Пришла игрушка космодесантника. Решил пофотографировать её с другими старыми игрушками, вот что из этого вышло.

Часть 1: У врат бездны

Эйнар, Космический Волк из Великой роты Огненного Урагана, застыл на пороге телепортационной камеры грузового корабля «Молот Рассвета». Варп-туннель за его спиной мерцает зловещим фиолетовым светом — этот цвет никогда не сулит ничего хорошего. Эйнар знает: то, что его послали на задание в одиночку, означает лишь одно — приказы поступили напрямую от самого Рунического Жреца. Остальные братья пали в предыдущей битве, и теперь только он один может завершить ритуал очищения.

Древний телепорт, доставшийся ордену еще с времён Великого Крестового похода, гудит, готовясь выплюнуть воина в самое сердце вражеского корабля-улья. Где-то там, в коридорах, залитых еретической кровью, его уже ждут. Ждут, чтобы умереть. Эйнар поправляет хватку на цепном мече — священный двигатель оживает, издавая низкое, пугающее рычание. «Волк не охотится в одиночку, — проносится у него в голове старая поговорка Фенриса. — Волк всегда ищет стаю».

Он не помнит, как оказался здесь. Последнее, что осталось в памяти — рёв болтера и крики умирающих товарищей. Может быть, это испытание? Может быть, таков путь воина, которому суждено умереть в одиночестве, во тьме, среди враждебных звёзд.

Он делает шаг вперёд. Свет телепорта поглощает его. Охота начинается

Эйнар замер на разбитой переговорной станции, сканируя темноту в поисках целей для своего болтера. Его броня, покрытая рунами и волчьими трофеями, тускло поблескивает в свете аварийных ламп. Где-то в вентиляции слышен скрежет — но Эйнар привык к шорохам и вою варпа, он знает, что враг всегда найдёт способ подобраться незаметно. Просто он еще не понял, что враг уже здесь.

Часть 2: Тень над плечом

Сзади, по ржавой стене, медленно перебирая восемью мохнатыми конечностями, ползёт Гигантский Пещерный Паук — тварь, порождённая скверной Нургла. Его восемь глаз горят тусклым зелёным светом, ядовитые железы на брюхе раздулись от желания впрыснуть в жилы космодесантника парализующий яд. В этой тишине каждый шорох звучит как приговор. Каждый вздох Эйнара может стать для него последним.

Эйнар пока не видит угрозы. Его внимание приковано к дальнему коридору, откуда доносятся странные звуки. Он сжимает цепной меч, готовый в любой момент броситься вперёд и посечь врагов Императора. Но охотник и жертва меняются ролями. То, что он считал безопасным тылом, уже кишит членистоногой смертью.

Паук замирает. Он чувствует запах керамита, запах стали и крови. Он понимает, что перед ним не просто человек, перед ним — Космический Волк Фенриса. Но голод сильнее страха. Паук делает последний, бесшумный рывок...

Эйнар резко оборачивается, услышав скрип металла над головой. Слишком поздно?

Мгновение, решившее всё, настало. Гигантский паук, поняв, что скрываться бесполезно, рухнул с потолка прямо перед Эйнаром. Восемь глаз, горящих ненавистью, уставились на Космического Волка. Ядовитые клыки щёлкнули в дюйме от его шлема, но Эйнар не дрогнул. Он ждал этой атаки.

В мире, где люди молятся на труп Императора, где демоны пожирают души, а братья предают друг друга, только клинок и вера решают исход схватки. Эйнар взревел — дикий, звериный рык, доставшийся ему в наследство от Лемана Русса. Цепной меч ожил, завыл, и его зубы впились в хитиновую плоть паука. Послышался мерзкий треск ломающейся брони и визг раненой твари.

Но паук был силён. Он сбил Волка с ног, прижав его к земле своей многотонной тушей. Когти царапали керамит, оставляя глубокие борозды. Эйнар чувствовал, как давит на грудь тяжесть врага. Ещё секунда — и клыки достанут до сочленений брони. Ещё секунда — и он станет ужином для этой мерзости.

«Нет!» — мысль, как молния, пронзила сознание воина. Эйнар выхватил болт-пистолет из кобуры и выстрелил пауку в упор. Три разрывных снаряда разорвали глазницы твари, ослепив её. Паук взвизгнул, ослабил хватку, и Эйнар смог высвободить руку.

 Часть 3: Кровь и хитин

Одним движением он поднял цепной меч и обрушил его на голову паука. Клинок разрубил хитин, вскрыл череп, и зелёная, дымящаяся кровь хлынула на пол. Паук забился в агонии и затих.

Эйнар поднялся, тяжело дыша. Ещё одна тварь скверны не досчиталась своих жертв. Он стряхнул с клинка остатки врага и, не оглядываясь, пошёл дальше. Впереди его ждали новые битвы.

Телепорт выбросил Эйнара в ангар, освещённый лишь аварийными огнями.

Часть 4: Ярость Джунглей Хлодвига

Древний мир Хлодвиг, давно поглощённый варп-штормом, породил чудовищ, которым нет равных в Галактике. Коридор, по которому пробирался Эйнар, кишел хищниками — далекими потомками земных рептилий, искажённых энергией Хаоса до неузнаваемости. Рапторы, они же «Когтистые Смерти», нападают стаями. Их скорость и сила таковы, что они способны сбить с ног даже терминатора, а их зубы, по легенде, оставляют следы даже на аурамите.

