Тейлитэ. Часть третья, глава одиннадцатая. Прорыв⁠⁠

Продолжение. Предыдущая часть тут. Первая часть здесь.

Они высыпали буквально с потолка на головы каких-то людей. Те производили осмотр помещения, густо усеянного трупами. Повсюду были лужи крови, щедро разбрызганные, словно кто-то нарочно старался выплеснуть вокруг как можно больше этой драгоценной субстанции.

— Духи! — мгновенно сориентировавшись, заорал Крош, сразу же вбивая мощный кулак в бороду ближайшего мужика в форме цвета хаки.

Страшила перехватил автомат своего противника, другой рукой сцапал его за горло и одним наработанным движением сломал шею.

Соленый лупил в упор из автомата, именно он и нанес главный урон противнику, мгновенно положив трех боевиков. Те рухнули на пол, словно куклы.

Когда все затихло, Страшила заметил, что оператор лежит на полу и слабо шевелится, силясь вытащить из правого бока какой-то предмет. Приглядевшись, командир отряда понял, что еще одного человека они потеряли — в боку у гражданского торчала рукоять кинжала, загнанного в тело по самую гарду.

— Я сейчас, сейчас полежу и встану, — слабо пообещал смертельно раненный, с испугом уловив странное выражение взгляда Страшилы и боясь поверить в приближающийся конец.

Бижутерия с легким визгом скорчилась у стены. Целая телесно, но явно в не лучшем душевном состоянии.

— Может, ему воткнуть обезболивающего? — предложил, не глядя, Соленый со своего места — он присел справа от группы, направив автомат на вход.

Крош сидел с другой стороны, держа на мушке выход из коридора.

Страшила неодобрительно засопел. По его циничному разумению, медикаменты еще могли пригодиться, а тратить их на человека, который явно приговорен — расточительно. Вместо оператора он протянул летчику Чадову упаковку с таблетками.

— Летун, дай Бижутерии успокаивающего.

— Нечего меня летуном звать, — огрызнулся Чадов, — У меня имя есть.

— У меня тоже есть, — кивнул Страшила. — Но все зовут Страшилой. А вот он — Крош, а вот это — Соленый. Черт, да у нас даже репортерша с погремухой!

Оператор у его ног тихонько ойкнул и медленно растекся по полу. Страшила проверил его пульс, хмыкнул, закрыл умершему глаза и с легким кряхтеньем вытащил из его бока кинжал. Вытер кровь и чернеющий сгусток печеночного вещества о волосы ближайшего трупа боевика. Нашел для кинжала ножны на поясе одного из поверженных, повесил к себе на бок.

— Летун, ты не кривись, собирай оружие и патроны. В стрелялки на компе что ли не играл? У нас своего запаса минут на десять хорошей перестрелки, — одернул он летчика, что наблюдал за его действиями с явным неодобрением. При этом успокаивая репортершу и засовывая ей в рот лекарства.

Удостоверившись, что в помещении никто более не подает признаки жизни, Страшила сообщил повестку дня:

— В общем, господа, нам повезло, что перед нами прошел Вахтер с подружкой. Я не знаю, из какого монастыря Шаолинь его дама сбежала, но дела делать умеет. Видать, уже после того как они прошли, на шум и трупы прибежали охранники с периметра. Вот на них мы и свалились так удачно.

— Что дальше? — спросил летчик.

Страшила бы и ответил, но судьба решила за них — чему быть дальше. Рухнула стена как раз посередине коридора. В образовавшемся проеме возникло огромное человекоподобное тело. Трехметровый гигант с длинными ручищами, кои венчали похожие на ножи пальцы-когти, тащил на себе тело Вахтера. Узнать последнего удалось не сразу, лицо из-за трех параллельных порезов на виске напоминало кровавую маску. Крош, Соленый и даже Чадов подняли как по команде на чужака автоматы.

— Не стрелять! — рявкнул Страшила.

Судя по выражению морды существа, встретить бойцов он тут явно не ожидал. Но быстро сориентировался, выставив перед собою тело Вахтера, словно щит.

— Спокойно ребята, спокойно, — произнес чужак, отступая обратно в проем. — Я просто тихо уйду...

Потом одновременно произошло два события: раскрылся лифт и из него в сторону бойцов Страшилы с автоматами наперевес выскочили боевики.

