Воспоминание разблокировано.

Есть у меня сосед, настоящего имени называть не буду — пусть будет Феофан.
Феофан в прошлом, а именно в своей молодости, был озорник. Озорник настолько, что варил у себя на кухне «ханку», «крокодила» и прочие прелести из медицинских препаратов, и имел соответствующих друзей по несчастью. Потом наступили дефицитные годы, до которых они странным образом дожили (с такими-то увлечениями), и всей компанией они пересели на то, что более доступно — а именно алкоголь. Алкоголя было много. Каждый день.

И вот, в один из прекрасных дней, я педалю с работы домой. Подхожу к подъезду, пытаюсь открыть дверь — а она не открывается. И не потому, что домофон или замок (которых не было у нас на районе никогда, на моей памяти), а потому, что кто-то держит дверь изнутри.

Я, осознавая всю сложность ситуации, находясь в непонимании происходящего, предпринимаю попытку дернуть дверь посильнее. Что приводит к неожиданному результату: вместе с открывающейся дверью на меня вылетает Феофан, который к тому времени, благодаря нелегальным веществам и алкоголю, весил не больше той же двери, которую я дергал. И далее происходит диалог:

— Феофан, а ты чё дверь держишь? Дурак, что ли?
— Ааа, PerfectPopit, это ты... Я думал, волки!
— Какие волки, Феофан, ты чё?
— Ну как какие?! Вон те! Что альпинистов доедают! Заходи скорее, иначе и нас сожрут!

Поскольку я был молод и не знаком с таким делом, как алкогольный делирий, я подумал, что Феофан просто пьян. И ему прикольно. На что, махнув рукой, поднимаюсь к себе в квартиру.

Вы можете сказать: «Ну и мудак ты, PerfectPopit, как ты мог не помочь человеку!? Мало ли чего он учудит! Помрёт ещё!»
Да, сограждане, каюсь — мудак. Но ему помогли. Помогла моя матушка, с которой на тот момент я проживал.

Поскольку мы проживали вместе, матушку мою Феофан также не пускал в подъезд, ибо волки, которые уже дожирали альпинистов, вызывали неподдельный ужас у Феофана. И он, схватившись за ручку двери и раскорячив свою рогатку в косяки дверного проёма, встал насмерть. Как оказалось, разблокировать блокировку двери в лице Феофана смогли только сотрудники полиции и неотложной медицинской помощи, сказав через дверь:

— Феофан, открывай! Волков застрелили! Нужны твои свидетельские показания — как ни крути, прецедент на всю Ивановскую!

Матушка поняла всю серьёзность ситуации, в отличие от меня, и сразу вызвала соответствующие органы.

И Феофан, под почётным конвоем, на белой карете с крестами, отправился в место с жёлтыми стенами. Не было его с месяц, может, полтора. Встретил я его опять, идя с работы, так же у подъезда. Феофан меланхолично курил сигарету. Я поздоровался, спросил:
— Как дела? Как волки и альпинисты?
На что Феофан посмотрел на меня задумчиво и сказал:

— Так вот почему я там оказался...

Вам, наверное, интересно продолжение истории Феофана. Так вот, через неделю я, как уже по традиции, возвращался с работы и застал Феофана за довольно странным делом: он стоял с розовым феном типа пистолет в коридоре и грел водопроводный стояк, размотав и разбросав всю стекловату по подъездной площадке. Я, вспоминая историю с альпинистами и волками, остолбенел и подумал: опять...

Мы смотрели друг другу в глаза и молчали. Секунд двадцать точно. После чего он выдал:

— PerfectPopit, у меня вода перемёрзла в хате, я трубы отогреваю.
— А я подумал, опять альпинисты, Феофан...

После чего мы долго ржали.

Почему я не раскрываю его имя? Да потому что парень после того случая одумался — уж не знаю, что в башке у него произошло: то ли сам понял, то ли санитары помогли, то ли компания в психушке не понравилась — но он завязал. И вот уже лет двенадцать не пьёт и не употребляет ничего запрещённого. Работает на работе и живёт вполне нормальной жизнью. Не супер богатой, не супер понтовой, но, по крайней мере, ацетоном не воняет в подъезде, да и бутылок с шприцами не валяется.