просто потому что мог соврать. Знал, что его вранье очевидное, но врал. Знал, что для близких могут возникнуть неприятности, но врал.
Взыскивали алименты. Нужно было подтвердить, что отец не навещает ребенка с момента рождения, никаких денег или вещей на его содержание не передает. Доказать это было легко: мальчишка сильно маленький и постоянно под надзором кого-то из взрослых, отец действительно сына не навещал и документальных подтверждений передачи денег / вещей не имел.
- Он маленький, и я не знаю, как себя с ним вести, и что ему нужно, - заявил отец в самом начале процесса.
- А предоставить денежное содержание? – спросила судья.
- Ему же всего два года, - сказал папенька, глядя на судью, как на умалишенную. – Дай я ему денег, он их порвет и все.
Довольно неприятный молодой мужчина, на какой-то своей волне, с собственной логикой. Мудак Инопланетянин, короче говоря. Чтобы пациент был читателям более понятен, уточню: на какой-то мой вопрос он ответил, что не признает законов РФ, потому что хотел бы жить где-нибудь в Италии. Л - логика.
Был он сильно худой и потому в суде походил на школяра, которого отчитывают перед всем классом.
Так вот, одним из свидетелей в интересах ребенка была его прабабушка, которая должна была сказать, что папенька не приходил, ничего не приносил и не передавал. Свидетелей до начала разбирательства из зала удаляют, так что прабабушка не слышала выступление нерадивого отца про «дал бы денег, да он их порвет».
Бабуля, насколько я знаю, маразмом не страдала, но внезапно выдала судье:
- Как-то было, что приходил. Когда? Не помню. Сколь раз приходил? Не помню. Что-то приносил. Что именно? Я в пакеты не лазила, но если к дитю приходил, то, наверное, ему что-нибудь.
На исходе дела это не сказалось. Суд решил, что бабушка старенькая и глупенькая, подтверждений не нашлось, и даже слова отца ребенка расходились с ее «воспоминаниями».
- Зачем ты так сказала? – на удивление спокойно спросила ее дочь (бабушка ребенка) после суда.
- Не, ну а че?! Алешенька (она так папеньку мальчика называла) сидит затравленный, со стыда глаз поднять не может. А мы на него давим и давим. Жалко стало. На него ведь плохо подумают. Вот и приврала малость.
p.s. Соберусь с мыслями и прям сейчас скоро как-нибудь напишу еще про «все врут»: как расписку оспаривали, а потом я чуть со стыда не сгорел. Так что обновляйте страницу, компьютеры не выключайте, далеко не уходите )))