И, пользуясь тем, что враг отвлекся на новых героев, чужак-переросток ловко нырнул обратно в пробитый проем стены.

Соленый с Крошем мгновенно заняли позиции на полу за трупами, ощетинившись автоматами. Укрытие еще то, пулю труп сам по себе вряд ли сдержал бы, но на некоторых убитых имелись бронежилеты.

Страшила рванул за убегающим чужаком в пролом. Чадов рухнул на пол, чувствуя, что приходят его последние мгновенья, Бижутерия завопила, как сирена. Но тоже легла.

С другой стороны и боевики не решились выскакивать на линию огня. Быстро рассредоточившись по боковым проемам, они высунули стволы автоматов и ударили вслепую, надеясь хоть кого-то задеть с ожидаемым нулевым эффектом. Пули прозвенели над головами залегшей группы. 

Почему-то охранники посчитали, будто углы стен служат надежной защитой от пуль.

— Дурни, это же гипсокартон, — всхлипнул Крош, удивляясь талантам противника. Короткой очередью ударил по стене справа, затем по стене слева. Два тела рухнуло на пол.

В огневом контакте произошла пауза. Только в ушах стоял отвратительный свист от недавнего грохота очередей, да лезла в легкие жуткая смесь запаха крови и запаха горелого пороха, вызывая тошноту.

Крош чихнул и сделал знак Соленому, привлекая его внимание.

— Сели-встали?

— Сели-встали, — кивнул Крош. — У тебя сколько?

— Пять.

— Хватит. Погнали!

Чадов только рот открыл, настолько слаженно действовали бойцы. Они одновременно поднялись из своих жутковатых укрытий. Один дал короткую очередь из автомата. Второй в это время метнул гранату. Оба сразу же упали ничком, раз, два, три — бабах! Все подскочило, гул в ушах превратился в рев. Сразу после взрыва опять один приподнялся и дал очередь, а второй бросил гранату. Опять взрыв, затем снова очередь. И вновь взрыв.

На четвертой гранате в тылу противника раздалась длинная очередь, а затем и мощный командный рык Страшилы:

— Отставить огонь, этаж чист!

— Есть отставить! — рявкнули в ответ бойцы, давая понять, что команду слышали и больше не будут. На том и строилась военная дисциплина, каждый пункт которой был щедро пропитан кровью его презревших — всегда информировать, что и как ты понял.

— Все ко мне! — гаркнул Страшила.

Чадов подхватил бьющуюся в истерике Бижутерию. Поволок к основной группе. Они шли мимо уродливо раскиданных тел, пропалин в стенах, следов от пуль и взрывов, мимо посеченных осколками мест. По лужам крови и кучкам мозгового вещества. Пока Крош с Соленым играли в «сели-встали», Страшила, устремившись за чужаком, обнаружил, что тот организовал каким-то образом прямо на бегу в стене еще один портал и сквозь него куда-то сделал ноги. Причем, портал так и остался зиять черным непроницаемым зеркалом, словно приглашая последовать за беглецом. Но Страшила решил не торопиться. Оставлять своих бойцов во время атаки противника он не собирался.

Командир аккуратно прокрался по веренице коридоров, ориентируясь по звукам боя. Обошел атакующих со спины, пока те пытались что-то противопоставить методу «сели-встали» и уничтожил остатки бойцов, всех четырех, одной длинной очередью.

— Там в окошко видно — мы на третьем этаже, — поделился он новостью с отрядом. — Здание окружено высоким забором. Со стороны ворот въезжает колонна с пехотой и двумя бронетранспортерами.

— «Черное солнце»? — коротко спросил Чадов. Крош с Соленым никаких вопросов не задавали, бойцы по внешнему виду убитых уже догадались, кто перед ними.

— Оно самое, — сплюнул Страшила. — «Черное солнце». Пехоты у них еще до самого пупа и немножко выше. Выход только один.

— Опять эти злопыхучие порталы, — поморщился Крош.

— Опять эти злопыхучие порталы, — злорадно улыбнулся Страшила. — Уходим через него. Я первый, вы за мной. Всем быть начеку. Хрен знает, что там.

— Обожаю сюрпризы! — фыркнул Соленый, торопливо дозаряжая рожок патронами дрожащими пальцами.