♫ «Так просто выставить нас по росту»
Словно получаю резкий удар под колено и падаю. Щека скользит по мягкому ворсу. Как всегда в такие моменты, в голове туман. Пространство замедляется, как детская карусель, когда время подходит к концу. Застывает, но я этого уже не чувствую, лишь прикосновение леденящих пальцев по плечу. Холодок пробегает по всему телу, а невидимые пальцы уже обвивают шею. Несмотря на недвижимость тела, сердце стучит об грудную клетку как сумасшедшая пташка об тесные прутья, ибо хоть всё это и происходит не в первый раз, привыкнуть к такому невозможно. Я никогда не видел, что это за существо, но однажды в отблеске часов мне удалось заметить безликую размытую тень, втекающую в моё обездвиженное тело. Этот момент более похож на лёгкий удар электрошоком. По всему телу проходит ледяная искорка, захватывая моё тело. Мысли затуманены, но они мои, хотя казалось, порой я слышу отголоски чужих мыслей. Далее следует привычный маршрут из тесной спальни в маленькую гостиную. Пока мои движения ещё чёткие и «я» аккуратно обхожу диван и немытые тарелки на полу, целеустремленно двигаясь к матовой застеклённой двери, ведущей на балкон. Бесшумно открывается дверь, повинуясь повернувшейся ручке, и глазам вновь предстаёт картина, которую я вижу уже в течение десяти лет с седьмого этажа своей квартирки. В принципе, ничего интересного, обычный спальный район, лишь вдалеке виднеется зеленеющая и колыхающаяся на ветру листва деревьев в единственном городском парке. На секунду мне кажется, словно я завладел своим телом и пытаюсь упереться руками в перила, однако уже в следующий момент тело переваливается через ограждение и стремительно летит вниз. Мне дико страшно, однако я не могу издать и звука, всё, что мне остаётся, это лишь бешено вертеть зрачками и .. падение. Каждую клеточку пронзает безумная боль, от удара хриплое дыхание существа в моём теле прекращается. Однако, вопреки ожиданиям, я не умираю, а продолжаю нелепо лежать в той позе, которой тело попало в объятия асфальтированной дороги, молча взирая на окружающий мир, переживая раз за разом то страшное мгновение полёта. Так я лежу до тех пор, пока кто-нибудь из людей не найдёт меня. Порой ждать приходится лишь несколько минут, а иногда я провожу на асфальте долгие мучительные часы. Впрочем, и тогда смерть и спокойствие не спешат забрать мою больную душу. Как только человек обнаруживает меня и начинает суетливо что-то кричать, к моему телу ещё один невидимый актёр словно подносит зажигалку. И хотя внешне не появляется ни одного признака огня, уже через полминуты пламя внутри тела заставляет меня кричать и извиваться от нечеловеческой боли. Люди, похоже, ничего не видят, а я чувствую себя словно сигарета, которую то пытаются выкурить в одну-две затяжки, то наоборот растягивают удовольствие, упиваясь каждой секундой и выдыхая клубы дыма. С этим горением уходит и тень. Я не знаю, что в этот момент видят посторонние, как и то, почему человек, каждый день выпрыгивающий из окна, не привлёк ничьё внимание. Мне всё равно. Когда боль стихает, я, пошатываясь, встаю со ставшего холодным бетона и медленно шаркаю к подъезду. Я всё ещё не в себе, поэтому могу минуту долбиться в закрытую дверь подъезда, прежде чем кто-то её откроет изнутри или мелкая моторика придёт в подобие нормы и я смогу зажать нужные цифры кода. Спотыкаюсь на ступеньках и, облокачиваясь на стены, я дохожу до своей квартиры. Дверь неизменно открыта, а в прихожей горит свет. Тогда я наконец беру себя в руки и окончательно прихожу в себя. Закрываю дверь, и не включая нигде свет, прохожу в спальню. Включаю настольную лампу, сажусь на диван. Обхватываю колени, и в голову в очередной раз закрадывается мысль, сколько я ещё так протяну. Пока я ещё борюсь, но не исключено, что однажды кто-то будет читать этот текст, где на обратной стороне листа будет чужой рукой на всю страницу написано The End, а на улице санитары будут соскребать с асфальта моё тело, только уже по-настоящему, безо всего этого Театра Теней.