Трое таких тварей окружили Волка. Один прыгнул спереди, целясь в горло, второй — с фланга, пытаясь вцепиться в ноги, третий — сзади, норовя вспороть реактивный ранец. А в вышине, на ветвях деревьев, затаилась Крылатая Смерть — летучая мышь-мутант размером с человека. Её ультразвуковой крик способен свести с ума неподготовленного псайкера, а когти — разорвать силовую броню.

Эйнар действовал как настоящий Волк Фенриса: без страха и упрёка. Цепной меч свистел в воздухе, разрубая одного раптора напополам. Болтер выплёвывал смерти, и второй хищник рухнул замертво, пробитый очередью. Но третий успел вцепиться в броню на плече. Эйнар взревел, схватил тварь за шею и оторвал её от себя, одновременно стреляя в Крылатую Смерть. Пуля нашла цель, и летучая мышь рухнула на землю, поджаривая траву своей ядовитой кровью.

Джунгли взвыли от боли и ярости. Эйнар стоял посреди трёх растерзанных туш, и его боевая раскраска была залита вражеской кровью. Он был победителем в этом бою. Но это была лишь первая битва в бесконечной войне за этот проклятый мир. Он перезарядил болтер и двинулся дальше, в самую глубину леса, где его ждал главный хищник.

Телепорт снова ожил, выплюнув Эйнара в новое измерение боли и стали.

Часть 5: Склеп Падших Богов

Телепортационный луч погас, и Эйнар понял, что попал в ещё более древнее и опасное место, чем предполагал. Это был Склеп Падших Богов — гробница, высеченная в астероиде ещё до того, как Император объединил Терру. Вдоль стен застыли статуи древних сущностей, чьи имена были стерты из истории по приказу Инквизиции. Их каменные глаза следили за каждым движением живого воина, а их каменные уста, казалось, шептали проклятия на забытых языках.

Перед Эйнаром стоял Некрон — бездушный воин из расы, что правила галактикой ещё до того, как человечество научилось говорить. Металлический скелет в ржавых доспехах, с зеленоватым свечением в глазницах. Болтер Эйнара был выбит мощным ударом электрокогтя и теперь валялся в пыли в трёх метрах от воина.

Некрон не чувствовал боли, не знал страха и не нуждался в пощаде. Он просто выполнял свою программу: уничтожать всё живое, что оскверняет этот склеп. Холодные, безэмоциональные атаки машины сталкивались с яростными ударами цепного меча Космического Волка. Искры от столкновения древнего металла с адамантием керамита освещали мрачные залы.

Эйнар понимал: если он не доберётся до болтера, этот бой может стать для него последним. Некрон был быстрее и хладнокровнее. Но Волк не умел сдаваться. Он улучил момент, когда Некрон занёс клинок для решающего удара, и резко ушёл в сторону, перекатился по усыпанному костями полу и вскочил на ноги — уже с болтером в руке. Дуло смотрело прямо в зеленые глаза бездушной машины.

«Волки Фенриса не умирают в склепах», — прорычал Эйнар и нажал на спуск.

Часть 6: Псы Империума

Эйнар даже не успел осмотреться — на него набросились четверо. Высокие, жилистые киборги в облегающих чёрных комбинезонах, с механическими конечностями и глазами, горящими красным. По знакам отличия на их лохмотьях Эйнар мгновенно опознал врага: Псы Империума — отряд штрафников-еретиков из затерянного мира Скаллат, чьи имена были стёрты из всех хроник. Их тела накачали боевыми стимуляторами, а в мозгах имплантировали чипы послушания. Они не чувствовали боли, не знали страха и сражались до последнего вздоха.

 Первый бросился с криком: «Смерть ложному богу!». Эйнар ушел с линии атаки, перехватил руку киборга и вывернул её с хрустом сервоприводов. Цепной меч взвыл, и голова первого покатилась по грязному полу ангара. Второй попытался ударить электрошоковой дубинкой, но Волк был быстрее. Он поднырнул под удар, схватил врага за шкирку и впечатал лицом в бетонную колонну. Третий и четвёртый на секунду замешкались, увидев, как легко их командир превратился в кровавое месиво, но возврата у них не было — чипы взорвут им головы, если они отступят.

Они бросились одновременно. Один целясь в голову, другой — в ноги. Эйнар принял удар на цепной меч, разрубив клинок пополам, а ногой отшвырнул второго. Он схватил ближайшего за грудки, приподнял над землей и с силой швырнул в стену. Металлический грохот возвестил о том, что позвоночник киборга переломан. Последний, дрожа всем телом, попытался отползти, но Эйнар наступил ему на грудь ногой. Под тяжестью керамитовой подошвы рёбра хрустнули, как сухие ветки.

«Передайте своим хозяевам, — прорычал Волк, наклоняясь к умирающему еретику, — Волки Фенриса не умирают в ангарах». Он выстрелил в голову последнему врагу и перешагнул через трупы. За его спиной остались четверо растерзанных тел, а впереди мерцала новая цель. Из их разорванных конечностей торчали искрящие провода, маслянистая жидкость вместо крови текла по полу.

Продолжение следует...