Отцу
Когда ты маленький, то любые поступки кажутся важными, а то, что тебя окружает, величественным. Белый листок бумаги на столе может стать картиной, и ты долго сосредотачиваешься, прежде чем поставить на нем точку. Потому что в тот момент когда ты ставишь точку решается судьба этого листка. И если ты сразу поставишь эту точку неправильно, то ничего уже не исправить. Дубы, растущие в скверике возле железной дороги, кажутся огромными и ты представляешь себе, что их посадили еще тогда, когда не было никакой истории. То есть в такие времена о которых сейчас помнят только археологи.
Твой двор кажется тебе небольшим государством. За ним есть еще двор-государство, и еще. А потом город заканчивается, и до следующего нужно ехать на поезде, и это, наверное, очень далеко.
И уже тогда среди всех этих БОЛЬШИХ вещей, людей и поступков есть то, что выделяется по важности. Это папа.
Когда он приходит домой и подкидывает тебя к потолку, сердце замирает. Но ты знаешь, что он обязательно поймает. Потому что он большой. Он может все.
Он может из обычной палочки сделать свисток. Он может прочесть тебе книжку, а если книжки вдруг нет, он сочинит новую и перескажет тебе. Он знает фокусы и умеет ездить на велосипеде. Хотя, что такое велосипед, он водит поезда, а это гораздо важнее и сложнее. Ты веришь в то, что он может все, и нет такой вещи, которую он бы не смог сделать. Он словно утес и никакое даже высокое дерево не может быть выше его.
Проходят годы. Ты разучаешься видеть чудо вокруг. Ты смиряешься с тем, что дела и слова могут не иметь большого значения. Мир вокруг тебя сжимается словно шагреневая кожа, а деревья уже не кажутся столь величественными.
Но вера в отца остается неизменной. Да, я уже почти такого же роста как и он. Может, даже чуточку выше, но мериться я не хочу.
Да, ты понимаешь, что он не всемогущий. Он поседел, и, хотя не показывает этого, но ты замечаешь, что он чаще устает. Он стал меньше как образ, но вместе с этим стал больше как величина. Только сейчас я понимаю, что всё чем я могу гордиться - скорее заслуга отца. То, что раньше казалось само собой разумеющимся, приобретает вес. И что сейчас нужно чаще бывать с отцом. Нужно как губка впитать то, о чем он говорил раньше, но я не понимал этого. Но мы уже «стремимся к вершинам творческого роста и наши папы понимают нас».
Мама иногда звонит и ругается, что я редко приезжаю. Я обещаю приезжать чаще, но приезжаю как получается.
Отец никогда не звонит. Это не положено. Но я знаю, что он всегда расспрашивает маму, после того как она поговорит со мной по телефону. И знаю - если я приеду, то он обязательно сделает мне любимой жареной картошки.
Мне тоже трудно сказать о том, как он много для меня значит. И только раз в году на его день рожденье я пытаюсь сделать это, и понимаю что в словах о том не говорят. Слова слишком блеклы.
А иногда я задаю себе вопрос - а сумею ли я быть таким же? Я так и не научился делать свистки из палочки и ездить на велосипеде. Нужно стать величиной для маленького человечка и ты вдруг понимаешь, что это большой труд быть для кого-то идеалом.
P.S. Отец ушёл. Коммунарка, ИВЛ, не выдержало сердце. За тридцать дней до дня рождения. А я не успел поговорить, не успел сказать о том, что он для меня значит. Думал что будет ещё время. И этот текст для меня, последняя возможность проститься.
.